Кошмар на Полынной улице - Дарья Буданцева

– Но дети к нему тянулись, – вспоминал Матвей, сглатывая ледяную слюну и косясь на полицейского, – клянусь, они прямо липли к этому уродцу! Подходили, и он давал им какие-то сладости! И всем было наплевать, все просто веселились!

Полиция его словам не поверила. Матвей был изрядно пьян и заметил пропажу дочери лишь через полтора часа после начала концерта. А когда опомнился, было уже поздно. Ангелина Юркина – девочка, десять лет, рост метр двадцать, одетая в розовое платье и босоножки со щенятами, – исчезла, словно ее никогда и не было на свете.

Несколько человек видели, как она плакала возле автоматов с газировкой. Но никто из них, кроме Матвея, никто не смог вспомнить тонкого, на грани истощения, двухметрового мужчину в линялом розовом костюме ярмарочного кролика, подошедшего к ней спустя минуту…

Глава 1

Получилось, ошибки быть не может!

Кора с облегчением подключила последние проводки к нужным разъемам и выпрямилась. Телевизор мигнул синим, затем включился. За спиной раздались аплодисменты, сотни невидимых рук поздравляли смотрительницу общежития № 37 с очередной победой над техникой. У каждого был свой повод для радости.

Трехэтажный дом на границе мира смертных и вечности упрямо отрицал развитие прогресса. Некоторые вещи просто отказывались работать в его стенах: миксер, подаренный матерью, не включился, новехонькая стереосистема внезапно загорелась… Про остальные покупки лучше даже не вспоминать – кошельку больно. Но телевизор Кора все же отстояла. Можно сказать, выгрызла у мистических сил.

Телевизор был нужен не только как предмет интерьера, но и как полезный инструмент для отвлечения мертвых жильцов от всяких глупостей.

– Больше, больше восхищения, – скромно потребовала Кора, взмахнув руками. – И возведите мне памятник в полный рост!

– Из чего, пастушка? – поинтересовался висевший у потолка Гвидо – рыжий полтергейст, доставлявший Коре в прошлом много хлопот. – Из стульев или, может быть, пыли?

– Да!

– Прекрасный ответ. – Он упал на диван, подмяв под себя пожилого учителя, умершего во время прочтения совершенно безграмотного рассказа «Как я провел это лето», и скомандовал, проигнорировав возмущенные писки: – Ну, ставь уже что-нибудь!

– И что вы хотите? У нас, можно сказать, персональный праздник, надо выбрать что-то тематическое, верно? Может, «Охотников за привидениями»?

Стены дрогнули от дружного «Фу-у-у!» собравшихся.

– Или «Полтергейст»? – со смехом продолжила Кора.

Призраки наперебой бросились предлагать свои варианты:

– Лучше романтику с Патриком Суэйзи!

– Нет, документалку про акул!

– «Багровый пик»!

– «Дикий ангел»!

– Вы в своем уме? Только сопливых мелодрам нам не хватало в посмертии!

– Так, тихо. А как вам «Сияние» Стэнли Кубрика?

Наступила тишина. Все призадумались.

– Это та кинокартина, где реки крови из лифта льются? – поинтересовалась старушка Гортензия и вздохнула. – Звучит толково. Ах, но почему у нас такого нет? Было бы так эффектно, так фактурно!

– Потому что местные больницы разорятся, а вампирам нечего будет воровать, – хмыкнула Кора.

Внезапно экран телевизора ярко и как-то неестественно вспыхнул. Было похоже на очередную поломку, но нет. Просто началась реклама, хотя никто из присутствующих не притрагивался к пульту.

Появилась искаженная помехами табличка «Давай играть с Дружком-Ушастиком» и вид на несколько старинных полосатых шатров.

– Что с картинкой? – поморщился Гвидо, затем наклонился вперед, распихав остальных призраков. – Она же должна быть цветной. И что еще за ушастик? Ты что поставила?

– Это не я. Я не знаю… – Кора стала по очереди нажимать на кнопки. Ничего не изменилось. – Не удается переключить.

По ту сторону экрана раздался детский плач. Кадр сменился. Несколько маленьких фигур в нарядах зверей водили хоровод вокруг черного столба. Будто начался праздник, но совсем не радостный. Раздражающие дребезжащие звуки вперемешку с тихими рыданиями действовали на всех гипнотически. Кора почувствовала покалывание на кончиках пальцев. Тут электричество в общежитии резко вырубилось, и несколько особенно чувствительных женщин-призраков вскрикнули от неожиданности.

Шум нарастал.

Дети в костюмах крутились всё быстрее и быстрее. Теперь их движения походили на работу жестокого кукловода, заставляющего участников хоровода двигаться против своей воли. Их ноги заплетались, тела резко дергались и врезались друг в друга… Это было омерзительно.

– Выключите эту гадость, – взмолилась Гортензия, прикрыв рот руками.

– Я пытаюсь!

Кора замерла в растерянности. Розовая фигура, совершенно противоестественно выглядящая в черно-белых декорациях, вышла на передний план откуда-то справа. Это был кролик с длинными ушами и свалявшимся мехом, с гротескными пропорциями, тонким человеческим телом и длинными когтистыми лапами, с лежащей на груди порванной пастью, за которой не было ничего – ни костей, ни ткани, лишь сгусток черноты. Он был ненастоящим.

Дружок-Ушастик?

Гвидо дернул Кору за руку в тот момент, когда мерзкое существо резко рвануло к стеклу и прижалось мордой к обратной стороне экрана. Кролик с жадным любопытством смотрел на собравшихся – молча, но от этого становилось лишь хуже.

Он удивлен, – осознала Кора. – Мы для него такая же диковина, как и он для нас. Кто ты такой?

– О-он же не видит нас? – прошептали позади.

Будто в ответ на вопрос существо ударило лапами по прозрачной преграде. Раздался треск. Кора увидела первые нити трещин. Люминесцентные лампы над головой бешено мигали, сигнализируя об опасности.

Дружок-Ушастик принялся осыпать экран ударами, стремясь выбраться наружу. Призраки закричали и бросились врассыпную, ища защиты в собственных мирах-комнатах. Редкие смельчаки окружили завороженную Кору и сжали кулаки.

– Пастушка, – напряженно позвал Гвидо.

Она моргнула – плач детей усиливался, будто ввинчиваясь в уши.

– Довольно!

От ее крика лампы пришли в норму, и в просторной гостиной общежития вновь стало светло. Кора выпрямилась и четко произнесла:

– Я здесь хозяйка. Никто не войдет в обитель душ без моего разрешения.

Кролик стал еще ожесточеннее бить когтями по экрану.

– Ты нежеланный гость!

Пол под телевизором стал прогибаться, будто от невероятной тяжести…

– Я сказала – УБИРАЙСЯ ПРОЧЬ!!!

В ее голосе прозвучала такая сила, что Кора даже пошатнулась с непривычки. Здание содрогнулось. Присутствие чего-то опасного и ощущение вторжения исчезли в тот же миг, оставив неприятное послевкусие. Секундное затишье – и все пришло в норму, будто ничего и не было.

Призраки бросились ее нахваливать. Кора улыбалась, но на душе у нее по-прежнему было неспокойно. В этом мире ничего не происходило просто так.

Ее опасения подтвердились спустя день, когда в новостях показали фотографии пропавшей Ангелины Юркиной, отец которой бегал по улицам с заявлениями, что по городу бродит маньяк в костюме кролика и ворует детей.

Глава 2

Все происходящее не могло быть совпадением. Оно им и не было.

Кора каждую ночь