Не бойся Жнеца - Стивен Грэм Джонс

Все это, конечно, лишь рассуждения. Синнамон, когда вернется в город, едва ли захочет, чтобы слухи о вас с ней стали достоянием гласности и дошли до суда.

Насколько эти слухи обоснованны, знает только она, я и вы. Мне об этом известно по одной причине: однажды я увидела Синнамон в городском каноэ; она плакала из-за истории на каникулах в День благодарения и сказала мне, что сейчас поплывет «туда» и покончит с собой. Не знаю, имела ли она в виду озеро Индиан, Терра-Нову, Кровавый Лагерь или Утонувший Город. Не важно, где она собиралась найти место своего последнего упокоения – у нее не было весла, она просто покачивалась в каноэ у бывшего пирса и кляла себя за то, что не способна даже на самоубийство.

Это я пишу для того, чтобы вы поняли мою роль в данной истории.

Нет, мои заметки она не читала; сейчас ей важно, чтобы ее отпустили с больничной койки на горе и дали возможность закончить школу. Но если нам с ней суждено встретиться, думаю, она раскроет мне тайну «цены», которую вы предложили за школьные работы Дженнифер Дэниэлс, и как дорого обошлось знание о них, даже для дочери Терра-Новы.

Если вы не хотите предать гласности содержание этого независимого расследования, оно останется между нами. Организации здравоохранения во всем мире вводят новые ограничения и протоколы, поэтому наша переписка со всем ее содержимым останется в электронном виде и будет извлечена лишь при надобности.

Если вы не захотите продолжать нашу работу, я буду считать, что она завершена, и мне не понадобится беспокоить администрацию школы или стоящее над ней начальство с просьбой повысить мне оценку, что только потребует дальнейшего расследования.

Но я бы не просила вас об оценке, мистер Армитедж, если бы не закончила проект. Ближе к вечеру 15 декабря – это было воскресенье – я снова подвела чиновников и полицейских к Дженнифер Дэниэлс. Она сидит на памятной скамейке между парковкой и берегом, но разбросанных бычков вокруг нет; все они аккуратно сложены в стаканчик из-под кофе.

С нами идет помощник шерифа Томпкинс. Вернее сказать, мы для него предлог: ему важно присматривать за Джейд и пассажирами вертолета.

Я нахожусь где-то между ними, потому что «погналась за улетевшей рождественской салфеткой», поймать которую никак не удавалось – по крайней мере, пока я не оказалась там, откуда удобно подслушивать.

Чиновники из штата, прилетевшие на вертолете, показывают Дженнифер Дэниэлс на ленту полицейского ограждения, что порхает надо льдом, и о чем-то расспрашивают. Видимо, ее версия отличается от версии помощника шерифа Томпкинса. Он утверждает, что снегоочиститель, на котором он ехал по Главной улице, накренился, он не смог его остановить, и машина рухнула в озеро.

А Дженнифер Дэниэлс говорит другое: на этом снегоочистителе в ночь на 12 декабря в город въехал Мрачный Мельник, а потом утопил его в озере, возможно, чтобы скрыть свое появление в городе.

– Какая разница? – спрашивает Джейд двух чиновников из штата, переводя взгляд с одного на другого.

– Нам нужны факты, уважаемая, – говорит женщина.

– Уважаемая? – переспрашивает Дженнифер и, ухмыляясь, смотрит мимо меня, видимо, на помощника шерифа Томпкинса.

– Он будет там, пока лед не растает, – говорит мужчина. На нем нет капюшона или головного убора; он пытается защитить свой зачес от ветра, поднятого лопастями вертолета.

– Как пить дать, – говорит Дженнифер Дэниэлс и со значением затягивается сигаретой.

– Нам надо знать, кто за это в ответе, – поясняет женщина.

– За него? – спрашивает Дженнифер Дэниэлс, указывая тлеющей сигаретой на Мрачного Мельника.

– За это. – Мужчина склоняет голову в сторону льда. – Местные жители говорят, что слышали грохот на пирсе в пятницу в сумерки, а не в четверг днем.

– Что совпадает с версией помощника шерифа, – добавляет женщина.

– Какая разница? – снова спрашивает Дженнифер Дэниэлс обоих.

– Он говорит, что машину утопил он, – утверждает мужчина.

– И? Он должен за это платить или что? – Дженнифер даже не отворачивается, чтобы выпустить струйку дыма, в этом нет надобности. Ветерок со льда делает свое дело.

– Наше начальство не любит, когда в отчетах есть противоречия, – объясняет женщина и глазами показывает, мол, начальство, что с него возьмешь?

– Он даже не настоящий помощник шерифа, – говорит Дженнифер про Томпкинса, как бы делясь конфиденциальной информацией. – Он на испытательном сроке. Вы его руку видели? На ней живого места нет.

– То есть, – подхватывает мужчина, сводя разрозненные мысли воедино, – вы хотите сказать: темное пятно в послужном списке ему ни к чему, и если окажется, что снегоочиститель в озеро завез он…

– И уничтожил городскую собственность, – вставляет женщина с понимающей улыбкой.

– Угробил снегоочиститель штата, – продолжает мужчина. – Вы хотите сказать, что это не позволит ему стать помощником шерифа на постоянной основе?

– Именно. – Дженнифер Дэниэлс переводит взгляд с одного лица на другое.

– Нас это не касается, – отвечает за обоих мужчина.

– Вообще-то парень он хороший, – говорит Дженнифер Дэниэлс. Потом, пожав плечами, добавляет: – А с недавних пор… еще и муж. И отец. И если вы отберете у него…

– Про тюрьму никто ничего не говорил, – возражает женщина.

– Если отберете у него работу, ему крышка, – говорит Дженнифер Дэниэлс. – Кто тогда будет носить в этих краях жетон? Если оба шерифа не могут исполнять свои обязанности?

– «В этих краях», – повторяет мужчина.

– В Пруфроке, – уточняет женщина.

– Нас это не касается, – еще раз подчеркивает мужчина.

– Ему придется искать работу, – гнет свою линию Джейд, растягивая слова, словно выигрывает время, чтобы их обдумать, – и тогда, опля, у него совсем не будет времени на дочку. На жену. А сейчас он ей очень нужен. Как и Эди – это его дочь.

– Вы друг семьи, мисс Дэниэлс, я правильно понимаю? – спрашивает мужчина.

– Город маленький, – уклоняется от прямого ответа Дженнифер Дэниэлс. – И меня зовут Джейд.

– Мы просто должны… – случайно говорят в унисон мужчина и женщина и виновато переглядываются.

– Это сделала я, – говорит вдруг Дженнифер Дэниэлс, гася сигарету о перевязанную ладонь и убирая окурок в стаканчик из-под кофе. Марля начинает дымиться, но она растирает ее пальцами.

– Вы? – спрашивает мужчина.

– Разве девушка не может водить грузовик? – спрашивает его Дженнифер Дэниэлс и протягивает руки для наручников.

– Вы просто берете его вину на себя, – говорит женщина, и в ее голосе звучат серьезные нотки.

– Спросите кого угодно, – бросает в ответ Дженнифер Дэниэлс. – Мне доверять нельзя. Принимать мои слова на веру – ни в коем случае.

– Кто-то должен нести ответственность, – говорит женщина мужчине.

– Не сам же он туда заехал, – говорит мужчина после легкого раздумья, и Дженнифер Дэниэлс, позволив