Избранное. Компиляция. Книги 1-14 (СИ) - Симмонс Дэн

– Нет, малышка. У нас уже есть два трупа, о которых мы решили не сообщать, пока не найдем ту мадам Вуду. Нам не нужны неприятности из-за твоего раненого дружка. Мы позовем Джексона.

Джексон, сводный брат Джорджа, когда-то служил врачом во Вьетнаме и успел закончить два с половиной курса медицинской школы. Он появился с синим рюкзаком, набитым бинтами, шприцами и таблетками.

– Два ребра сломаны, – тихо сообщил он, осмотрев Джентри. – Имеется также глубокая резаная рана… Еще бы на полдюйма ниже и на полтора глубже, и он бы уже скончался от проникающего ранения. К тому же кто-то здорово прокусил ему руку. Возможно также сотрясение мозга. Об остальном без рентгена судить трудно. Посмотрите, пожалуйста, чтобы нам никто не мешал, тогда я смогу заняться им. – И он принялся накладывать швы, промывать и перебинтовывать глубокие порезы и царапины, затем наложил плотную повязку на сломанные ребра и ввел противостолбнячную сыворотку. Наконец Джексон сломал какую-то ампулу под носом шерифа и почти мгновенно привел его в чувство. – Сколько пальцев? – спросил он, подняв руку.

– Три, – ответил Джентри. – Какого черта, где я?

Они побеседовали несколько минут, врач-недоучка удостоверился, что сотрясение мозга не слишком серьезное, после чего он сделал Джентри еще один укол и позволил тому спокойно погрузиться в сон.

– С ним все будет в порядке. Я загляну к вам завтра.

– Почему вы ушли из медицинской школы? – Натали слегка покраснела, смутившись от собственного любопытства.

Джексон пожал плечами:

– Слишком много всякой ерунды. Решил вернуться сюда. Прошу вас будить его каждые два часа.

В отгороженном занавесками углу, где Марвин разрешил им спать, Натали подходила к Джентри каждые полтора часа. Последний раз это было в 4:38, и он, очнувшись окончательно, нежно прикоснулся к ее волосам.

Около дюжины парней сидели вокруг стола, болтали ногами, водрузившись на стойку, или стояли, прислонившись к стенам и шкафам. Джентри проспал до двух часов дня и проснулся страшно голодным. На четыре был назначен военный совет, а шериф все еще закидывал в себя какую-то китайскую снедь, которую по его просьбе принес один из членов банды. Если не считать Кары, молчаливой подруги Марвина, Натали была единственной женщиной в помещении.

– На районе появилась куча каких-то странных придурков, – сообщил Лерой.

– Что за придурки? – осведомился Джентри с полным ртом, набитым свининой мушу.

Лерой бросил взгляд на Марвина. Тот утвердительно кивнул, и тогда он ответил:

– Странные белые легавые. Свиньи. Вроде тебя.

– В форме? – спросил Джентри. Он расположился у стойки, из-за перевязанной грудной клетки его фигура казалась еще толще, чем была на самом деле.

– Нет. В цивильном прикиде. Аккуратненькие сукины дети. Черные брюки, ветровки, ботинки с узкими носами. Просочились повсюду!

– Где они?

– Говорят же – повсюду, – ухмыльнулся Марвин. – Пара фургонов без опознавательных знаков стоит с обоих концов Брингхерст-стрит. Уже два дня, как между Квин-лейн и Грин-стрит торчит грузовик с локатором. Двенадцать ублюдков в четырех машинах без номеров мотаются между церковью и нами. И целые толпы их собрались на вторых этажах домов на Квин-лейн и Джермантаун-стрит.

– Сколько же всего? – спросил Джентри.

– Думаю, человек сорок. Может, пятьдесят.

– Работают командами по восемь часов?

– Да. Ублюдки считают, что их никто не замечает, и спокойно сидят себе у прачечной. Все белые. Так и шныряют туда-сюда. А один вообще ничего не делает, только бегает для них за едой.

– Филадельфийская полиция?

Высокий худой парень по имени Кальвин рассмеялся:

– Черт, да нет же! Местные свиньи носят костюмы, белые носки и ортопедическую обувь… когда выходят на дело.

– Кроме того, их слишком много, – добавил Марвин. – Даже если сложить всю полицию нравов, отделы убийств, наркотиков и инспекторов по несовершеннолетним, все равно пятьдесят человек не получится. Или это федеральный отдел по борьбе с наркобизнесом, или еще что-то.

– Или ФБР, – добавил Джентри и задумчиво потер левый висок.

Натали заметила, как лицо его чуть заметно исказилось от боли.

– Да. – Марвин погрузился в размышления, и на мгновение взгляд его стал рассеянным. – Возможно. Хотя я этого не понимаю. Зачем их так много? Я думал, может, они ловят убийц Зига, Мухаммеда и остальных, но им, похоже, плевать на то, что кто-то замочил нескольких негров. Если только все это не ради той старухи и ее белого выродка. Да, малышка?

– Очень может быть, – кивнула Натали. – Но все гораздо сложнее…

– То есть?

Джентри, стараясь не шевелить верхней частью тела, подошел к столу и положил на него свою перебинтованную руку.

– Есть такие подонки… которые могут мысленно заставить людей подчиняться их воле. Обычный спокойный человек становится по их приказу маньяком, убийцей. А те, кто ими управляет, садистски радуются. Один из таких мужчин, вероятно, прячется где-то здесь, в городе. Этой способностью обладают и несколько представителей власти. И между ними идет нечто вроде войны, – объяснил Джентри негромко.

– Мне нравится, как ты говоришь, приятель, – фыркнул Лерой и передразнил неторопливую тихую речь шерифа, подчеркивая южный акцент.

– Твой говор тоже ничего, – добродушно отозвался тот.

Лерой привстал, и лицо его исказилось от ярости.

– Что ты сказал?

– Он сказал, чтобы ты заткнулся, Лерой, – спокойно заметил Марвин. – И сделай это побыстрее. – Он снова перевел взгляд на Джентри. – О’кей, мистер шериф, скажи-ка мне вот что: этот мужчина, который прячется здесь, он белый?

– Да.

– И ублюдки, которые его преследуют, тоже белые?

– Да.

– И все остальные, кто в этом может быть замешан?

Джентри кивнул.

– Значит, они такие же твари, как эта Фуллер со своим выродком? – Марвин вздохнул. – Интересно получается. – Он сунул руку в карман своей куртки, достал «ругер» Джентри и со стуком положил его на стол. – Здоровый кусок железа ты таскаешь с собой, мистер шериф. Никогда не собирался зарядить его?

– Запасные патроны у меня в чемодане, – не прикасаясь к револьверу, ответил Джентри.

– А где твой чемодан, парень? Если он был в расплющенном «форде», то его сперли.

– Марвин ходил за моей сумкой, – пояснила Натали. – Она исчезла вместе с останками твоей прокатной машины. И автобусом.

– Автобусом? – Брови Джентри удивленно поползли вверх. – Автобус исчез? Через сколько времени после нашего появления вы ходили туда?

– Через шесть часов, – ответил Лерой.

– Так что придется нам поверить на слово малышке, что за вами гнался большой нехороший автобус, – проронил Марвин. – Она утверждает, что вы стреляли в него и попали. Может, он уполз умирать в кусты, мистер шериф?

– Шесть часов, – повторил Джентри и прислонился к холодильнику. – Что-нибудь есть в новостях? Об этом уже должно быть известно.

– Ничего, – ответила Натали. – Телевидение безмолвствует. В «Филадельфийском обозревателе» нет даже крохотной заметки.

– О господи, – произнес он. – Какие же у них должны быть связи, чтобы все так быстро убрать и замять! По меньшей мере четверо были убиты.

– А уж до чего, наверное, разозлилась контора, которой принадлежал автобус, а? – заметил Кальвин. – Советую тебе, парень, не пользоваться здесь муниципальным транспортом. А то, глядишь, какой-нибудь автобус отомстит тебе за убийство своего собрата. – И Кальвин так расхохотался, что чуть не упал со стула.

– Так где же твой чемодан? – повторил Марвин.

Джентри передернул плечами, выходя из задумчивости:

– Я оставил его в отеле «Челтен». Но я заплатил всего за одну ночь. Так что, возможно, его уже забрали.

Марвин развернулся в своем кресле:

– Тейлор, ты работаешь в этой старой развалине. Можешь пробраться в их камеру хранения?

– Конечно. – Худое лицо восемнадцатилетнего Тейлора покрывали темные шрамы, оставшиеся после прыщей и фурункулов.