Горничная с проживанием - Моника Арья

class="p1">– Деми, детка… Ну давай же, возвращайся! Сама знаешь, твоя работа не закончена, – раздался еще один насмешливый голос.

У меня перехватило дыхание. Затряслись ноги, вспотели ладони. Стук обрел настойчивый ритм, голоса за дверью слились в один, и перед глазами все поплыло. Вдруг закружилась голова, и я, не отдавая себе отчета, опустилась на колени.

Панические атаки – та еще пытка. Вроде бы понимаешь, что приближается приступ, чувствуешь физически, но прекратить его усилием воли не удается. Надо просто перетерпеть.

Вот только достойно перетерпеть не очень получилось. Я поползла на четвереньках по мохнатому зеленому ковру, словно дикий зверь, и схватила с тумбочки покрытые запекшейся кровью ножницы.

Воткнув их в бедро, невольно вскрикнула, но быстро зажала рот ладонью. Проморгавшись, поглядела на дверь. Ага, голоса стихли. Все в порядке.

Я встала, ощущая стекающий по щекам пот и липкую струйку крови на ноге, и, ничего не набросив на голое тело, подошла к окну. Слегка сдвинув плотную занавеску, выдохнула с облегчением.

Никого… Парковка пуста, только одна женщина покуривает у торговых автоматов. Все нормально, Деми.

Я обхватила плечи руками и потерла их. Надо собраться. Я должна… ради нее.

Глава 3

Остаток дня я провела, разбирая свои немудреные пожитки. Все необходимое сложила в пакет для мусора и крепко его завязала. Достав из-под матраса истончившуюся пачку купюр, направилась в секонд-хенд в богатом районе города, заплатив два доллара за билет на автобус. У состоятельных людей есть привычка сбрасывать красивые, почти не ношеные вещи в контейнеры благотворительных магазинов «Гудвилл».

На входе меня встретил фирменный запах пыли, и я пошла между рядами вешалок с прекрасной дизайнерской одеждой. Такую я видела только в модных журналах, которые вытаскивала из мусорных корзин в магазинах.

Мне требовался белый наряд, однако ничего подобного не находилось, пока я разочарованно не развернулась к выходу. Тут-то и заметила сногсшибательный брючный костюм. Задумчиво покусывая губы, сняла его с вешалки. Отличный материал – шелковистый, как масло, и по размеру точно подойдет. Оставалось подобрать белые туфли, несколько заколок и резинок для волос. Наверное, еще надо заскочить в аптеку, купить пинцет, пудру и тушь. Покрутив висящий на костюме ярлычок, я обнаружила на обратной его стороне чье-то имя: Нейви Миан. Пожав плечами, пошла рассчитываться.

Молоденький парнишка на кассе был страшно занят – строчил в телефоне сообщения и не обратил на меня никакого внимания, когда я выложила вещи на прилавок. Пришлось выразительно откашляться, и он фыркнул, словно я не покупатель, а назойливая муха.

– На одной из штанин дырочка. Дайте мне двадцать процентов скидки за дефект.

Я указала на маленькую прореху – сама ее сделала, воткнув ноготок в тонкую ткань. Верный способ немного сэкономить.

– Десять – это все, что я могу предложить, сестренка.

Продавец шумно отхлебнул из банки дешевую газировку и снова взялся за телефон.

– Пятнадцать, и я не скажу менеджеру, что ты смотришь на работе порно.

Я хмыкнула, заметив, как у него отвисла челюсть.

– Ладно, – пробормотал он, укладывая покупку, и, конечно, скинул мне все двадцать.

Подхватив пакет, я толкнула дверь и страдальчески сморщилась. На улице витал запах какой-то вкуснятины, от которого заурчало в животе. Денег на нормальную еду у меня не осталось – придется вечером вновь взять что-нибудь из торгового автомата.

Насупившись, я побрела в аптеку, где быстро выловила из корзины пудру, помаду и тушь. Пудра оказалась на два оттенка темнее, чем требовалось для смуглой кожи, а помада, скорее всего, на моих губах смотрелась бы оранжевой. Закинув помаду с тушью в шопер и воровато оглянувшись по сторонам, я подошла к кассе пробить пудру.

– Хороший денек, милая, – ослепительно улыбнулась мне пожилая женщина за прилавком.

– Угу, – пробубнила я, отводя глаза в сторону.

Почему-то она заставила меня нервничать. Наверное, насторожили гусиные лапки, собиравшиеся при улыбке в углах глаз, или южный акцент, или… или нитка жемчуга на шее.

Может, дело было в том, что женщину я видела первый раз, – и все же она казалась странно знакомой. Словом, сердце у меня вдруг заколотилось.

– Живете рядом, дорогая? – продолжала болтать она, неторопливо упаковывая покупку.

– Почему вы так решили? – холодно осведомилась я, чувствуя, как внутри закипает злость.

Мой тон заставил ее вздрогнуть.

– Я… Хм, простите, милочка. Я вовсе не собиралась ничего у вас выведывать.

Женщина оторвала чек и протянула его мне.

– Ваше южное радушие – еще не повод совать нос в чужие дела, – отрезала я и выскочила на улицу.

День быстро катился к вечеру – и слава богу. При мысли о завтрашнем собеседовании у меня появился проблеск надежды: может, больше не придется ночевать в парках и время от времени проводить ночь в дешевых мотелях, гадая, когда получится поесть в следующий раз.

Я прошла пешком, сколько могла, однако солнце уже садилось – так или иначе придется ловить такси, вот только в кармане осталась лишь заветная пятерка. Осмотревшись, я встала на обочине и выбросила вперед руку с поднятым вверх большим пальцем.

Интересно, работает ли эта история с автостопом? Впрочем, попробовать стоит. Зачем тратить последние деньги на автобус?

Прошел час, но никто и не подумал остановиться. Несколько проезжающих мимо придурков, высунувшись из окна машины, что-то крикнули в мою сторону. Я лишь закатила глаза, мурлыча себе под нос песенку No Scrubs группы TLC, и невольно улыбнулась. Первая песня, которую я услышала, приехав в Америку… Если честно, тогда я решила, что речь в ней о губке для мытья посуды.

Наконец рядом притормозила машина. За рулем сидела женщина с вызывающим доверие лицом, что не сильно меня успокоило – именно такая и разрушила мою жизнь.

– Эй, у вас что-то случилось?

Она включила аварийку, и я, подойдя ближе, присмотрелась.

Точно не старше тридцати, на заднем сиденье хихикает, уставившись в планшет, мальчонка в детском кресле.

– Потеряла кошелек и телефон, а мне надо попасть в восточную часть Шарлотта. Я остановилась в мотеле «Супер севен».

Я невольно покосилась на свои поношенные шлепанцы за один доллар.

Из окна машины вырвался поток охлажденного кондиционером воздуха, и я вздохнула от наслаждения – жара все еще была нестерпимой, хотя солнце уже скрылось за горизонтом.

– Немного не по пути, но, если не выручу вас, – буду ужасно себя чувствовать. Залезайте, – произнесла женщина, оглянувшись на сонного ребенка.

– Ой, спасибо!

Я быстро открыла дверцу и проскользнула в салон с потрясающей бежевой отделкой из натуральной кожи. Внутри слабо пахло жасмином.

– Я Райна, а это мой сын Кай, – улыбнулась уголком рта