Башня из слоновой кости - Паола Барбато

Мойра бросила на нее испепеляющий взгляд и продолжила:

– Я здесь семь лет и никогда не просила ничего особенного, только крем для кожи, который можно заказать онлайн, остальное присылают родители. Так вот, мне кажется, пришло время соскучиться по дому.

Все посмотрели на нее с удивлением: Мойра ненавидела Варезе и с радостью бы подожгла этот город.

– Поэтому я собираюсь оформить подписку на «Ла Преальпина». Газета будет приходить в день выхода – я смогу читать местные новости, некрологи, объявления о работе, знакомства и так далее.

Беатриче села и вытерла слезы.

– Хорошо, – сказала она.

Она явно не поняла, к чему клонит Мойра, но речь казалась многообещающей.

– Мы не можем сами давать объявления, но, получая газету, – мы можем их читать.

– То есть когда я выйду, напишу вам?

– Нет, – терпеливо вздохнула Мойра. – Мы не имеем права получать сообщения от других пациенток, пока здесь, и даже потом не сразу. Если ты напишешь что-то очевидное, явно для нас, я потеряю подписку, а ты – канал связи.

– И что мне делать? – Беатриче снова всхлипнула.

– Мариэле придумает шифр.

Та вздрогнула, выходя из оцепенения, в которое часто впадала, слушая разговоры, но не участвуя в них.

– Я? Почему я? – спросила она.

– Потому что ты умеешь придумывать. Составлять схемы.

Проект Башни уже был в работе, и все об этом знали. Отказаться было невозможно.

– И какой код я должна придумать? – нахмурилась она.

– Простой код, чтобы Беатриче могла сообщить, как дела, что делает, где находится и все такое. И конечно, ты должна придумать пять имен, чтобы она могла отправлять сообщения каждой из нас. – Мойра повернулась к Беатриче. – Хочешь писать каждой из нас по отдельности, малышка?

– О да, очень! И, если разрешите, – торопливо добавила она, – имена у меня уже есть!

Все напряглись.

– Не стоит, малышка. Мариэле что-нибудь придумает, – попыталась сказать Мойра, но было поздно.

Пятнадцать лет назад Беатриче влюбилась до одержимости в поп-группу Lollipop – пятерку девушек, собранных на телешоу, предшественнике современных шоу талантов. Группа родилась на глазах зрителей, но успех пятерки оказался недолговечным. Lollipop распались рано, и молодые певицы, изредка воссоединяясь, занялись другими проектами. Но в сердце Беатриче они остались навсегда. Она уселась на кровать, словно русалка, и начала:

– Мариэле, милая и тихая, – это Доминик, однозначно. Мария Грация – Роберта, всегда такая шикарная, Фьямма – Вероника, с ее взрывной энергией, Мойра – Марта, лидер, похожая на Джей Ло, а я, – она опустила глаза, – Марчелла, малышка.

Остальные переглянулись с усталой покорностью, но не нашли причин ей отказать. В последующие дни Мариэле работала над кодом и наконец объявила правила:

– Ты подашь объявление – о работе, купле-продаже, брачное, любое. Платное, чтобы наверняка опубликовали. Минимум двенадцать слов. Четыре слова из них будут сообщением для нас – второе, пятое, седьмое и девятое. А мы будем переставлять их в нужном порядке. Подпись – всегда «Марчелла».

– Только четыре слова? – расстроилась Беатриче.

– Можешь подать несколько объявлений, но осторожно. И помни: номер телефона или адрес электронной почты должны быть настоящими, иначе тебя…

– Иначе тебя вычислят, – закончила за нее Мария Грация. И это звучало скорее как пожелание.

Беатриче вышла через неделю. Мойре понадобилось десять дней, чтобы оформить подписку на «Ла Преальпина», а до того, как сицилийка отправила свое первое сообщение в разделе «Личные объявления», прошел месяц.

«Праздник без друзей невозможен. Я безумно тоскую: у вас всегда грандиозные сюрпризы!» Марчелла

То есть: «Я без вас тоскую».

– Ровно двенадцать слов, – ядовито прокомментировала Мария Грация. – Прямо Мата Хари.

– Научится, – улыбнулась Мойра.

– А когда я выйду, можно и мне так? – спросила Фьямма.

Хотела пошутить. Но получилось всерьез.

* * *

За последние пять лет они обменивались в «Ла Преальпина» важной информацией: писали о своем состоянии, поддерживали друг друга, говорили о привязанности и верности дружбе. В конце концов, они познакомились в «Структуре», а не в клубе рукоделия, и узы, возникшие в таких местах, обычно длятся всю жизнь. Ближе к вечеру Мара набросала несколько вариантов послания. Отправить его должна была Мойра, как всегда, подписавшись «Марта», но сообщение должно было быть от ее имени. Возможно, классика вроде: «Это сделала не я». Мойра вернулась вскоре после того, как стадо прошло: она подождала, пока парк закроется, и оставшиеся дела отложила на вечер.

– Что в новостях? – спросила она, распахнув дверь.

– Ничего. Полиция копает в рабочем окружении Пироцци, но газеты продолжают твердить, что обо мне ничего не известно. Один пожарный описал мою квартиру и коробки вдоль стен – теперь писаки выдумывают всякое. Опубликовали фото закрытого окна, называют мою квартиру «домом тайн», а владельцы моего любимого супермаркета описали меня не слишком лестно. Есть что-нибудь насчет письма Алессандры?

– Ничего. – Мойра сжала губы. – Мне это не нравится.

– Может, они уже кого-то прислали, следили за тобой сегодня в парке?

– Возможно, но вряд ли. Все, что касается меня, – «конфиденциальная информация»… Они могли связаться со Стефанией, директрисой, или с Грегом – он, скорее всего, считает меня бывшей алкоголичкой. В лучшем случае они узнали, что я весь день отработала как обычно.

Мара сделала шаг вперед, теперь она всегда входила в гостиную крайне осторожно.

– Слушай, опубликуй сообщение для остальных, я составила несколько вариантов. – Она протянула листок. – Я ухожу. Я посмотрела карту, если пойти лесной тропой, должна выйти…

– Ночью? В лесу? Даже я там заблужусь, – тут же отрезала Мойра.

– Тогда возьми меня в фургон и высади где-нибудь утром.

– Ты насмотрелась шпионских фильмов.

Мойра вздохнула, взяла листок и потянулась за ноутбуком.

– Я тоже составила сообщение. Если опубликую сейчас… – она взглянула на часы, – …выйдет послезавтра. В последнее время личных объявлений мало, так что у нас больше шансов попасть в приоритет.

Она села и начала печатать.

– Что в объявлении?

– «Дружочек, отправляемся в путь искать жаркое пламя[5], которое мы потеряли в прошлом. Жду тебя. Марта»

– Отправляемся искать Фьямму? Кто отправляется? Ты не едешь, – встревожилась Мара.

– Еду.

– Нет, Мойра. Мы договорились помогать друг другу, не подставляя себя.

– Мне все равно не вывернуться. Я не умею лгать. Если меня спросят – я расскажу правду. И ты знаешь, что со мной будет. – Она пристально посмотрела на Мару. – Таким, как мы, никогда не верят. Если тебя уже обвинили заочно, хотя ты никого не убивала, то что говорить обо мне? Я тебя здесь укрывала – значит, для всех я уже соучастница.

Мара хотела было возразить, но, как назло, звякнул телефон Мойры. Она не обратила внимания, продолжая печатать.

– Мойра…

– Это уведомление с