Кукла из вечной тьмы - Артур Гедеон

поранили его, Болтун и Лиза отступили, а кактус, превратившись в колючего исполина, подрагивая, все еще колыхался на столе, и корни его шевелились, как щупальца, ища спасительную почву.

Трое экспериментаторов затаив дыхание смотрели на плоды своего творчества.

– Какой породы этот кактус? – спросил Болтун.

– Самый обычный, – посасывая кровоточащий палец, ответил его брат-близнец.

– Что, «кактус обыкновенный»? Есть такая культура?

– Понятия не имею: попросил уборщицу принести самый обыкновенный кактус. Она принесла этот, – кивнул он на колючее чудовище, все еще мелко подрагивающее на столе.

– А что будет, если пролить пять капель над баобабом? – хитро спросил Болтун. – Или над вековой сосной?

– Будет бобовое дерево Джека, – мрачно ответил Злыдень. – Как раз до небес.

– Кстати, а это вариант! – поднял длинный указательный палец Болтун. – Только надо вовремя на него усесться сверху. Господь просыпается, а мы тут как тут. «Здрасьте, – скажем ему, – не ждали? Как поживаете, ваше величество?» Надо только берданку Нелюдя прихватить – для ангелов. Вот будет охота по голубям!

– Мечты, мечты, – все так же мрачно согласился Злыдень. – Ну что я скажу… – Он кивнул на уродливое гигантское растение. – Начало делу положено. Теперь стоит подумать и о фармацевтике.

– Это по твоей части.

– Ну разумеется.

– За мной – конвейер. Я буду на распространении.

– Даже не сомневаюсь.

– Теперь дело за нашей девулей? – Болтун взглянул на Лизу.

– За ней, родимой, – согласился с ним брат-близнец Злыдень.

– В смысле? – спросила Лиза.

Анастас Прокопович, который Болтун, еще раз потер холеные руки, но на этот раз очень игриво и даже плотоядно.

– Ну, пусть тогда раздевается, – кивнул он. – Самое время.

– Кто, я? – переспросила Лиза.

– Ну не я же, – усмехнулся Болтун. Он оглянулся на брата, кивнул ему, и оба весело рассмеялись. – Давайте, деточка, давайте, – еще раз настоятельно кивнул Болтун опешившей гостье. – Будьте так любезны.

– Зачем это? – спросила Лиза. – Зачем я должна раздеваться?

– Так надо, – уже разбираясь с колбами, даже не глядя на нее, ответил Злыдень. – Поверьте на слово.

– А что вы хотите со мной делать? – отступив, очень серьезно поинтересовалась девушка.

– Что предопределено, милая, то и будем, – улыбнулся пухловатый и холеный Болтун.

Лиза отступила еще на пару шагов:

– Я от вас детей рожать не собираюсь, даже не надейтесь. Тем более от мертвецов. Вот еще. Да я вас так обоих искусаю…

– Ты ей не сказал? – в очередной раз обернулся на брата Болтун. – Почему?

– Оставил тебе это счастье, – усмехнулся тот из-за длинного стола.

– Мне никто ничего не сказал, – как отрезала, бросила Лиза.

– Так, – прекратил лабораторно-химическую суету директор Центра «Здоровая жизнь». – Никто никого не будет кусать. И никто не будет рожать ни от кого детей. Ни ты, языкатая бестия, ни мы.

– Мы перешли на «ты»? – решила уточнить Лиза, все еще готовая к бою.

– Да, так проще. Тебе нужно просто раздеться, потому что ты, как я понимаю, представляешь собой открытую книгу чудес. Ясно?

Только тут до Лизы стало что-то доходить.

– Вы о татуировках, которыми меня изрисовал ваш так называемый парнокопытный кузен – Кудлатый?

– Кудлатый? – широко улыбнулся Болтун. – Смешно, деточка. Ты и впрямь языкатая особа. Да, красотка, нам и впрямь нужны твои рисунки. Все до одного. Но еще больше нужно то, что между рисунками.

– А что между рисунками?

– А там всякое может быть. В хвосте змеи, в лепестке травинки, в глазу ящерицы. Ну давай, давай, снимай с себя все – до единого лоскутка.

Лиза стала расстегивать кожаную куртку.

– Что вы из меня стриптизершу делаете? Братец ваш рогатый гонял меня голой, всю исцарапал, до крови, теперь вы, два маньяка-вуайериста с ледяными руками, решили меня исследовать!

– Не бухти, – махнул на нее рукой Злыдень. – Как старуха. Не сексуально.

– Кто бы говорил, сексуальные вы наши. Старуху бы не стали догола раздевать или нет? – Лиза уже стягивала стринги. – А, маньяки?

– Если бы на старухе были такие же граффити – стали бы, – кивнул Злыдень.

– Я бы с любого кожу живьем содрал, – заверил ее Болтун, – если бы нужно было прочитать то, что мы сейчас увидим.

– Садисты, – проворчала Лиза.

Она разделась донага, оставив куртку, джинсы и свитерок на стуле.

– Вот она я, – бойко сказала Лиза и провернулась вокруг самой себя. – Нравлюсь?

– О, какая красота! – залился Болтун. – Наш старший кузен всегда был великолепным художником! – Но восхищался он не ее стройным и ладным телом, а тем, что впечаталось в него раз и навсегда. – Что ж, – он нацелился на обнаженное тело своим телефоном, – поехали.

И он стал фотографировать ее с головы до ног и со всех сторон. Заинтригованный Злыдень тоже стал присматриваться ко всем частям тела молодой обнаженной дамы.

– Смотри, я угадал, – кивнул Болтун, – формула в хвосте ящерицы, каково, а?

– Да, и в глазу этой жабы, – указал пальцем на уголок Лизиного тела его умеренно темпераментный брат-близнец.

– А эту жабу было обязательно на меня цеплять? – поинтересовалась Лиза. – Что она обозначает?

– Да ни черта она не обозначает, – ответил Болтун. – Шутка нашего кузена.

– Как это – шутка?! – взъярилась Лиза. – Он на меня эту жабу посадил просто так?!

– Ну да, – поддержал брата Злыдень. – У него чувство юмора такое. Да и скучно ему там, а тут – милашка…

– Ну он и сволочь, – покачала головой Лиза.

– Еще какая, – усмехнулся Болтун. – Ну-ка, а что на этой ягодице? – заинтересованно спросил он.

– А тут, под левой грудью, в копне волос Мары? – подхватил Злыдень. – Смотри, есть! Щелкай! Чуешь, какой это рецепт?

– Ага, – согласился Болтун и раз десять щелкнул аппаратом. – Но я должен разглядеть ягодицу…

– Не хватайте вы меня за зад, – уворачивалась от них Лиза. – И за грудь тоже. Говорю же, у вас руки ледяные, господа покойники. Что за манеры?

– Не вертись! – наконец оборвал ее Болтун. – Ты не квитанция об уплате за жилье, а живое письмо с того света! Терпи! Пока я не сфоткаю все, стой и молчи.

– Звери, – только и процедила в ответ Лиза.

– Все, – минут через пятнадцать сказал Болтун. – Можешь одеваться. Дело сделано.

Лиза, которой надоело светить всеми прелестями перед двумя ненормальными упырями, поспешно оделась.

– А что в этих формулах? – спросила она.

Братья близнецы многозначительно переглянулись.

– Скажем ей? – спросил Злыдень.

– Чуть позже, – ответил Болтун. – Если будет себя вести прилично.

– О-ё-ёй, – нарочито скуксила мордашку Лиза. – Тоже мне – шифровщики. Вот что: у меня дома труп. Его надо вывезти.

– И как у тебя дома появился этот труп? – спросил Злыдень и взглянул на брата.

– Да, девулечка, как у тебя дома оказался труп? – поморщился Болтун.

– Та еще история, – легкомысленно вздохнула Лиза.

– Говори-говори, – ободрил ее Злыдень.

– Короче, та девчонка, которая была