Эпоха крови и пурпурных слез - Эдди Кан

– Это изображение не раннего периода, – уперлась Мирэ, чувствуя свою победу. – Слишком профессиональный почерк, подозреваю, художник был учеником Дохвасео[27].

– Художник был пьяницей-самоучкой, не имеющим ничего общего с королевской школой.

– Ты сделал вывод по почерку?

– Нет. Я знаком с автором этой живописи.

У Мирэ не осталось аргументов, она лишь прикусила язык, чтобы не выругаться от удивления.

– Ты ведь говорил, что ты из тысяча восемьсот двадцать четвертого года, – начала издалека Мирэ, позабыв о минхва. – Если ты знаком с художником раннего периода Чосон… сколько тебе лет?

Джин задумчиво посмотрел в потолок. Между его бровей пролегла морщинка, выдавая, что он задумался. Мирэ стало не по себе от мысли, что Сонг даже не помнил свой возраст.

– Примерно четыреста, – ответил наконец Джин.

– Четыреста?! – От удивления Мирэ вместе с Сон-Хо крикнули в один голос, чем напугали несчастного Мочи. Пес недовольно залаял-захрипел.

– Плюс-минус, – внес поправку Сонг Джин.

В этот момент в дверь постучали, а после в кабинет ворвалась Но Йунг с листком бумаги, спасая Мирэ от нервного срыва. Секретарша промаршировала к ее столу и приподняла уголки губ. Йунг шла улыбка, но интерес Мирэ все-таки украл лист бумаги в ее руках, хотя в ушах все еще звенел ответ Джина. С ума сойти, четыреста лет!..

– Я обзвонила все контакты, с которыми разговаривала за вчерашний день, – начала Но Йунг, но ее вдруг перебил Сон-Хо. Благо он тоже оправился после потрясения от слов Джина.

– Все?! Да их там не меньше дюжины! – присвистнул Пак.

– Девяносто восемь, – поправила его Но Йунг и повернулась к Мирэ. – После многих неудачных попыток мне удалось связаться с помощником господина Ким Ханьюла. – Мирэ нервно начала стучать мыском туфли, чувствуя напряжение и азарт. Спрятав руки под стол, она скрестила пальцы, надеясь, что помощник Ханьюла не послал Но Йунг из-за потерянного дела. – Мне удалось договориться о встрече. Но нам дали понять, что это последний шанс.

Мирэ сорвалась с места и сдавила Йунг в крепких объятиях. Такой сентиментальности от себя не ожидала ни она, ни госпожа Но. Сон-Хо нервно затаил дыхание. Мирэ слышала, как напряженно захрапел Мочи. Выпрямившись, она нервно кивнула и улыбнулась секретарше, игнорируя проницательный взгляд Джина.

– Госпожа Но, отличная работа. – Мирэ благодарно похлопала Йунг по плечу. – Я поеду по адресу, а вы займитесь делом по живописи минхва. Файлы у меня на столе.

Забрав у Но Йунг адрес и контакт помощника, Вон выскочила из кабинета, полная решимости. Больше она не потеряет дело Ханьюла, кто бы ни встал у нее на пути. Вызвав лифт, Мирэ вошла в кабину, следом за ней внутрь заскочил Сон-хо и в последний момент – Джин.

– Значит, едем добывать экспонат? – довольно протянул Пак.

– Пора оформлять карточку для аукционных торгов, – уверенно улыбнулась Мирэ, глядя на закрывающиеся двери лифта.

Глава 5

Выпустить ангела из мраморных оков

Из-под колес разлетались брызги дождевой воды. Мирэ глядела в окно, по которому скользили дорожки влаги. Мысли Вон диким табуном лошадей метались от размышлений, как Но Йунг справится с Мочи, до предположений, чем завершится встреча с Ким Ханьюлом. Ситуацию не спасало откровение Джина. Мирэ по-прежнему нервно косилась в его сторону. Хранитель из прошлого, которому было плюс-минус четыреста лет. А если сверху к тысяча восемьсот двадцать четвертому накинуть недостающее время до две тысячи двадцать пятого, то Сонгу будет под шестьсот?

Понимая, что от подобных размышлений может лишиться рассудка, Мирэ закрыла глаза и постаралась отвлечься, но мысли снова вернулись к насущным проблемам. Для чего данные по экспонату Ханьюла понадобились неизвестному мужчине? Что задумала Чин Минджи? И кто разорвал госпожу Мин?

Сон-Хо плавно вел машину по улицам, переговариваясь с Джином обо всем и ни о чем. После нескольких минут пути Мирэ наскучило прислушиваться к ним, и она подняла сохранившиеся со вчерашнего дня бумаги. Но Йунг была права – от документов осталась первая часть договора, в которой были стандартные условия аукционного дома. Данные клиента и информация по экспонату бесследно пропали. Прошлым днем Мирэ была так вдохновлена перспективой встречи с завидным коллекционером, что даже не удосужилась взглянуть на бумаги и узнать, что за экспонат ее ждет. Благо в этот раз Но Йунг записала, что это старая книга. Один – ноль в пользу классических записей против цифровых новшеств! Вон стало в несколько раз интереснее: кому так остро понадобилась книга Ханьюла, что ради нее пошли на кражу?

Прежде чем свернуть по направлению к дому клиента, Сон-Хо заехал в паспортный стол и забрал готовые документы для Сонг Джина. Теперь «парень из прошлого» стал частью современного мира.

Наконец корпоративный седан въехал на мост Сонсан, двигаясь из района Йондеунгпо в Мапо. Скучающе раскрыв новостную ленту в смартфоне, Мирэ листнула вниз. Откликаясь недавним запросам, портал сразу же подкинул ей свежий пост, от которого все внутри стянулось в тугой узел. Сдвинувшись в сторону так, чтобы можно было протиснуться меж двух передних кресел, она потрясла телефоном.

– Погибший вчера репортер официально числится без вести пропавшим. Что же делать… Теперь вопросов не избежать, – запустив ладонь в волосы, Мирэ откинула длинные пряди со лба и шумно вздохнула.

– Не паникуй раньше времени, босс, – успокаивающе сказал Сон-Хо и прибавил громкость едва бубнившей радиоволны. Как назло, музыка прекратилась, и из динамиков полился новостной доклад, который заставил Мирэ выпрямиться как от удара молнией.

Занервничав, Сон-Хо потянулся к сенсорной панели, но Мирэ махнула ему рукой, приказывая не менять канал. Тем временем докладчица сухо вещала:

«…тело не было обнаружено. По предварительным данным полиция делает выводы, что репортер стал жертвой мести. Ранее господин Хван Юнхо неоднократно публиковал провокационные посты в социальных сетях. Мог ли очередной заголовок побудить кого-то к столь жестокой расправе?» – ведущая продолжила читать текст дальше, но Мирэ уже ничего не слышала. Откинувшись на спинку сиденья, она начала ломать голову над тем, какое придумать алиби на случай, если к ней нагрянет полиция. Вряд ли рассказ о встрече со жнецом убедит кого-то из служителей закона.

– Босс, помни о презумпции невиновности, – не сдавался Сон-Хо. Мирэ не ответила.

Дорога до дома Ханьюла отняла ровно столько времени, сколько потребовалось Мирэ на уничтожение оставшихся нервных клеток. Наконец Сон-Хо вывел седан к частной резиденции коллекционера и, описав дугой небольшой пруд на переднем дворе, остановился напротив главного входа в дом. Мирэ опустила глаза на стрелку часов и расслабленно выдохнула. Они не опоздали.

Сделав глубокий вдох, Мирэ вышла