Гэвин Лайл - Венера с пистолетом

Упоминался Париж – родной город Анри. Мелькнуло слово Лувр; возможно, в прошлом он был консультантом и у них. Англия, Соединенные Штаты, Италия – страны, по которым Анри, должно быть, путешествовал.

Бог мой, была ли у него жена? Я хочу сказать, вдова. О ней я не подумал. Если она увидит его багаж и одежду, все выплывет наружу. Ведь она скорее всего знает о донне Маргарите и сразу же об этом скажет. Я снова проверил весь текст, разыскивая слова Frau и Kinder[24], но, слава Богу, не нашел их.

Не было там и таких слов как донна Маргарита или Никарагуа или Джильберт Кемп и не было даже слова Амстердам, то есть газета не копала слишком глубоко. Хотя это не значит, что так не сделает полиция. И кроме того, всегда остается тот парень из банка…

Я подхватил свои пакеты и поспешил под дождем обратно в отель.

Пообедал я поздно и большую часть дня провел, лежа в постели и перечитывая то, что мог понять в газете, подсчитывая свои деньги и расходы. У меня получалось, что Карлос должен мне пятьдесят фунтов за перевозку картины, недельную плату, составлявшую тридцать пять фунтов, и еще двадцать фунтов в качестве компенсации издержек. Пять фунтов в день на траты в магазинах переводились непосредственно в мой банк в Лондоне.

Да, я не разбогател. Ничего удивительного, если жить в таком месте, как «Луна-отель». Но я стал слишком стар, чтобы в разгар зимы жить в пансионате и спать в спальном мешке.

Так я лежал и размышлял, пока снаружи совсем не стемнело, а затем сделал то, что делал обычно, когда беспокоил вопрос о деньгах: отправился в по-настоящему дорогой бар, чтобы заказать по-настоящему крепкую выпивку.

В каждом большом городе Европы есть бар Гарри, даже если он и называется по другому. Уютный, чистый, с чертовски высокими ценами и лучшими гамбургерами и клубными сэндвичами в городе. Конечно, может быть правильнее презирать эти бары за то, что они «не типичны», но вы же и будете за это наказаны. Я хочу сказать, какого черта все эти итальянские и китайские рестораны в Лондоне считаются такими уж типичными?

Посетителей в тот день было не так много, и, как обычно, в большинстве своем американцы. Небольшая компания протестантских священников разговаривала с мужчиной с такой обожженной солнцем кожей, которая обычно свидетельствует о работе на воздухе: может быть, на нефтяной скважине. И еще была пара молодых людей, настолько коротко подстриженных и в таких ярких спортивных пиджаках, что они не могли быть никем, кроме офицеров в штатском.

И еще там был мистер Эдвин Харпер, вероятно каким-то образом связанный с компанией грузоперевозок Харпера.

Я поспешно прошел в бар и повернулся к нему спиной. Он сидел за угловым столиком с худощавой элегантной женщиной в темном платье и с таким загаром, что приехала она явно с Багамских островов или горнолыжных склонов.

Я тихо заказал виски. Ну, возможно, он меня даже не помнит, если учесть состояние, в котором он находился, когда мы встречались последний раз. И если сейчас он был снова в таком же состоянии, не уверен, что мне хотелось с ним встретиться; здоровенные пьяные мужики меня пугают. Если у них неожиданно возникает желание вас ударить, а вы недостаточно сильны, чтобы ответить тем же, приходиться забывать о правилах хорошего тона, чтобы выбраться из такой ситуации целым и невредимым. Воспользоваться коленом, или ткнуть пальцами в глаз, или что-то в том же духе. Тогда вы становитесь злобным маленьким крысенком и все вас не любят. А он остается эдаким здоровенным добряком – всеобщим любимцем.

В гробу я видал эдаких всеобщих любимцев.

Потягивая виски, я прислушивался к разговору за спиной. Зал был не слишком велик; по длине равен стойке, а ширина – только чтобы поставить один ряд столиков. О чем шел разговор, я толком не слышал, но он казался тихим и достаточно спокойным. И он может рассердиться, если подумает, что я его игнорирую. Поэтому в конце концов я повернулся и подождал, пока он не поднимет глаза.

Он тотчас вскочил на ноги.

– Послушайте, это же Берт Кемп! Приятно встретиться здесь с вами.

Мы пожали друг другу руки и он махнул в сторону столика.

– Присоединитесь к нам, или вы кого-то ждете?

При ценах в баре Гарри дармовая выпивка всегда только приветствуется. Ведь вы же злобный маленький крысенок. Короче, я пошел к столику.

Он познакомил нас – по крайней мере попытался.

– Мистер Берт Кемп из Лондона, Англия. Я рад представить вас графине ди…о, черт, я просто не могу выговорить!

Она улыбнулась и протянула мне тонкую крепкую руку, покрытую коричневым загаром.

– Кастильончелло. Как поживаете, мистер Кемп? Зовите меня Кейт.

Я подумал, что вряд ли она может быть миссис Харпер. Не то, что она выглядела совсем уж по-европейски – я хочу сказать, что многие американки вполне могут так выглядеть… но она была совсем не в том стиле, что наш Эдвин.

Мы сели, Харпер пробормотал:

– Кас-тиль-он-челло. Скоро я это выучу.

Графиня вежливо спросила:

– Давно вы в Венеции, мистер Кемп?

– Приехал только вчера. Но думаю пробыть здесь около недели.

– Мне нравится Венеция зимой. В это время здесь ощущается какая-то приятная меланхолия и, конечно, нет гондольеров. Кроме того, можно передумать и легко отправится в Кортина д'Ампеццо. Вы здесь по делам или просто ради удовольствия?

У нее был легкий акцент, происхождения которого я определить не смог. Позднее я узнал, что по рождению она была гречанкой, а потом последовательно англичанкой, француженкой и итальянкой – по мужьям. Неужели политики в самом деле думают, что это они изобрели Общий Рынок?

– Берт коллекционирует старинные пистолеты, – сказал Харпер.

– Я торгую ими, – поправил я. – Не могу себе позволить оставлять их у себя.

– И много вы найдете их в Венеции? – спросила она.

Я пожал плечами.

– Всегда есть какой-то шанс. По крайней мере, это может служить оправданием, чтобы на некоторое время уехать из Англии. И кроме того, остаются морские музеи; это довольно интересно.

Харпер допил свою порцию, осведомился, не хотим ли мы повторить, и свистнул официанту.

– Два сухих мартини и виски, и я хочу, чтобы они действительно были сухими. Хочу, чтобы их пробрало!

Официант улыбнулся и отошел.

– Мистер Харпер, вы просто путешествуете? – спросил я.

– Зовите меня Эдвином, Берт. Ну, в Венеции я по делам. Здесь собралась конференция по вопросам перевозок, поэтому я немного рассказал о том, как мы это делаем в Штатах, а потом доложу моей компании, как делают это в Европе, и кроме того, сэр, это весьма законно с точки зрения налогов. – Его большая некрасивая физиономия расплылась в добродушной улыбке.

Графиня покачала головой.

– Собраться со всего света в Венеции, чтобы поговорить о перевозках!

– Ну, графиня, мои коллеги совсем не против. Они просто не могут согласиться с издержками по доставке грузовиков для показа, и знают, что конкуренты тоже не могут себе этого позволить, так что все ограничивается только бумажной работой. Зато все неплохо проводят время.

Официант принес нашу выпивку.

– Графиня, Берт, ваше здоровье, – сказал Харпер и заправился, а потом спросил: – Послушайте, Берт, вам приходилось еще раз встречаться с вашим старым другом Гарри Барроузом?

Немного помедлив, я покачал головой.

– Нет. А почему вы спрашиваете?

– После того, как вы в тот вечер нас покинули – боюсь, что я действительно в тот раз вам помешал и должен извиниться, – ну вот, после того, как вы ушли, мы продолжали разговаривать и когда я упомянул, что собираюсь в Венецию, он сказал, что здесь мы можем встретиться.

– Понимаю, – протянул я. – Ну, снова встретить Гарри – всегда приятно. Расскажите подробнее.

18

Вернувшись в отель, я обнаружил записку, появившуюся полчаса назад; в ней мне предписывалось со скоростью света мчаться в отель «Гритти палас», при этом не привлекая внимания. Черт бы побрал этого Карлоса, играющего с безопасностью, как с рождественскими шариками, назначая встречи в номере отеля и оставляя мне подобные сообщения. Он даже сообщил в записке номер комнаты.

Конечно, это был прелестный номер, конечно, угловой и с видом на Большой канал. И вся компания была в сборе, включая женевскую газету, брошенную на кофейный столик. Все смотрели на меня с одинаково печальным выражением лица.

– Сеньор Кемп, кажется, Цюрих оказался для вас не самым счастливым местом, – сказала донна Маргарита.

– Все правильно, – ответил я, устраиваясь на стуле с высокой спинкой. – Ну… давайте разберемся и покончим с этим. Поднимите руки, кто считает, что его убил я.

Мисс Уитли быстро потупила глаза. Карлос вздохнул и кивнул.

– Да… этот вопрос может задать кто-то другой, если не мы. Вам все же лучше на него ответить.

– Я ношу с собой пистолет, а не нож, – сказал я, подняв палец.

– Вы не могли воспользоваться пистолетом в номере отеля ранним утром.