Неуловимая звезда Сен-Жермена - Артур Гедеон

– Но что, позвольте спросить, я знаю о вас? Почему я должен вам помогать и в первую очередь верить? – подозрительно спросил маршал. – Чей вы подданный, какой страны?

– Для иных людей подданство тому или иному государю не играет никакой роли, – учтиво заметил граф. – Еще я прошу вывести и мой багаж.

– Багаж?

– Именно так. Это всего лишь карета, запряженная четверкой лошадей. Я хоть и не монарх, но умею быть благодарным по-королевски.

Посетитель потянулся к груди, коснулся пальцами края сюртука… Бель-Иль взглянул на двери – он тотчас пожалел, что отпустил ординарца. Кто знает, что таит под сукном незнакомец? Вдруг этот граф – шпион? Убийца?! Не пистолет ли он прячет?..

И тотчас положил руку на эфес шпаги.

Но граф, по-прежнему улыбаясь, вытащил из нагрудного кармана сюртука небольшую инкрустированную золотом шкатулку из слоновой кости – она уместилась у него на ладони. Граф аккуратно поставил шкатулку на стол перед маршалом. Едва слышно щелкнул замочек, и шкатулка открылась… В пламени свечей, выросшие горкой, кровью запылали рубины.

– Что это? – зачарованно спросил Бель-Иль.

– Вы сами видите, что, – ответил граф. – Возьмите из этой шкатулки камней ровно столько, сколько необходимо для оплаты необходимой мне услуги.

Маршал покачал головой:

– Так вы… подкупаете меня?

– Я прошу вас как человек, попавший в крайне затруднительное положение. Как только может просить об услуге высокородный дворянин представителя его сословия.

В кабинете стало так тихо, что было слышно, как трещат свечи в тяжелых бронзовых канделябрах. Очередной многоголосый залп за окном грозно разорвал тишину.

– Я знаю, вы свой человек при французском дворе, и король ценит вас, – видя смятение на лице маршала, оказавшегося перед сложным выбором, продолжал граф. – Моя же кровь, поверьте, достойна аудиенции короля, а мои знания, в этом можете не сомневаться, окажутся для Людовика Бурбона бесценными. За услугу я прошу вывезти меня из этого ада, – он кивнул на окно, опять зазвеневшее, за которым возобновилась подступающая канонада, – и однажды представить меня венценосцу. За эту помощь, маршал, можете оставить эти камни себе. Все до одного.

– Это… шутка? – нахмурился Бель-Иль.

– О нет! Но – уговор: только без шкатулки, – улыбнулся граф. – Я получил ее из рук самого Надир-шаха, владыки Азии. Это память о великом тиране.

Маршал Бель-Иль был не только талантливым главнокомандующим, но и стареющим светским львом, который привык жить на широкую ногу, и на такую, что подчас приходилось задумываться: а хватит ли ему при подобных аппетитах средств, чтобы достойно встретить старость? А рубины в отсветах свечей так и горели чистым гранатовым светом. И под стать им пылали глаза посетителя, что сейчас цепко и пытливо смотрели на маршала Франции.

За окном громыхнул близкий артиллерийский залп целой батареи, а то и двух, прокатился по окраинам, дошел до дворца, ударил отзвуком по стеклам. Маршал Бель-Иль поморщился: это били австрияки, будь они неладны! Но лицо графа оставалось бесстрастным.

– Да, забыл сказать, – вкрадчиво проговорил Сен-Жермен, – не стоит тянуть ни минуты: армии надо оставить Прагу сегодня же ночью. Так у вас появится шанс спасти как можно больше ваших солдат, которые еще пригодятся, ведь нам идти маршем до Баварии и отбиваться от неприятеля. Прислушайтесь ко мне, сударь, я никогда не ошибаюсь. – Его светло-карие глаза так и лучились золотистым светом. – Только прошу вывезти мою карету в центре вашей армии, – точно заранее предугадав решение маршала о немедленном отступлении, поклонился ему Сен-Жермен. – Это моя последняя просьба.

Уже через четверть часа после беседы маршала и его гостя офицеры гвардии во весь опор неслись к полкам, расположившимся по периметру города, с одним единственным приказом: «В течение получаса оставить позиции! Армия уходит из Праги!» Уставшие французы ликовали. Они давно ждали такой команды: никому не хотелось платить жизнью за баварца Карла!

Войска отступали охотно, а потому быстро. Все шло как по маслу. По ночам говорили только орудия, вслепую обстреливая противника, да и пушки смолкали на несколько часов перед рассветом, чтобы солдаты могли отоспаться. Об атаке не шло и речи, значит, эти часы нужно было использовать на все сто. Спешно собирался обоз, цеплялись к телегам пушки, и уже скоро тысячи французов потянулись со всех окраин Праги. Оцепление загоняло пражан в дома, угрожая расстрелом ослушникам, – никто не должен был разгадать план французского полководца.

За час до рассвета полки маршала Бель-Иля поспешно выходили из ворот чешской столицы в юго-западном направлении – к Баварии. Беглецов должны были вот-вот хватиться, а потому ружья были заряжены, конные разъезды по флангам охраняли армию. Две роты гвардейцев стерегли экипаж графа Сен-Жермена. Обоз тащился сзади, но карету, запряженную четверкой отборных лошадей, как и просил «путешественник», поместили в самый центр французских войск. Каретой управляли двое слуг, одетых в черное. А чтобы не хмурились офицеры, глядя на таинственного незнакомца, взятого под опеку, маршал Бель-Иль, оставив боевого коня, сам забрался в карету графа. Тут было на удивление уютно – дом на колесах! Высокие диваны походили на сундуки, кожа, парча и бархат укрывали просторный салон.

Ординарец передал ему в окно кареты походную флягу с коньяком, спутник маршала отказался, и теперь сам Бель-Иль время от времени прикладывался к горлышку.

– Чем вы насолили австриякам, что бежите от них? – спросил маршал. – Простите, что задаю вопрос напрямую, но я военный, и мне простительно.

– Я имел неосторожность быть очень близким человеком дома Ракоци, трансильванских князей, которые жизнь положили на борьбу с Габсбургами. Венгры ненавидят австрияков пуще смерти, и почти все мужчины готовы были сложить головы, чтобы не допустить владычества Австрии над собой.

– И вы были заметной фигурой в этой борьбе?

Граф загадочно улыбнулся:

– Пожалуй, что так. – И еще более загадочно добавил: – Ференц Второй Ракоци мог бы гордиться мной.

– Кто же вы по крови, граф? – поинтересовался у спутника Бель-Иль. – Вы… француз? Итальянец? Испанец? Венгр?..

– Во мне перемешано много кровей, – уклончиво ответил граф. – Есть и французская – самой высокой пробы.

– Вот даже как?

– Именно так. Главное то, что я всем сердцем симпатизирую вашему королю Людовику Бурбону. Англию раздирают смуты, Германия раздроблена, Испания переживает упадок. Сейчас именно Людовик Пятнадцатый – ясное солнце на небосклоне Европы. – Сен-Жермен говорил предельно рассудительно и невозмутимо. – Не так ли, маршал?

– Воистину так! – охотно поддержал его отступающий полководец. – Да здравствует король! – и сделал несколько добрых глотков за своего монарха.

Маршал Бель-Иль был счастлив, что послушал явившегося к нему ангелом-спасителем загадочного графа Сен-Жермена и оставил проклятую столицу Богемии. Иначе теперь он торчал бы в королевском дворце у окна, под грохот пушек, и