На улице, где ты живёшь - Мэри Хиггинс Кларк

— Часто доктор работала по ночам? — спросил Пит Уолш.

— Вчера у нее была лекция в колледже. Похоже, вернувшись домой после лекции, она прошла прямо в кабинет. Ее пальто и палка в приемной. Интересно, что такое важное она узнала или вспомнила, что решила этим немедленно заняться? Она была убита, когда сидела за столом. Похоже, она даже не слышала, как вошел преступник.

— А как он вошел?

— Никаких следов взлома. Может быть, одно из окон было открыто? Сигнализация была отключена.

— Это был ее пациент, — уверенно сказал Томми. — Может быть, кто-то слишком разговорился под гипнозом, а потом испугался. Иначе зачем ему карточки? Джоан Ходжес говорит, что, если это пациент, его фамилия должна быть в регистрационном журнале.

— Он пытался разбить компьютеры, — уточнил Виллет.

Томми кивнул. Его это не удивило.

— Если «железо» цело, их можно еще наладить.

— Я вам помогу, — Джоан, все еще смертельно бледная, вошла в кабинет.

Час спустя у Томми Даггана был только один несомненный факт: убийца Лиллиан Мэдден был ее пациентом в какой-то период последних пяти лет: регистрационные карточки именно за это время отсутствовали.

Джоан едва держалась на ногах.

— Нам пора уходить, а вам надо домой, — сказал ей Томми. — Пит сядет за руль вашей машины. — Тревожное ощущение близкой опасности вдруг отчетливо овладело им. — Джоан, а сколько лет вы проработали у доктора Мэдден? — спросил он.

— На следующей неделе будет шесть лет.

— Доктор Мэдден говорила с вами о своих пациентах?

— Никогда.

Следуя по улицам Белмара за машиной Джоан, Томми размышлял о том, как скоро убийца доктора Мэдден задастся вопросом, не была ли ее секретарша еще и ее доверенным лицом.

«Я скажу местным ребятам, чтобы они присматривали за ее домом», — решил Томми. Он стиснул руль, испытывая настоятельную потребность разрядиться, треснуть со всей силой обо что-то кулаком.

— Я был рядом с убийцей, — проговорил он вслух сквозь стиснутые зубы. — Я ощутил его присутствие. Но я все еще не знаю, кто он.

33

Марти Броуски из Олбэни не был знаком с Томми Дагганом из графства Монмаут, Нью-Джерси, но они были родственные души, прирожденные детективы с бульдожьей хваткой, когда шли по следу преступника.

И еще кое-что общее было у них. Когда появлялось непонятно откуда взявшееся чувство, что в деле, казалось бы, уже раскрытом, что-то не так, они не знали покоя, пока не расследовали все вновь до мельчайших подробностей в поисках ошибки правосудия.

С того момента, как Эмили Грэхем сообщила по телефону о подсунутой ей под дверь фотографии, Марти Броуски не знал покоя.

Броуски всегда был убежден, что Эмили преследовал Нэд Койлер и что, не схвати они его вовремя, он мог бы ее убить. Но теперь Марти не был так уверен в этом. В субботу, прогуливая с женой Дженет их лабрадора Рейнджера в парке неподалеку от дома, Марти заговорил с ней об этом деле.

— Мы арестовали Койлера возле ее дома. Он тогда утверждал, что хотел только напугать ее. Он говорил, что не собирался убивать Эмили.

— Я помню, Марти. Ты ему поверил, и все поверили. Ему было предъявлено обвинение только в преследовании, — подхватила Дженет.

— Вчера Нэд Койлер рассказал другую историю. Он сказал вчера, что хотел, чтобы Эмили испытала такой же страх, какой испытала перед смертью его мать. И больше ничего!

— Симпатичный парень, нечего сказать.

— Весна близко, — сказал Марти, принюхиваясь к воздуху. — Скоро лодку пора спускать. Дженни, Нэд Койлер якобы нашел мать мертвой с ножом в груди, когда пришел домой. Он словно рехнулся тогда: поднял тело, вынес из квартиры, звал на помощь. А убийца Джоэль Лейк был в квартире, грабил ее. Эмили Грэхем каким-то чудом удалось добиться его оправдания.

— Насколько я помню, присяжные поверили словам сестры Рут Койлер, что она говорила с Рут по телефону уже после того, как Джоэля видели выходившим из дома.

— Тогда я и подумать не мог, что они ей поверят. Старушка была так же надежна в своих показаниях, как прогноз погоды.

Дженет хорошо знала, что предельным выражением недоверия Марти к показаниям свидетеля было сравнение их с прогнозом погоды.

Дженет Броуски улыбнулась. Они с Марти были влюблены друг в друга еще подростками. А поженились через неделю после окончания школы. Сейчас, в сорок девять лет, у нее было трое взрослых детей и четверо внуков, чему трудно было поверить, — оба выглядели весьма моложаво. Дженет училась в колледже, чтобы сдать экзамены на бакалавра, эту степень ее муж получал в первые пять лет их супружеской жизни, посещая вечерние курсы.

— Ты хочешь сказать, что Рут Койлер застала Джоэля Лейка, когда он грабил квартиру, и он убил ее?

— Я был уверен, что так оно и было. Мы его схватили в двух кварталах от ее дома. Награбленное было при нем. То, что пятен крови на нем не было, ни о чем не говорит. Рут Койлер была убита ножом, брошенным в нее с порядочного расстояния.

— А как насчет отпечатков пальцев?

— Джоэль Лейк был в перчатках. В любом случае Нэд Койлер нарушил всю картину, вытащив нож из груди матери и вынеся ее тело из комнаты в переднюю. Мы все поверили, что он нашел тело и впал в истерику.

Дженет Броуски подобрала палку и бросила ее Рейнджеру, давно ожидавшему, когда с ним поиграют.

Взлетев высоко вверх, палка упала далеко от собаки, бросившейся за ней с заливистым лаем.

— Красиво у тебя получилось, — одобрительно заметил Марти.

— Значит, ты счел Нэда Койлера весьма сомнительной личностью, но в то же время он был и скорбящим сыном. И он преследовал адвоката, который добился оправдания убийцы его