Пятый великолепный. Нейлоновое сердце - Zoia

пальцы, подбадривая и словно напоминая, что он рядом.

Нескольких секунд Чэню хватило, чтобы понять: несмотря на годы, проведенные вместе, Абаевы не охладели друг к другу. Они сохранили нежность и любовь.

– А при чем здесь Джанибек? – спросил Даулет. – Он как-то причастен к этому?

– Он общался с Ван Сюли, в том числе незадолго до похищения. Никто из посторонних в ее жизни не появлялся за последние несколько месяцев, мы это выяснили. А по IP-адресу квартиры зафиксирован запрос о Ван Сюли незадолго до первого их контакта. Наши эксперты отметили, что это был полноценный поиск, а не обычный любительский интернет-серфинг.

– Джанибек не имеет никакого отношения ко всему этому! – уверенно сказала Зарина.

Серик кивнул, не пытаясь спорить.

– Он заявляет то же самое. Вот только в целом странная выходит история…

Серик встал и прошелся вдоль длинной столешницы, переводя взгляд с Зарины на Даулета и обратно.

– Джанибек не мог внятно объяснить, что он делал в квартире. В вашей квартире. Несет какую-то чушь про обучение у искусственного интеллекта, но заявляет, что подробности разглашать не имеет права! Что он заключил некий контракт…

Серик замолчал.

Абаевы переглянулись. Чэнь отметил, что они понимают друг друга без слов.

– Это действительно так. – Даулет теперь выглядел собранным и серьезным. – И он действительно связан соглашением о неразглашении на определенный период. А большой трафик я могу объяснить гораздо проще. Он наверняка искал информацию о соседке не руками, а цифровым помощником. И да, это всегда большой трафик.

– Джанибек на самом деле просто учился. Это наш эксперимент! – вмешалась Зарина. – Мы встретили Джанибека на лечебном курорте. Он хотел изменить свою жизнь, а мы предложили ему стать добровольцем в проекте. Чтобы превратиться в человека, который способен добиваться успеха.

Серик скептически скривился и посмотрел на Даулета:

– Можете пояснить, что вы имели в виду, когда говорили про большой трафик цифрового помощника?

Абаев подумал секунду и внимательно всмотрелся в Кабдулина. Чэню он напомнил тигра, который не сразу может решить – послушаться дрессировщика или наброситься на него.

– Допустим, вы ищете хорошую водку для подарка вашему китайскому другу… – Даулет говорил учительским тоном, что явно не нравилось Серику. – Вы заходите в поисковик, делаете запрос типа «лучшая водка Казахстана недорого», выбираете и покупаете. ZOR, наш цифровой помощник, сделает все иначе. Сначала он уточнит цель запроса, после чего проведет полноценный поиск. Тогда вы узнаете, что лучшей водкой для подарка в этом контексте будет Jysan, «Жусан».

– «Полынь» в переводе с казахского, – пояснил Серик Чэню. – Действительно хорошая водка.

– Да. Но ZOR выяснит и сообщит вам, что Jysan делается на горной воде, на сертифицированном производстве. Что из-за этого у вашего друга не будет похмелья. И что у вкуса водки есть оттенок полыни, нигде больше такой не делают. А чтобы все это выяснить, проверить и структурировать, ZOR прокачает через себя огромный массив данных. Но для вас это будет выглядеть как точный ответ на простой вопрос.

– Мы поселили Джанибека в собственной квартире, дали ему два месяца и бесконечные ресурсы для развития, – горячо добавила Зарина.

– И доступ к ИИ нового поколения? – уточнил Чэнь.

Абаевы одновременно повернулись к нему. Они словно и не замечали до этого момента, что в комнате находится еще человек. Слишком были обеспокоены судьбой Джанибека.

Кабдулин тоже о чем-то задумался, поэтому не сразу перевел вопрос с китайского.

– ZOR – цифровой ассистент на базе искусственного интеллекта и нейросетей, – начала объяснять Зарина. – Он специализируется на предоставлении услуг для успешных людей и обучении. Теперь он свои накопленные знания передает Джанибеку.

Чэнь понимающе кивнул. Это было сигналом Серику, что Абаевы говорят правду.

– Фантастика какая-то! – не выдержал Кабдулин. – И зачем вы это затеяли?

– Боюсь, уже реальность, – покачал головой Даулет. – Кстати, а почему переводите вы, а не Джанибек?

Лицо Кабдулина вытянулось. Он молча уселся в свободное кресло, откинулся на спинку и только потом спросил:

– Он знает китайский?

Голос его стал немного хриплым, а под столом ритмично сжимались кулаки. Чэнь отметил про себя, что Кабдулин неплохо владеет эмоциями.

– Он учился в Китае. – Даулет говорил ровно, но в его глазах мелькнули лукавые искорки. – И если вы не поняли, он пока не богат, только хочет разбогатеть. Но получит в свое распоряжение три миллиона долларов, если исполнит все условия контракта.

– Может быть, пригласим его сюда? – предложил Чэнь. – Пусть объяснит, зачем отвлекался на соседку при таких жестких условиях.

– О, это как раз я могу объяснить, – отмахнулся Серик. – Ван Сюли была невероятно красива. Не устоял мажор… Думаю, мы закончили.

Кабдулин взял себя в руки и снова говорил спокойно.

– Джанибека мы тоже сейчас отпустим, поскольку вы подтвердили его показания. Если что-то вспомните важное по делу, дайте знать.

– Придушу мажора! – пообещал Кабдулин, когда Абаевы ушли. Но в голосе его уже не было злости. – И ведь даже ты не увидел, что он понимает китайский, верно?

Чэнь сделал вид, что не заметил подвоха в вопросе, и перешел к более сложной части разговора:

– Я хочу предложить ему стать моим консультантом.

Серик неожиданно рассмеялся. Громко, самозабвенно, выплескивая со смехом напряжение последних дней.

– Тебе нужен консультант? Тебе? Да ты же треклятый гений! Не смеши меня так.

Чэнь молча ждал.

Серик перестал смеяться, а затем и улыбка медленно сползла с его лица.

– Если подумать, не помню, чтобы ты хоть раз пошутил. Ты и не умеешь, наверное?

Чэнь никак не отреагировал.

– Так. И зачем нам нужна эта жертва эксперимента?

– Есть четыре причины. – Чэнь поднял правый кулак и разогнул указательный палец. – Во-первых, ты сам сказал, что мир богатых совершенно другой. Нам нужен тот, кто с ним знаком, умеет разговаривать со всеми на одном языке, будет своим в элитных клубах и ресторанах. Нейлон наверняка вращается среди состоятельных людей, его там многие знают. Оттуда же и все три жертвы. Твои ребята не справятся, с ними никто доверительно разговаривать не станет, а на допросе ни один ничего «не вспомнит».

Серик досадливо крякнул:

– Ох уж эти богатеи.

– Во-вторых… – Чэнь разогнул средний палец. – Джонни знает китайский и русский, я смогу брать его на выезды. Это полезно.

Кабдулин промолчал, поэтому Чэнь разжал мизинец и безымянный палец, а указательный убрал.

– В-третьих, из отдела есть утечка, ты сам это знаешь. Наши специалисты помогают сейчас вашим с защитой, но лучше перестраховаться. Какие-то задачи будем поручать Джонни, поскольку он разбирается в IT-технологиях.

– Ты его и к расследованию хочешь привлечь? – удивился Серик. – Хотя ладно, давай четвертую причину.

Чэнь выпрямил указательный палец, а затем сжал ладонь в кулак.

– Есть и четвертая причина. Я ее обязательно расскажу, обещаю, но позже. Ничего важного для расследования не утаиваю, но некоторые вводные лучше не разглашать сейчас.

Серик скептически глядел на Чэня.

– Давай поговорим с мажором сначала. На месте определимся.

Джонни обрадовался, что Абаевы подтвердили