Яков Наумов - Схватка с оборотнем

— По какой другой?

— Нам надо проследить: не могли ли мы, идя по следам убийцы Рогачева, испугать резидента преждевременно?

— Сейчас в облисполкоме лейтенант Мехошин действует. Я ему позвоню, и вы с ним переговорите.

— Отлично!

К вечеру лейтенант Мехошин постучал к Миронову.

— Товарищ майор, звали?

— Садитесь, лейтенант… Вот какое дело. Вы проводили следствие по Рогачеву?

— Да.

— Вы сразу вышли на след Дорохова?

— Товарищ майор, я пошел по той же дорожке, что и Дима Голубев. Сразу узнал, кто в последний раз был командирован в совхоз, и начал их проверять.

— Так-так, — сказал, заметно волнуясь, Миронов. — А могли бы вы установить, не дошел ли до Дорохова слух о вас, вернее, о том, что вы что-то выясняете?

Мехошин взглянул на часы. Было около пяти.

— Разрешите позвонить, товарищ майор.

— Звоните.

Лейтенант набрал номер.

— Галя, это говорит тот товарищ, что с вами утром беседовал о Дорохове. Вы бы не могли задержаться минут на десять? Вот спасибо. Я еду…

Вернулся Мехошин минут через двадцать пять.

— Товарищ майор, — обратился он, — в начале следствия я проверял Варюхина, Кузькина и Дорохова, беседовал с их руководством. Секретарша начальника областной плановой комиссии Бойченко сообщила мне сейчас, что, когда я был у Бойченко, в приемную пришел Дорохов. А когда она сказала, что Бойченко занят, полюбопытствовал: кто у него? Она сказала: товарищ из КГБ. Именно с того часа никто из работников плановой комиссии больше не видел Дорохова.

— Спасибо, лейтенант, — поблагодарил его Миронов, широко улыбаясь, — все, что нужно, у нас есть.

Совещание у Скворецкого началось с сообщения полковника.

— Товарищи, генерал Васильев пришел к тому же выводу, что и мы. Он тоже считает вероятным совпадение личностей резидента и Соколова. У нас остается недоказанным одно звено: резидент ли Дорохов или один из агентов резидента. Мы до сих пор не знаем, кто был инженер Григорьев — или тот же Дорохов-связной, или сам резидент.

— Товарищ полковник, — подал голос Миронов, — мы пока этого и не узнаем, но один факт стал нам известен.

— Прошу вас, майор.

— Лейтенант Мехошин сейчас установил, что Дорохова спугнул он. И это было в тот именно день, когда я шел на встречу с резидентом. В одиннадцать часов, продолжая следствие по делу Рогачева, лейтенант разговаривал с начальником областной плановой комиссии товарищем Бойченко о Дорохове. В этот момент к Бойченко пришел Дорохов. Секретарша сказала, что у начальника товарищ из КГБ. Тогда-то Дорохов и исчез.

— Ясно, — сказал полковник. — Пока все данные за то, что Дорохов-Григорьев-Соколов (сколько там еще у него псевдонимов?) и резидент — одно и то же лицо. Но спешить с окончательным выводом не будем. Сейчас Центр работает над материалами по нашему запросу. Выясняются личности людей, которых Соколов завербовал в спецлагере. Данные эти нам будут посылать по мере выяснения. Генерал Васильев советует объединить обе поисковые группы — Миронова и Луганова — под общим руководством Миронова. Луганов становится заместителем Миронова. Обе группы начинают работать над поиском Соколова. Условное название операции: «Охота на Оборотня». Под этой кличкой будет у нас идти Соколов. Вопросы есть, товарищи?

— Товарищ полковник, не пришла ли пора допросить супругу Дорохова? — спросил Луганов.

— Пока попробуем подождать, — сказал полковник, — и вот почему. По всем данным, человек этот знает что-то и не хочет нам помочь. Соберем побольше сведений и тогда уже будем говорить с ней, как с соучастником деятельности Соколова, если она этого заслуживает. Не заслуживает, допросим как свидетеля. Продолжайте за ней наблюдать, Василий Николаевич.

— Слушаюсь, товарищ полковник.

— У меня все, товарищи.

Утром следующего дня работа шла как обычно, но и Луганов, и Миронов чувствовали, что теперь в их поисках больше определенности и направленности.

При выявлении знакомых семьи Дорохова было установлено, что почти нет людей, с которыми бы они проводили свободное время. Эта полная замкнутость семьи в шумном многолюдном городе привлекла внимание работников.

— Посмотрите, как законспирировались, — говорил Мехошин, просматривая фотографии Дорохова и его жены. — Словно жили, готовясь к тому, что когда то их будут проверять, выяснять их знакомства и родственные связи.

— Выкладывайте-ка ваши версии, друзья, — сказал вошедший Луганов, — что вы думаете о Дороховой?

— Думаю, что она связана со своим мужем и участвовала в его шпионской деятельности, — ответил молодой сотрудник Мухин. — Иначе бы она и в милиции вела себя по-другому.

— А вы, Мехошин, как относитесь к такому выводу? — спросил Луганов.

— Вывод категоричен, потому весьма сомнителен. Во-первых, если бы она действительно работала с ним, он не оставил бы ее после своего бегства.

— Он думал, что самоубийство ее прикроет.

— Не такой он глупец, этот Соколов, — сказал Мехошин. — Посмотрите его прежнюю деятельность: он ходы свои крепко продумывает. Да и здесь работал несколько лет, а следов почти не оставил… Нет, думаю, Дороховой он просто воспользовался.

— Ладно, — произнес майор, — предполагать, конечно, неплохо, но лучше знать, как говорит наш полковник. А знаем мы, друзья, еще маловато. Вам, Мехошин, необходимо проверить все, что знает о Дорохове и Дороховой семья ее сестры. Наши товарищи там работали, но теперь сведения нужны более полные.

— Слушаюсь, товарищ майор.

— А вы, Мухин, направляйтесь на квартиру к Ярцеву и выясните поподробнее о его образе жизни, связях и делах.

— Есть, товарищ майор.

Миронов вошел, когда Луганов, задумавшись, сидел над какими-то бумагами.

— Андрей, мне кажется, мы совершенно напрасно медлим с Дороховой.

— Почему? — спросил Миронов.

— Упускаем время. Если она виновна, нас этот разговор ни к чему не обяжет. Оборотень отлично знает, что мы теперь взялись за него. Если же она до сих пор не подозревает, кто ее муж, она наверняка нам поможет.

— А если она до сих пор считает, что он утонул?

— Надо все это выяснить.

Миронов подумал и взял трубку телефона. Набрав номер, он сказал:

— Товарищ полковник, мы с Лугановым пришли к выводу, что Дорохову необходимо допросить, и как можно скорее.

Он выслушал ответ полковника и пояснил:

— Допрос в милиции — это одно, у нас — другое. Она это тоже отлично понимает. Кроме того, у нас есть некоторые факты.

Из трубки послышался голос полковника.

— Хорошо, товарищ полковник, — ответил ему Миронов.

Он повесил трубку, повернулся к Луганову:

— Сегодня в четыре часа. На допросе будет и полковник. Надо нам с тобой подработать детали.

Когда Софья Васильевна Дорохова вошла в кабинет полковника, навстречу ей поднялись трое.

— Полковник Скворецкий, начальник Крайского управления госбезопасности, — представился полковник, — это майор Миронов, это майор Луганов.

Дорохова кивнула, на узких ее скулах выступили багровые пятна.

— Садитесь, Софья Васильевна, у нас к вам дело. Дорохова настороженно оглядела собравшихся и опустилась на стул.

— Софья Васильевна, — сказал полковник, — дело, из-за которого мы вас потревожили, касается вашего мужа.

— Товарищ полковник, — Софья Васильевна вскинула голову, глаза ее засверкали гневом, — когда это наконец кончится!

— Что именно, Софья Васильевна?

— Когда меня оставят в покое, когда наконец прекратят эти бесконечные вызовы?

— Но вы у нас в первый раз, Софья Васильевна!

— У вас — да! А милиция? А прокуратура? У человека погиб муж, а вместо того, чтобы отвлечь ее, ей непрерывно об этом напоминают.

— У меня к вам один только вопрос, Софья Васильевна. После этого мы отвезем вас домой и вы сможете наконец отдохнуть. Что вы сейчас знаете о месте пребывания вашего мужа?

— Что?! — изумилась Дорохова. — О чем это вы, товарищ полковник?

— Я вот о чем, Софья Васильевна: ваш муж никогда и мысли не держал кончать жизнь самоубийством. И вы, конечно, об этом знаете.

— Нет, — крикнула Дорохова, вскакивая, — как вы можете!

— Успокойтесь, Софья Васильевна, — произнес Миронов, — нам надо выяснить некоторые данные. Нервничаете вы напрасно.

— Спрашивайте.

— Сколько лет вы живете с Дороховым? — спросил Луганов.

— Около пяти.

— При каких обстоятельствах вы познакомились?

— В доме отдыха.

— Через какое время вышли за него замуж?

— Через три месяца.

— За пять лет совместной жизни вы хорошо узнали характер своего мужа?

— Да… Конечно…

— С кем ваш муж поддерживал знакомства?

— Почти ни с кем.

— Все-таки?

— У нас не было друзей. Муж не любил ходить в гости. У нас хорошая библиотека. Он любил читать. Летом мы ездили в лес, на реку…

— А что вы знаете о его биографии?