Нина Васина - Женщина–апельсин

Потом он включил камеру, отодвинул на двери длинный засов и медленно открыл дверь на себя.

Два бравых мальчика, постояв несколько секунд, ринулись в квартиру. Они растянулись на мокрых голубых плитках почти одновременно и еще проскользили по инерции. Выругавшись, попытались быстро встать, но продолжали падать, как в смешном кино. А из углов странной белой комнаты на них надвигался белый клубящийся дым, как в фильмах ужасов.

– Атас! – крикнул один из них. – Газы!

– Да нет, – откликнулся от двери Ангел, – это дымовые шашки.

С перепугу мальчикам показалось, что низкорослый худой человечек держит у себя на плече что-то вроде небольшого дальнобойного орудия. Отмахиваясь от клубов дыма, они встали и достали оружие. Один из них не выдержал слепящего света и выстрелил в лампу. Лампа вспыхнула и взорвалась.

Ангел спокойно продолжал снимать.

– Ну ты… – неуверенно сказал стрелявший, тяжело дыша, – что это ты делаешь тут, придурок?…

– Отойдите немного в сторону, – сказал Ангел, – вы закрываете второго актера.

Нервный мальчик поднял руку и навел на Ангела пистолет.

– Эй, – подал голос второй, – нам сказали привезти его, а не… – Он убрал оружие и улыбнулся Кумусу.

– А я что, по-твоему, делаю! Брось это с плеча! – скомандовал нервный Ангелу. – Пойдешь с нами!

– Куда бросить? – изумился Ангел и перестал снимать.

– На пол, идиот!

– Вы с ума сошли… – Ангел обиделся.

Нервный выстрелил. Камеру вышибло из рук Ангела, она с грохотом упала на пол. Ангел смотрел на черное месиво у его ног с таким отчаяньем и ужасом, открыв рот, что стрелявший захохотал.

Тогда Ангел левой рукой почти ленивым движением достал из-под рубашки навыпуск свой пистолет и выстрелил в смеющееся лицо.

Второй мальчик не сразу понял, что произошло. Он попытался поднять свое оружие, но Ангел угрожающе крикнул и навел на него пистолет. Потом Кумус очень нехорошим тоном отдал несколько приказаний, продолжая угрожать пистолетом. Убитый напарник лежал в луже воды, разбросав руки. От лица почти ничего не осталось. Мальчик впервые видел смерть так близко, он работал у Феди недавно.

– Мне только приказали привезти Стаса Покрышкина, честное слово! Я не виноват, что этот… разбил вам камеру! Не надо со мной ничего делать!..

– Замотай своего парня в одеяло и отвези его.

– Куда? – спросил мальчик, цепенея.

– Куда хочешь, он не вампир, он вандал! И передай, что Стас уехал, а белые лягушки прекрасно едят вареную колбасу.

– Совершенно верно! – на всякий случай поспешно согласился мальчик.

Он замотал напарника в одеяло, с трудом взвалил его на плечо и, стараясь не упасть на мокрых плитках, очень медленно и осторожно вышел на лестницу.

Когда он дожидался лифта, сдерживая дрожь в коленках, дверь внизу открылась и старческий голос прокричал:

– Милицию вызывать, или опять фильм снимаете?

– Все в порядке! – закричал мальчик, заталкивая труп в лифт. – Снимаем фильм, не беспокойтесь!

Через час к Феде привели совершенно безумного, отбивающего дробь зубами молоденького исполнителя.

– Голуба, – спросил удивленный Федя, – кто это вас так?

– Не знаю… Не помню, он не говорил. Он только обозвал убитого… неприличным словом и просил передать, что белые лягушки все едят и едят… эту… вареную колбасу, а Стаса нет, он уехал. Он снимал нас камерой.

Ева задумчиво смотрела со ступенек на Володю. Еще один букет роз. Володя улыбался ей замерзшими губами и махал рукой.

– Ты разоришься, – сказала Ева, подходя к нему. – Я и так готова отдать тебе все бесплатно. Ты мог бы зайти внутрь и подождать меня в теплом коридоре.

– Никакой романтики, – протестующе заявил Володя. – И потом, вдруг меня захотят арестовать? Смотри, как я подозрительно выгляжу.

Ева открыла дверцу своей машины. Они уселись. Ева задумчиво перебирала холодные головки роз у себя на коленях.

– Твоя сестра уже вышла?

– Не знаю. Я не видел, а что?

– Подождем ее. Будем отдыхать вместе.

– Слушай, – неуверенно предложил Володя, – может, не надо? Далила… Вдруг это ей не понравится. Она наговорит тебе чего-нибудь.

– Ей понравится, – пообещала Ева, заводясь. – Мы ведь и так неразлучная троица, а?

На ступеньки Управления вышла Далила. Она постояла немного, натягивая перчатки.

Ева просигналила несколько раз. Далила удивленно подошла к машине.

– Садись, – Ева показала рукой назад. – Семья в сборе, едем отдыхать и веселиться.

Далила наклонилась и внимательно посмотрела на брата. Володя открыл дверцу.

– Садись, я честно поделю букет пополам, – Ева уговаривала себя успокоиться, но красные пятна на щеках разгорались все ярче.

– Букет – тебе, – сказал Володя и, впустив Далилу, захлопнул дверцу.

Ева отъехала. Вслед за ней отъехали еще две машины и повели Еву, почти не прячась.

Ева выбрала кафе наобум, по внешнему виду. Нервно и громко спросила у гардеробщика, курят ли здесь. Столик выбирала Далила. За соседним столом уселась мрачная парочка. Двое мужчин лениво заказали кофе и играли в коробок спичек. Через стол сел раздосадованный Волков, он попросил минеральную воду и два бутерброда.

Ева встретилась глазами с одним из играющих в коробок. Ее осмотрели внимательно и профессионально, запоминая. Ева удивленно взглянула на Волкова, Волков пожал плечами. Он сразу заметил, что Еву «ведут», только не мог понять, то ли произошла накладка в Управлении и ей прислали профессиональную охрану, забыв освободить его, то ли это действительно те, от которых Еву надо охранять.

– По-моему, это твой оперуполномоченный, – Далила кивнула на Волкова.

– Охраняет, – Ева лениво разглядывала меню.

Володя скучал, рассматривая свои руки.

– Ну, родственнички, как будем дальше организовывать семью? – Ева сделала заказ и отложила цветной листок.

– Я чувствую, что ты меня пригласила, чтобы устроить представление, так ведь? – Далила старалась поймать взгляд Володи.

– Нет. Я действительно хочу обсудить, как именно мы будем в дальнейшем трахаться и жить втроем.

– Девочки, – сказал Володя, – может, я выйду освежиться, а вы пока без меня подеретесь?

– Сиди! – приказала Далила, заводясь.

– Ты-то нам и нужен, – заверила его Ева.

– Не делай из меня клопа, который лезет в твою постель! – произнесла Далила с чувством.

– А я не против, чего уж там, так даже будет проще! А, Володечка? Тебе тоже будет удобней, отпадет необходимость бежать к сестре после каждого нашего свидания и докладывать ей, что и как и в какой момент я сказала!

– Я только хотел помочь, – сказал грустный Володя. – Это же ненормально, так переживать из-за работы.

– Ты, моя лапочка, хотел помочь. Сначала ты хотел научить меня правильно питаться кашкой на завтрак, а потом быстро побежал к сестре сообщить, какие ужасы я говорю в постели. А твоя сестра – классный специалист в психоанализе, она, знаешь, куда побежала? К моему начальству, доложить: Ева Курганова в постели говорит то-то и то-то, вы уж примите меры, она не поддается лечению!

– Нет!.. – испугался Володя и посмотрел на Далилу.

– Да! – сказала Ева.

– Я только хотела, чтобы к тебе приставили охрану! Я не желаю тебе зла, а брат рассказал мне все это случайно, ты его достала описанием своих подвигов, убийств и всего такого.

– Девочки, подождите, вы что все это – серьезно? Далила, как же так, ты же говорила, что когда человек видит во сне, как он совершает акт насилия…

– То это поддающееся лечению неуравновешенное состояние, и не более того, да? – Ева стукнула рукой по столу, печально звякнули фужеры.

– Нет, она говорила, что это скрытые сексуальные потребности, которые человек не способен реализовать.

– Заткнитесь оба! – теперь по столу стукнула Далила.

– Да! – поддержала ее Ева. – Что подумает обо мне охранник! Он весь набит этими самыми скрытыми сексуальными потребностями!

Волков отложил бутерброд и сцепил зубы.

За соседним столом двое перестали подкидывать коробок.

– Мой брат, – продолжила Далила, приглушив голос, – поделился со мной своими страхами о тебе, не более. Я не собираюсь лезть к вам в постель, я уже говорила тебе, что не желаю с тобой больше видеться!

– А я, наоборот, предлагаю трахаться втроем, это сэкономит мое время на выяснения, кто кому чего сказал, а твое – на воспитание младшего братишки. И потом, – Ева погладила Далилу по щеке, – я от тебя без ума с того самого момента, как тебя увидела.

Далила вскочила и быстро ушла. Толстый ковер приглушил ее возмущенные шаги.

– Ева, – неуверенно произнес Володя, – извини, я действительно…

– Ты очень любишь свою сестричку, да? Недостаток мужского воспитания, я понимаю. Тебя вообще в детстве били за болтливость?

– Да я действительно решил, что у тебя кошмары наяву, правда, а этот твой вопль про удавку, которую ты забыла! Это же любого мужика в постели испугает!