Иван Царевич и серый морг - Янина Олеговна Корбут

было уже десять, она всё понимала. Я подала на развод. Половина фирмы досталась мне.

– Он не оспаривал?

– Если честно, тогда я в бизнесе не разбиралась. И охотно продала бы ему свою долю. Потом, со временем. Мне нужно было остыть. Сначала не продавала из вредности. А потом… он узнал о своём диагнозе. Рак лёгких. Хотя он не был таким уж заядлым курильщиком. Так, иногда покуривал. И стало не до того. Любовницы быстро отвалились, кому нужен этот геморрой? Он забросил работу. Пытался лечиться, но стадия была уже не та, у нас никто всерьёз не лечил такое.

– А частные клиники? Он мог себе позволить?

– Так, могли бы создать видимость. Возможно, в Германии или Израиле есть специалисты, которые взялись бы за его случай. Но даже если всё продать и ехать за границу – гарантий никто не давал. Будь мы женаты, возможно, я бы сделала что-то… – она отошла к окну, обхватила плечи руками, словно снова закрывалась от чувства вины. – Поймите, мы уже не жили вместе. У меня к тому времени появился мужчина. И что я могла? Бросить всё и начать спасать бывшего мужа? Который к тому же сам не готов был за себя бороться.

– Он отказался от химиотерапии?

– Он искал волшебную таблетку. Думал: достаточно заплатить – и тебя вылечат. Ездил к каким-то бабкам, знахарям. Это дочка говорила. Она его навещала, я не препятствовала. Ирочка очень тяжело переживала его болезнь. Мне кажется, даже как будто винила меня, что я не с отцом. И когда он уехал, мы, признаться, вздохнули с облегчением. Я так точно.

– Уехал? Куда? – зацепилась Лена.

– Он продал мне свою половину фирмы. Анатолий, мой мужчина, теперь уже муж, помог выкупить. У меня-то денег не было. Илья продал фирму, машину, квартиру и уехал. Сказал, что в Москву, лечиться. Якобы нашёл там врача, который готов за него взяться. Сначала он звонил дочке. Иногда. А потом перестал выходить на связь.

– И вы не искали?

– Где? Как? Спрашивала у общих знакомых, но они тоже пожимали плечами. В ритме жизни время летит быстро, я не заметила, что уже прошло столько месяцев. В конце августа мне позвонили из Ярославля, сообщили, что его труп нашли… Я даже не хочу вспоминать, что тогда пришлось пережить.

– И вам неинтересно, что с ним случилось?

– А что я могу? Слава богу, мы его нашли, похоронили. Сделали всё по совести. Теперь дочери есть куда сходить, чтобы духовно пообщаться с отцом. Она думает: он умер от онкологии, мне удалось скрыть от неё грязные подробности. Не хочу, чтобы Ирочка знала о нём что-то плохое.

– У вас нет мыслей, зачем он мог поехать в Ярославль? У него были там родственники, друзья?

Женщина молчала. В кабинет заглянул высокий темноволосый мужчина, удивлённо посмотрел на нашу делегацию и тихо закрыл дверь. Оксана Витальевна встрепенулась:

– Мне нужно идти. У меня назначена встреча в банке. Извините, молодые люди, но больше помочь мне вам нечем.

– Последний вопрос можно? – встрял наконец я. – У вашего бывшего мужа был медальон на золотой цепочке?

– Медальон? Не знаю, – искренне удивилась Оксана. – При мне точно нет, а потом – не могу сказать. Но не припомню, чтобы он носил медальоны. У него был крест на цепочке. Кстати, в вещах, что мне отдали в морге, цепочки не оказалось, но я и не спрашивала. Не до того было.

Зная, что Оксана Витальевна никогда не позвонит, я всё-таки оставил свой номер с просьбой сообщить «если вдруг что».

Мы вышли и приземлились на лавочку, где нас дожидался Суслик. Практически следом за нами из здания вышел мужчина, что заглядывал в кабинет Оксаны Витальевны во время нашего разговора. Он подошёл к «мерседесу», припаркованному недалеко от бордюра, открыл дверь, уселся за руль и завёл тачку. Оставив её прогреваться, вышел из машины, лениво приблизился к нам и скорее констатировал, чем спросил:

– Вы говорили о бывшем хозяине.

– Что-то о нём знаете? – отозвалась Лена. – Вы Анатолий, новый муж Оксаны Витальевны?

– Если бы, – усмехнулся мужчина. – Я водителем работаю. Первого хозяина возил тоже, до того как… Короче, он машину тогда продал бывшей жене. И я ей достался по наследству, так сказать. Так что кое-что могу сообщить.

– У нас нет денег, чтобы платить за информацию, – сурово заметил Суслик.

– Да не нужны мне ваши деньги, – отмахнулся водитель. – Мне самому интересно, что с ним случилось. Он хороший был человек, может, конечно, гулял, то да сё. Но на то он и мужик. Меня никогда деньгами не обижал. И если выходной просил, всегда отпускал. Мать мне помог похоронить. Дочку свою, Иришку, он тоже любил.

– Вы нам очень поможете, если что-то вспомните. Тут важна любая зацепка, – подбодрила его Лена, поправляя очки и кокетливо заправляя выбившуюся из пучка прядь волос за ухо.

– Не знаю, важно ли это… Когда машину его после продажи погнал в химчистку, в бардачке нашёл газету. Там было объявление, он его обвёл. Что-то о лечении рака новыми методами. Он же тогда стал искать хоть какую-то помощь. Жена его бросила на произвол судьбы.

– У неё своя версия, – заметила Лена.

– Оно и понятно. У каждого своя правда. Врачам в больнице Илья не верил. У него отец умер от рака поджелудочной, тоже предложили операцию, но он после неё не проснулся.

– Да, Оксана Витальевна говорила, что он искал нетрадиционное лечение. И якобы поехал за ним Москву.

– А если не в Москву? Когда я услышал, что вы из Ярославля, вспомнил, что та газета была из Ярославля. Жаль, я её тогда выбросил.

Мы переглянулись:

– Получается, он поехал в Ярославль лечиться?

– Может быть. Тогда я почему-то про это не подумал. Вообще, хозяйка про его отъезд не особо распространялась. И про то, как его нашли. Ну, про платье женское. Сказала: нужно труп забрать. У нас все думали: он в больнице умер. Я только недавно узнал. С мужем её новым, Толиком, сдружился. Катаю его теперь, а он любит поболтать в дороге.

Ветром стукнуло о стену входную дверь – показалась Оксана Витальевна в пиджаке и с портфелем в руке. Водитель быстро отвернулся и сделал вид, что осматривает колесо машины, после чего поспешил забраться в салон. И успел глазами и характерным жестом объяснить мне, что всё сказанное должно остаться между нами. Хозяйка молча уселась в машину, сделав вид, что не замечает нас. Сыто урча, «мерседес» проехал мимо и скрылся за магазином.

Мы решили пройтись по центру города, раз уж припёрлись в Кострому понапрасну. Надо было утрясти полученную информацию и решить, что