Держите огонь зажженным - Ирина Владимировна Дегтярева

жару, Петру словно лед к затылку приложили, когда он вспомнил о Зарифе. Знал, что она сдала митовцам своего же, курда Ахмета Мардини, который искал помощи у России и получал ее. Зарифу запугали и били, перед тем как она сделала это. А потом погибла Дилар… Генерал Александров подозревал в убийстве Зару, вернее, ее группу радикально настроенных курдов, функционировавших внутри РПК. Они выступали за непримиримую войну, за обретение единого Курдистана и его полную независимость. С девизом: «Никаких переговоров, ни с кем, никогда. Только террор до победного конца».

А Дилар, как и Аббас, считала, что достижение цели, создание Курдистана – это в большей степени переговоры, в том числе и негласные, закулисные, даже с непримиримыми врагами – турками.

Зара не отрицала причастность к убийству подруги, наверное, потому, что чувствовала свою вину в ее гибели. Но теперь Петр был совершенно не уверен в ее непосредственном участии в убийстве. Где-то на краешке подсознания возникали другие версии, кто виновен в смерти Дилар, но эти версии еще не оформились в нечто серьезное.

Басир с пакетами прошел в подсобку, мельком взглянув на задумавшегося Кабира, но не приставая с расспросами. Оттуда сказал:

– Скоро придет Салах. Я сейчас перекушу и постригу его. Шел бы ты домой. – Он появился в дверном проеме с куском лепешки в руке.

– Я и сам могу. Чего ты меня домой отсылаешь?

– О, извините, Кабир-сайид, хозяин. – Басир дурашливо поклонился, но, заметив хмурый взгляд напарника, заговорил серьезно: – У тебя такой взъерошенный вид после визита этого типа… Чего он от тебя добивается?

– А чего вы все от меня добиваетесь? Информации. Но с турками я имею дело постольку-поскольку.

– Ты знаешь, я думал о нашем вчерашнем разговоре, – Басир прислонился спиной к дверному косяку. – Сирия не была нашим союзником, ты же помнишь их попытку сделать у нас переворот. С тех пор БААС разделилась. Еще в 1968. А в 1980 году Дамаск стал «леветь» – марксистское крыло БААС совершило военный переворот. Сирия поддержала Тегеран в нашей войне с Ираном. За Кувейт они нас пинали тоже.

– Что ты хочешь? У нас, арабов, быть хозяином в доме – традиция, подкрепленная и религией. Боролись за влияние на Ближнем Востоке, как два брата, соперничали, толкались локтями. Но вспомни, с Каиром дипотношения Сирия восстановила позже всех, не могла им простить мира с Израилем. С Турцией у нее лада не было и нет. Она за полный вывод израильских войск с арабских земель, оккупированных ими, за независимую Палестину. Голанские высоты опять же…

– Ты говоришь, как передовица сирийской «Аль-Баас», – ехидно заметил Азар, снова намекая на его причастность к сирийской разведке.

– А ты, видать, ее регулярно почитываешь, раз безошибочно угадал источник, – парировал Кабир. – Саудовская Аравия и США создали «Аль-Каиду» и ответвления от нее – «Джебхат Ан-Нусру», «Исламский фронт» и другие. Турция и Катар спонсируют эти группировки. Израиль тоже приложил руку, поддерживая этих террористов. Одна из причин – война оттягивает решение вопроса о возвращении Голанских высот. – Петр вспомнил трупы в доме, где они прятались с Галибом, Ильясом и Зарой во время обстрела в Сирии, по дороге к границе с Турцией. Контрольный выстрел в глаз, характерный для спецназовцев Моссада, обратил на себя внимание Горюнова при беглом осмотре трупов. Петра тогда контузило, но он не забыл эту явно не случайную деталь. – Уж я не говорю про курдов – этих цыган Ближнего Востока….

Басир рассмеялся, но перебивать не стал. А Петр знал, чем снискать хорошее расположение напарника к себе – поругать курдов.

– Израиль снабжает их оружием, США обеспечивает политическую поддержку, – Петр тут же перескочил на другое: – Почему ты не торопишься знакомить меня со своими друзьями из вашей группы? Назовем ее «Патриоты Ирака».

– В твоем положении я не стал бы насмешничать, – урезонил его Басир, впрочем, беззлобно. – Ты вышел из доверия. Надеюсь, временно. Ты восстановишь свои позиции.

Петр усмехнулся. На ум пришла фраза, услышанная им давным-давно от отца: «Товарищ Берия вышел из доверия, а товарищ Маленков надавал ему пинков».

– Самое постоянное – это временное, – намекнул Петр. – Разве не так?

– В вопросах дружбы, выгоды и политики действуют другие механизмы, – глубокомысленно изрек Басир и удалился в подсобку есть кебаб, который он принес в лотке из ближайшего кафе.

– Странные ты понятия объединил, – не удержался Горюнов и пошел следом. – Как в игре «Найди лишнее». Дружба в этот ряд не встраивается. Тебе не кажется?

– Нет, – Басир развалился на топчане, – логика есть. Если ты мне выгоден в проведении той политики, что наиболее подходит для моей страны, то ты мой друг.

– Дай-ка мне калям[30], я запишу твои мудрые мысли.

– Вот уже не знал, что ты – хаттатун[31].

Петр улыбнулся, пытаясь понять, почему Басир больше не давит, почему отступился. Что за смена тактики? По идее, будь он на его месте, напирал бы и напирал. Или Басир почувствовал бесперспективность такого рода давления?

«Хотелось бы верить, что он воспринимает меня как сильного и грозного соперника, – Петр подмигнул ему. – Но не стоит быть с ним самонадеянным, особенно если держать в уме профессию Басира. С его стороны это тактическое временное отступление. Затем может последовать внезапный штурм».

Начал трезвонить сотовый телефон. На дисплее высветился незнакомый номер.

– Да, я вас слушаю, – ответил Петр. Его нервировали такие неопознанные звонки.

– Марек, – раздался смущенный голос Недреда. – Давай по-турецки, дружище. Я не дока в арабском.

Он называл Петра тем именем, под которым знал его в Стамбуле – Марек Брожек. Горюнов порадовался, что Басир не может слышать слова Недреда. Дополнительные проблемы ему не нужны. И без того эти проблемы сейчас выжидающе дышат в трубку.

– Привет. Не думал, что ты так быстро доберешься.

– Я и не быстро. Меня чуть на таможне не задержали. Привез тебе блок турецкого «Винчестера». Я запомнил, ты его курил все время. Оказывается, больше блока ввозить нельзя – двести сигарет.

– Спасибо. А вообще обычно сигареты контрабандой везут отсюда, здесь они гораздо дешевле. Ты где остановился?

– Пока еще в аэропорту. Надо бы встретиться. Это важно, Марек.

Петр назвал адрес кафе около своего дома.

– Как раз, пока доберешься, я тоже туда подъеду. Ориентировочно часа через два, – он взглянул на часы, висящие на стене.

– Иди, иди, – отмахнулся Басир, когда Петр спрятал телефон в карман. – Очередной турок? У них что тут, научно-террористическая конференция? Повестка дня – возрождение Османской империи?

– Пошел ты! – огрызнулся Горюнов с улыбкой.

Он сперва решил заскочить домой за диктофоном. Понимал, что разговор может оказаться важным. В таком