Мое лицо первое - Татьяна Русуберг

— Подвал, — раздался голос Еппе у меня над ухом, и я едва не выронила фонарик. — На подвальные окна и двери не всегда ставят сигнализацию.

Я обернулась к бородачу, стараясь не светить ему в лицо:

— Откуда ты знаешь?

Еппе отвел глаза. Ну да, конечно. Деньги на выпивку и сигареты откуда-то надо было брать.

— Ладно. Поищем подвал, — согласилась я.

Мы побрели вокруг здания, пригибаясь под порывами ветра. Боль в бедре постепенно утихала, хотя я все еще прихрамывала и ставила ногу с осторожностью.

Ступеньки в подвал, усыпанные нанесенной штормом листвой, обнаружились на задней стороне здания. Еппе первым шагнул на лестницу — я подсвечивала фонариком — и рухнул в темноту, поскользнувшись на мокрых листьях. Я нашла его лучом, ориентируясь на приглушенные воем стихии проклятия. Горе-взломщик копошился в куче мусора у двери, пытаясь подняться на ноги.

— Ты цел? — обеспокоенно крикнула я сверху.

Еппе буркнул что-то в ответ, ища опору, схватился за ручку двери и повалился внутрь!

Я осторожно спустилась по ступенькам и обнаружила, что кто-то просто отжал замок ломом — в крашеной древесине остались отчетливые вмятины. Я посветила на бетонный пол. Луч пробежал по мокрым кроссовкам Еппе — тот уже встал, потирая колено — и высветил грязные следы: свежие и старые, подсохшие. Отпечатки подошв путались, накладывались друг на друга. Тут ходили раньше, и кажется, не один человек.

Сердце заколотилось, предчувствие стиснуло горло: вот оно!

— Твоя работа? — Я направила свет прямо Еппе в лицо. Оставалась возможность, что он уже бывал здесь. Что он знал про дверь, потому меня сюда и потащил.

Парень зажмурился и затряс головой. Мелкие капли на его волосах сверкнули в луче фонаря.

— Тогда чья? — требовательно сказала я, обращаясь больше к самой себе: вряд ли Еппе знал ответ.

Он снова тряхнул встопорщенными лохмами и уставился на меня, прикрываясь ладонью от света:

— Нехорошо тут. Темно. Чуешь? Не надо тебе тут.

Я выудила из кармана телефон. Черный корпус блестел от влаги. Дохлый. Черт, черт, черт! То ли батарея села, то ли аппарат промок насквозь.

— Мобильник есть? — Я с надеждой посмотрела на Еппе.

Он виновато похлопал себя по карманам. Покачал взлохмаченной башкой. Да мы просто везунчики!

Я посветила в глубину темного коридора. Оттуда веяло сухостью и теплом — помещение, очевидно, отапливалось. Сзади в неплотно прикрытую дверь колотилась буря, насмешливо посвистывал в щели ветер.

— Я иду туда. — Мой голос прозвучал на удивление твердо, хоть зубы еще поклацывали.

— Зачем? — Глаза Еппе тревожно поблескивали, он нервно теребил полу куртки.

Я немного подумала и ответила прямо:

— Ты видел объявления в городе? Дэвид… он может быть там.

Еппе заторможено кивнул, мохнатые брови съехались на переносице.

— Ты со мной? — Если честно, я не особенно полагалась на своего бодигарда, но его внушительная фигура одним видом могла заставить преступника задуматься, прежде чем нападать. На лекциях по психологии нам рассказывали, что размер имеет значение: не случайно в стае доминирующее положение чаще всего занимают крупные, сильные особи.

Еппе молчал, часто моргая. Я вздохнула: большой не значит смелый. Даже лев, как известно, может быть трусливым.

— Последи хотя бы за входом, — я махнула на дверь. — Если кто-то сюда полезет… — я окинула критическим взглядом побледневшего Еппе, — ори.

И пошла по коридору, светя под ноги фонариком и втайне надеясь, что услышу за собой шлепанье резиновых подошв. Но не услышала. Бородач остался на месте.

Какое-то время до меня доносились шорохи и шмыганье носом, но потом тишина, наполненная лишь тихим гудением насосов, поглотила все. Наверняка где-то можно было включить свет — я заметила лампы под потолком, когда по нему скользнул луч фонарика, — но искать выключатель я не решалась. Если на станции кто-то есть, свет может предупредить его о моем приближении.

Коридор, по которому я хромала, постепенно расширился, вдоль стен тянулись толстые синие трубы. К гудению насосов добавился смутный постоянный шум, источник которого я пока не могла определить. Наткнувшись на ажурную стальную лесенку, ведущую на трубы, я остановилась. Посветила фонариком вверх. В рассеянном свете заметила стальную же желтую дверь.

Я заколебалась. Продолжить путь по коридору или поискать за желтой дверью? Если бы я была похитителем, где бы спрятала свою жертву? Здесь, в подвале, или наверху? Блин, ну почему я не инженер?! Мои знания о водопроводной станции ограничивались общим представлением, что здесь очищают и перекачивают дальше питьевую воду.

Вода! Тут ведь должны быть резервуары с водой. И наверное, фильтры. Что-то же шумит там, наверху. Гул заглушил бы шаги преступника, стоны и крики жертвы. Если бы я кого-то похитила, я бы предпочла держать добычу в шумном месте, а не там, где слышно любой чих.

Зажав фонарик в зубах, я полезла вверх по лесенке, стараясь беречь болевшую ногу. На мое счастье, дверь оказалась незапертой. Едва приоткрыв ее, я сразу поняла, еще ничего не видя: резервуары с водой находятся здесь. Казалось, в просторном помещении прячется целый водопад: плески, глухой гул, звон струй наполняли влажный прохладный воздух. Ноги слегка скользили на двухцветной плитке — кое-где на ней поблескивали пятна влаги. Именно это помогло мне различить следы. Кто-то прошел здесь не так давно: отпечатки рифленых подошв еще не успели высохнуть. Они не могли принадлежать Еппе — были меньше размером, yже и имели другой узор.

Я торопливо погасила фонарик. Прислушалась в полной темноте. Вот черт! Меня могла окружить целая армия маньяков, а я бы ничего не заметила из-за давящего на уши шума. Почудилось, что скрюченные пальцы уже тянутся ко мне из темноты, шею обжигает зловонное дыхание, к лицу приближается невидимое острие ножа.

С трудом сдержав крик, я надавила на кнопку фонарика и судорожно стала водить им перед собой. Слабый луч скользнул по кафельным стенкам бассейнов, перилам ограждения, следам на полу, уходящим в темноту. Голова кружилась, меня мутило, дыхание вырывалось из груди мелкими частыми толчками.

«Успокойся! — приказала я себе. — Судя по следам, он всего один».

«Да, и скорее всего, этот тип вооружен! А ты, хромоногая, если что, даже убежать от него не сможешь!» — пискнул внутри глас рассудка, который весь вечер подло молчал.

Я подумала, не стоит ли вернуться и позвать Еппе. Вдвоем с ним, определенно, мне не будет так страшно. Но можно ли полагаться на него? Все-таки парень не совсем в адеквате. К тому же вдруг следам на полу найдется тривиальное объяснение? Что-то забарахлило, и на станцию пришел техник, чтобы устранить поломку. Ага, на ночь глядя. Неужели здесь есть