Майор Пронин и профессор в подвале - Лев Сергеевич Овалов

догадался он. — Дайте-ка его на минутку.

— Да там, в общем, ничего. Всего два слова… Пронин почему-то долго читал записку. Потом перечитал ее еще раз, рассматривал через лупу.

— Это ваша мама писала? — спросил он.

— Конечно.

— Уверены, что она?

— Неужели же я не знаю ее почерка? — недоуменно возразила Леночка. — Да и Королев… — Она даже растерялась. — Не мог же он подделать?

— Мог. Он все может, этот ваш Королев, — резко сказал Пронин и неожиданно спросил: — Вы ехали сюда так, как вам было сказано?

— Да, — ответила Леночка. — Доехала до мединститута, вошла в главный подъезд, вышла через другой и поехала сюда…

— А вы не заметили, за вами никто не следил?

— Нет. Кто же может за мной следить?

— Королев, — сказал Пронин. — Все тот же ваш Королев.

— Почему мой? — возразила Леночка. — Он не мой, а ваш.

Пронин выдвинул ящик стола и бросил перед Леночкой фотографию.

— Он?

— Он, — подтвердила Леночка. — А вы знаете, кто это? — Василий Петрович Королев. Капитан Королев…

— Капитан-то он, может, и капитан, да только чей? — сердито сказал Пронин. — Это его вчера в кафе сфотографировали. Вы знаете, что это за тип? Шпион, диверсант… Это он украл вашу мать!

У Леночки кровь отлила от лица.

— А где же она? — еле слышно спросила Леночка.

— Это мы и хотим узнать, — сказал Пронин. — Но вы не волнуйтесь, мы ее обязательно отыщем.

— А может быть, ее уже нет… — промолвила Леночка, холодея от ужаса.

— Это исключено, — уверенно возразил Пронин. — В том, что она жива, сомнений нет. В противном случае они бы ее сразу убили. Ваша мама — целый капитал. Она им нужна живая, а не мертвая!

— Да, но где же она, где? — нетерпеливо спросила Леночка. — Где же вы будете ее искать?

— Найдем, я же вам обещал. Найдем, — успокаивающе повторял Пронин. — Но на этот раз вам действительно придется помочь органам государственной безопасности.

— Но я ведь и хотела помочь, — растерянно произнесла Леночка. — Мне и в голову не могло прийти…

— А мы вас и не виним, — перебил ее Пронин. — Этот тип действовал ловко, что называется, со знанием дела. Значит, вы не отказываетесь от помощи нам?

— Конечно! Говорите, я сделаю все, что нужно.

— Все, что нужно, — задумчиво повторил Пронин и спросил:

— А если придется рискнуть?

— Ну что ж, я не испугаюсь!

— А если придется рискнуть жизнью?

— Увидите, — взволнованно сказала Леночка, — ни мой отец, ни моя мать не были трусами.

— Хорошо, — ответил Пронин и добавил: — А пока молчите и ждите.

— Это самое трудное. — Леночка вздохнула.

— Без терпения и выдержки нельзя быть ни хорошим врачом, ни хорошим чекистом. Если Королев будет звонить, разговаривайте, точно ничего не знаете, захочет встретиться, встречайтесь, но на людях — в скверах, в кафе. Если пригласит куда-нибудь на квартиру или за город, воздержитесь. Это директива. Придумайте предлог умно, не вызывая подозрений, и откажитесь.

— Вы его арестуете? — спросила Леночка.

Пронин отрицательно покачал головой.

— С этим не надо спешить. Арестовать просто, но это не значит, что он все расскажет…

— Понимаю, — сказала Леночка, — Как у меня тревожно на душе. А что мне сейчас делать? Ведь надо что-то делать!

— Молчать и ждать. Мы вам скажем, когда что-нибудь понадобится. И никому ни слова. Это тоже очень важно. Я думаю, вы это понимаете.

Пронин позвонил секретарю.

— Если Григорий Кузьмич вернулся, пусть зайдет.

Ткачев вошел с пачкой фотографий в руках.

— Что-нибудь выяснили? — спросил Пронин.

— Да, кое-что…

— Ничего-ничего, говорите, — разрешил Пронин. — Ей полезно знать.

Ткачев взял фотографию, лежавшую на столе перед Леночкой. — Королев, — сказал он и положил снимок перед Прониным. — Беляков, — сказал он затем и положил рядом фотографию этого же человека. — Сразу узнали и шофер, и в Институте неотложной помощи. — Ткачев положил третий снимок. — Кварц тоже узнала, ее дачник. — Положил четвертый. — Прилуцкий. Под этим именем он прописан в гостинице “Останкино”.

— Скрылся? — спросил Пронин.

— Нет, благополучно живет, — сказал Ткачев.

— Ну, а на самом деле? — несмело спросила Леночка. — Как же его зовут на самом деле?

Пронин сочувственно поглядел на девушку.

— Как его зовут на самом деле, мы постараемся ответить вам как можно скорей.

Глава 10. Где? Где? Где?

Без терпения и выдержки нельзя достичь победы, говаривал Пронин.

Если бы неискушенные люди знали, что скрывается за этими словами!

Нет работы более нервной, томительной и кропотливой, чем работа в органах разведки. Это только в романах события развиваются эффектно и стремительно. На деле все будничней и сложнее: одни и те же данные приходится по многу раз анализировать, иные отбрасывать, другие трижды проверять, прежде чем появится возможность приступить к решающим действиям.

Пронин и Ткачев не один раз взвешивали накопленные факты и оценивали обстановку. Предстояло решить сложную задачу. Нужно было изобличить шпионов, но прежде всего — прежде всего! — необходимо было найти Ковригину.

Жизнь ставила перед ними вопрос за вопросом, и от их способности найти правильные ответы зависел успех дела. Противники действовали по заранее намеченному и хорошо продуманному плану, которому следовало противопоставить свой план, умнее и тоньше.

Дня три спустя, после того как перед Леночкой раскрылось подлинное лицо Королева, Ткачев засиделся у Пронина.

Кабинет Пронина… Скромная небольшая квадратная комната, старинный письменный стол, несколько стульев и кресел, сейф для документов, на стене карта своей страны и старый диван, обтянутый порыжевшей кожей, на котором Пронин мог иногда вздремнуть после бессонной рабочей ночи, чтобы через три-четыре часа снова сесть за стол с таким видом, точно только что пришел на работу.

Самый скромный кабинет. Но сколько удивительных историй могли бы поведать его стены, свидетели доверительных бесед, оперативных совещаний, страшных признаний и благодарных слез…

— Больше выжидать нельзя, — высказал Пронин заключение, к которому и он, и Ткачев пришли после продолжительного разговора. — Можно считать, что на сегодняшний день противник находится в выигрыше. Операция хорошо им продумана и пока что развивается по его плану. Им нужно открытие Глазунова, и человек, владеющий тайной, у них в руках. Мы обязаны отнять у них этого человека. Война! А искусство воевать заключается в умении навязать противнику свой план, заставить его принять бой там, где ему невыгодно, и мы с вами должны навязать противнику свою волю.

Что известно им о противнике?

Мало. Недостаточно. Во всяком случае, многое неизвестно.

Но у работников государственной безопасности в Советском Союзе по сравнению с их противниками имелось одно преимущество. Деятелям капиталистических разведок нельзя