Альфонс-Ромео - Татьяна Владимировна Гармаш-Роффе

Павла Семеновича, его супругу и дочку. Но жена умерла от болезни, дочка выросла. Хозяин стал редко бывать в загородном доме: по мере развития его карьеры и бизнеса росла его занятость, и он предпочитал жить в городе для экономии времени. Виолетта осталась в доме одна полной хозяйкой. Домработница с кухаркой стали приходящими — девушка не желала постоянно иметь лишние глаза и уши рядом с собой. Охранника уволил еще Павел Семенович — заменил его на дорогую охранную систему. Так что в комнатах для прислуги проживал теперь лишь один человек, которого Виолетта, а вслед за ней и Валерий называли дядей Гришей или Консьержем. Может, потому, что обязанности его были чересчур разнообразны, чтобы подобрать для него точное название. Он был и садовником, и дворником, и метрдотелем, и домоправителем. Однако во всех своих ипостасях Консьерж не переутомлялся: в саду работы мало, обитатели дома заниматься им не любили, и там мало что росло — лишь террасу обрамляли живописные кадки с цветами. При этом дважды в год сад претерпевал нашествие профессиональных садоводов, которые все стригли, окапывали и удобряли. В качестве метрдотеля он встречал и провожал гостей. В качестве домоправителя Консьерж отвечал за приход-уход уборщицы и кухарки, а также за закупку продуктов. Шофер, ежеутренне подававший когда-то машину Павлу Семеновичу, тоже отправился в отставку: Виолетта предпочитала водить сама, у Валерия была служебная машина с шофером. Для остальных нужд вызывалось такси. Таким образом, три из четырех комнат за кухней теперь пустовали и очень кстати: ведь для видеонаблюдения необходимо не только, чтобы камеры наблюдали за людьми, но и люди за камерами. Точнее, за мониторами. Значит, придется нанять дополнительные глаза: вдвоем с Валерием им не справиться. Следить нужно будет постоянно, даже ночью. Так что пустовавшие комнаты смогут принять несколько человек, которые станут наблюдать и отдыхать по очереди.

Каморка с мониторами видеонаблюдения была очень удачно спрятана между прачечной и комнатами прислуги — можно даже сказать, замаскирована. Виолетта никогда не догадывалась, что отец следил за ней с тех пор, как она подросла и стала устраивать свои вечеринки.

Валерий включил мониторы. Они работали, к счастью. Однако камеры оказались то ли грязными, то ли слишком старыми: картинка была нечеткой, размытой. Кроме того, не все помещения просматривались. В апартаментах Виолетты не было ни одной, отец не рискнул нарушать интимную жизнь дочери, которая в ту пору была еще подростком. Возникал вопрос, точнее, два: нужно ли установить камеры повсюду и как это сделать, чтобы не вызвать подозрений у Виолетты, если она увидит в доме монтажников. У Димы, разумеется, подозрения тоже возникнут, просто он не станет их озвучивать, ему не по чину, так сказать. А вот Летка, конечно, станет.

— Нужно каким-то образом удалить Виолетту и ее хахаля на один день из дома, — произнес сыщик. — Установим дополнительные камеры, старые почистим. Комнаты для операторов видеонаблюдения приготовим, обеспечим спальные места, в общей сложности человек на пять-шесть, думаю. Следить придется днем и ночью, по скользящему графику. Всех спецов я найду, не проблема. За один день управимся, но как нам Летку и Диму отсюда выкурить на это время?

Валерий задумался. Александра, которая сопровождала их на экскурсию к мониторам, тоже.

— Тараканы? — произнесла она.

— Подходит, — быстро отреагировал Алексей.

— А что с тараканами? — не понял Валерий.

— Типа вы будете их травить, приедут люди с дихлофосом — или чем там они пользуются? Поэтому никому не следует находиться в доме. Вы, Валерий, единственный остаетесь, чтобы наблюдать за процессом, — вы жертвуете собой во имя семьи.

— Но Летка обязана ночевать дома. У нас строгий уговор. И когда она вернется после якобы травли тараканов, нужно, чтобы в доме пахло хоть немного этой гадостью. Иначе она поймет, что дело нечисто.

— Очень верная мысль, — одобрил детектив. — Купим, набрызгаем.

— Тогда завтра никак нельзя устраивать вечеринку, — заметила Александра. — Отравим гостей. Надо переносить на послезавтра.

— Я ей скажу, но она и сама сообразит, конечно, — кивнул Валерий, — как только услышит про травлю тараканов.

— Ну что ж, в таком случае завтра мы занимаемся камерами и дихлофосом, а послезавтра, когда Виолетта соберет народ на вечеринку, приступим к выяснению уровня интеллекта Димасика. На вас, Валерий, я рассчитываю в организации спальных мест и каких-то готовых продуктов питания для операторов наблюдения. Таких, чтобы им ни готовить, ни шастать к холодильникам на кухне не приходилось.

— Вы, наверное, не обратили внимания, в каждой комнате для прислуги есть маленький холодильник, наподобие гостиничных, и электрочайник. Я им поставлю еще микроволновку, чтобы разогревать еду. Не шикарно, но какое-то время вполне можно обойтись. Консьержа я беру на себя, он искренне привязан к Летке, помнит ее еще ребенком. Так что нас он не выдаст, а помощь его понадобится.

— Отлично. Итак, я поставляю камеры и персонал. Кто покупает дихлофос?

— Я, — вызвалась Александра. — Зайду по дороге домой в хозяйственный.

— Спасибо, Саш. Спасибо, Алексей, — произнес Валерий столь проникновенно, будто речь шла о жизни и смерти.

Впрочем, так-таки шла.

Пока Виолетта с Димой отсутствовали из-за «травли тараканов», операторы видеонаблюдения заселились и наутро уже сидели за мониторами. Теперь дом просматривался полностью, все его закоулки. Кроме, разумеется, «апартаментов» Виолетты, располагающихся на третьем этаже: Валерий не считал возможным подсматривать за девушкой, которая не была ему женой… Настоящей женой. Да и наблюдать за ее любовными утехами с Димой у него не имелось желания. Алексей Кисанов не настаивал: подстроить несчастный случай, в который бы все поверили, в спальне практически нереально. Только Дима имел туда доступ, отчего все подозрения немедленно падут на него. Единственную камеру на этом этаже детектив велел расположить на лестничной площадке.

Он присоединился к операторам после полудня и принялся внимательно наблюдать за Димой. Однако день прошел спокойно, ничего подозрительного камеры не выявили. Только, может, Дима был излишне рассеянным… Или он всегда такой? Никто этого не знал: Валерий никогда не обращал на него внимания, — оно было полностью отдано Виолетте, а Консьерж мало бывал в орбите хозяйки, занятый по хозяйственным нуждам. И все же эта рассеянность насторожила Алексея Кисанова. Почему его взгляд застревал на каких-то предметах? Задумчивость? И куда же его мысли улетали? К миллионам, столь неосторожно обещанным ему Виолеттой по страховке? И к способам, которые могли бы помочь их получить?

Вечером внизу собралась молодежная компания Летки. Валерий, как и в прошлый раз, пригласил свою, включая, конечно же, Александру с мужем. По той же схеме «взрослые» спустились после десяти в гостиную, где резвилась молодежь. Дима заметно встрепенулся, завидев Сашу, которая в этот вечер была особенно хороша. Она надела вызывающее красное