Алессандра Торре - Девушка за дверью квартиры 6E

– А почему ты не выходишь из квартиры?

– Мы зря тратим время. Пожалуйста, смотри на дорогу и прибавь скорость.

– Я не пущу тебя за руль своей машины.

– Почему?

– Ты водить-то умеешь?

– Умею. Чего ты хочешь?

– Чего я хочу?

Господи, вот заладил. Как попугай.

– Чего ты хочешь за то, что дашь попользоваться своей машиной?

– Я хочу знать, что происходит!

Я бросаю взгляд на его красивое, искаженное расстройством лицо.

– Могу сказать тебе только одно: мне нужна твоя помощь. Если не хочешь одалживать мне пикап, тогда высади меня у любого проката.

– Давай я поеду с тобой.

– Ни в коем случае. Мне тяжело сдерживаться, когда ты рядом.

Широкая улыбка на его физиономии дает понять, что мои слова прозвучали двусмысленно.

– Не поэтому, Казанова.

– О. – У него вытягивается лицо. – У тебя все еще этот бзик на тему, как убить меня?

Я усмехаюсь, хоть и раздражена.

– Да. У меня все еще «этот бзик».

– Я могу постоять за себя.

– Можешь, не можешь – сейчас у меня нет ни сил, ни времени с тобой бороться. Я должна позаботиться кое о чем другом.

– Свидание.

– Что «свидание»? – Наткнувшись на папку «Племянница», я открываю ее и вижу массу фотографий белокурой девочки, на некоторых она сидит напротив торта, с розовым боа на шее и с короной на голове. Энни. Но радость от того, что я нашла ее, моментально тает при мысли, что кто-то хочет причинить зло этому прекрасному маленькому человечку.

– Ты спросила, чего я хочу. Я хочу, чтобы в обмен на машину ты сходила со мной на свидание.

– Забудь.

Мы сворачиваем на безлюдную парковку к рядам клонов нашего UPS-фургона. Джереми сосредоточенно паркуется на самом правом месте. Потом выключает двигатель и, повернувшись ко мне, всматривается в мои глаза.

Я борюсь с порывом обхватить себя за плечи. Действуй – гремит приказ в моей голове.

– Пожалуйста, – вымучиваю из себя. Это слово дается мне с трудом. Столь часто произносимое мною во время чатов, оно напрочь забывается, когда камера отключена.

– Поцелуй.

Я морщусь, понимая, что он возобновил переговоры. Чего мне сейчас не хочется, так это целоваться.

– Четыреста долларов. За аренду пикапа этого хватит с лихвой.

– Нет, – произносит он мягко. Его глаза – светло-голубые, цветом похожие на платье, которое я носила в старших классах – прикованы к моим. Мой взгляд переходит от этих невероятных глаз вниз и останавливается на его губах. И я вспоминаю тяжесть его тела, его поцелуи, его руки на моей обнаженной плоти. Наклонившись вперед, я со вздохом закрываю глаза и натянуто выпячиваю губы.

Он сметает мою оборону первым же прикосновением губ. Я таю, забыв обо всем, чувствую одно, его руку на своей шее, которая погружается в мои волосы и вплотную притягивает меня к нему, к его рту. Лаская мои губы плавными движениями, он лишает меня всех ориентиров, он берет меня в плен и исцеляет то немногое, что осталось от моей души; считанные секунды – и мой рот отвечает ему, а руки, выпустив сумку, тянутся к его волосам. Я задыхаюсь, я никак не могу насытиться им, мне все мало.

Действуй. Я отталкиваю его, мои ладони задерживаются на его сильных плечах, пока он, озабоченно хмурясь, смотрит на меня своими голубыми глазами. Тяжело дышу, изо всех сил стараясь не смотреть на его рот.

– Пожалуйста, – шепчу. – Мне нужно ехать.

Он кивает. Вытянувшись, достает из кармана ключи и протягивает их мне.

– Серый «Форд». Стоит позади этого здания.

Меня до краев переполняет облегчение. Я улыбаюсь, забирая ключи.

– Спасибо. Я у тебя в долгу. – Подхватываю сумку и уже порываюсь уйти, когда на мою коленку ложится его крепкая ладонь. Вопросительно оборачиваюсь.

Он протягивает мне визитку.

– Подумай все же насчет свидания. Вот. Здесь записан мой телефон.

После секундного колебания я киваю и, схватив визитку, соскакиваю на тротуар. Огибаю бампер, улыбаюсь Джереми напоследок, а потом бросаюсь бегом искать его пикап.

* * *

Джереми смотрел, как она уходит. Ноги у нее больше не подкашивались, спешка сделала ее походку сильной и уверенной. В его голове отозвалось эхом раннее предположение. Она от кого-то прячется. Прячется? Как бы не так. Скорее полна решимости ринуться в драку и съесть своего противника на обед.

Не надо было ему так легко сдаваться и одалживать пикап в обмен всего лишь на поцелуй. Но машина была ей необходима, ее всю колотило – так она торопилась, – а паника в ее глазах сливалась с решимостью. Куда бы она ни направлялась – бежала ли от кого-то или к кому-то – дело было важным. Куда важнее доставленных ему неудобств. Он услышал рев двигателя, визг протекторов по асфальту, и она, выехав с парковки, повернула на север – неизвестно куда.

Глава 41

В кабине его пикапа F150 идеально чисто и едва уловимо пахнет освежителем воздуха. Обнаружив GPS-навигатор, я останавливаюсь на ближайшей заправке и вбиваю адрес трейлера, который арендовал Ральф. И узнаю́, что нахожусь в двенадцати часах и двадцати четырех минутах от цели.

Пользуясь случаем, я набираю полный бак. Держать заправочный пистолет непривычно, и моя ладонь вспотевает на вибрирующем под напором бензина металле. Бросаю взгляд на часы. 17:47. Полчаса, даже больше, вне дома – и никто не умер, и никакие неконтролируемые позывы меня не посещали. Я мимолетно думаю о пропущенных чатах и о мужчинах, которые сидят сейчас и беспрестанно обновляют окна своих браузеров в ожидании сексуальной Джессики. Вот только она не придет. Снова слышу приказ. Действуй.

Я настраиваюсь не допустить катастрофы и, ступив на твердый, шероховатый асфальт, делаю шаг в сторону магазина. Глубоко дышу, концентрируясь. Мне надо купить еды в дорогу и зайти в туалет. Кроме моей, здесь есть еще машины – одна припаркована у магазина, вторая заправляется на соседней колонке. Две машины. Пара человек обслуживающего персонала. Брызги крови на стеклянных дверцах рефрижератора. Падающие на кафельный пол тела. Я оставляю сумку в кабине и, безоружная, иду в магазин. Чтобы вытеснить все прочие мысли, сосредотачиваюсь на Энни. Спасти Энни. Спасти Энни. Все остальное – игнорировать.

Дверь в магазин легко распахивается, и меня окружает яркий флуоресцентный свет и запах хот-догов. При виде длинных рядов с едой, которой я была лишена три года, у меня разбегаются глаза. Жажда убивать испаряется, не выдержав столкновения с продуктовым изобилием. Газировка. Кажется, я напрочь забыла ее вкус. Шоколад. Настоящий, не диетический – пятидесяти разных видов. Чипсы, орешки, бисквитные батончики. Алкоголь. Как одержимая, я хватаю с полок все подряд, сколько смогу удержать, и когда сваливаю охапку сладостей на прилавок, темнокожий кассир стреляет в мою сторону странным взглядом. Переместившись к рефрижератору, я хватаю «Фанту», вишневую «Кока-колу», «Доктора Пэппера» и энергетики. Этот момент – один из величайших в моей новейшей истории. Поставив напитки на пол, я снимаю с полки белый переносной холодильник, перекладываю бутылки в его пенопластовое нутро и, добавив к ним еще несколько, с широченной улыбкой на лице поворачиваюсь к кассиру.

– И еще пакет льда, пожалуйста.

Он глядит на меня исподлобья, непонятно почему раздраженный бурной деятельностью, которую я развела в его магазине, и потыкав по кнопкам кассового аппарата, объявляет:

– $32.86.

Я протягиваю ему две двадцатки и жду, пока он отсчитает сдачу, а после сложит мои покупки в пакет.

– Спасибо. – Лучисто улыбаюсь ему. Лучше всего было бы застрелить его из пистолета. Стойка слишком широкая, ножом я не дотянусь. – Всего доброго.

Действуй. Энни.

* * *

По дороге я звоню Майку. Зажав телефон между плечом и ухом, крепко держусь обеими руками за руль. На открытом шоссе мне не по себе, а непривычный автомобиль добавляет нервозности. Последний раз я водила машину в старшей школе – старую мамину «Хонду-Аккорд». Пикап по сравнению с ней огромен, кажется, что он занимает на дороге гораздо больше места, чем есть.

После третьего гудка Майк отвечает.

– Йоу.

– Это Джессика.

– Как дела, чика?

– Мне нужно нанять тебя на весь день. Во сколько это мне обойдется?

– Офигеть можно. В последнее время ты прямо как лотерея. Что надо сделать? Вряд ли это займет у меня целый день.

– Много всего разного. Мне нужно, чтобы ты выполнял все, что я попрошу, поэтому да, я нанимаю тебя на весь день. Минимум двенадцать часов ты должен быть целиком и полностью в моем распоряжении.