Джемма О'Коннор - Хождение по водам

«Этого мне только недоставало», – подумал Фрэнк, распахивая дверь.

– Здорово, Эф Ка! – весело поприветствовал его инспектор. У него был вид человека, который успел пропустить несколько рюмочек, но способен держать себя в руках. Он переступил порог и оказался в узком коридоре. – Не против, если я войду? – небрежно добавил он.

– Разве у меня есть выбор? – проворчал Рекальдо. – Это ни в какие ворота не лезет, Макбрайд. Вы представляете, который час? – Он настолько вымотался, что готов был зарыдать от злости. – Какого дьявола вы здесь делаете? Я считал, что вы в Корке.

– А вот теперь знаете, что меня там нет. – Инспектор невозмутимо вытащил из кармана полбутылки виски. – Ну-с, старичок, с какого вопроса желаете начать отвечать?

– Ни с какого. Я совершенно на пределе и хочу вернуться в постель.

– Согласен: бледно выглядите, малыш. Надо пропустить по маленькой, это вас взбодрит. Раздобудьте-ка парочку стаканов. Да и я, чтобы вас подогреть, подсыплю уголечков.

Рекальдо отпрянул.

– Сдрейфил, дружок? Шучу. – Макбрайд склонил голову набок и широко улыбнулся. – Неужели совсем нет чувства юмора? – Он прошмыгнул мимо негостеприимного хозяина на кухню. Рекальдо закрыл глаза и остался стоять, покачиваясь на замерзших ногах, но вскоре понял, что от непрошеного гостя не отделаться, и поплелся следом. В тесной кухне Макбрайд открывал одну за другой дверцы навесных полок.

– У вас есть приправы? – спросил он.

– Приправы? Господи, вы о чем? – Сержант шел за ним следом и раздраженно закрывал дверцы.

– Приправы, Эф Ка, приправы. Надо подогреть виски. Усекли? Лимон, коричневый сахар, кипящая вода. Да, и еще немного гвоздики, раз уж вы согласились мне помогать.

– Черт вас побери, вы перестанете называть меня Эф Ка? – прорвало Рекальдо. – У меня есть имя – Фрэнк! Простите за невежливость, Макбрайд, но я не в настроении принимать гостей. Отправляйтесь домой. Убирайтесь к дьяволу! Я не пью виски. Тем более подогретое.

– Вот и я тоже. Смотрите-ка, как мы быстро находим общий язык. Садитесь, Эф Ка, мне надо с вами потолковать, – продолжал он с нажимом. Рекальдо понял, что возражать бесполезно, опустился за стол и обхватил голову руками. А инспектор тем временем нашел два стакана и щедро плеснул в каждый спиртное. – Пейте! – Его голос звучал вполне трезво, и, судя по всему, он нисколько не обиделся на холодный прием. Поднял голову и толкнул стакан сержанту. – Ну, будем! Как сердчишко?

– Нормально.

– Вот и славно. Мой приятель из Дублина мне тоже так сказал.

Последовала неловкая пауза.

– Мое здоровье вас не касается. И тем более вы не имеете права обсуждать его с посторонними!

– Прошу прощения, сынок. Я наводил справки для пользы дела, – примирительно ответил инспектор, – Не беспокойтесь, никому никакого вреда.

Но Рекальдо ничуть не успокоился. В голове гудело от ярости, и он собирался выпустить пар прямо в самодовольную рожу Макбрайда. Подавшись вперед, он зло прошипел:

– Вот что я вам скажу, Макбрайд, – повторять не буду, так что слушайте внимательно. По многим причинам я подаю в отставку, но, когда я приехал сюда, моя медицинская карта была безупречной, и я ни с кем не собираюсь обсуждать свое здоровье. Я не инвалид. Ясно?

– Ничего подобного я не утверждаю. – Макбрайд не сводил с Рекальдо глаз. Казалось, его ничуть не задела враждебность сержанта. – Учтите, Эф Ка, – мягко продолжал он, – у меня орлиный глаз. Я вижу, как вы мандражируете. – Он стукнул большим пальцем по крышке стола. – Толи боитесь за кого-то, то ли переживаете за что-то, то ли с недосыпу. То ли то и другое. Угадал?

Фрэнк фыркнул.

– И вы явились ко мне среди ночи, чтобы сказать это? Вы отменный наглец, Макбрайд. Это Коффи вас послал?

– Нет, я пришел по собственной инициативе, – важно ответил инспектор, распустил воротник и провел ладонью по губам. – Сказать начистоту, я не очень-то лажу с этим Коффи. Ужасный в работе человек. Зануда и чертовски нерасторопный. Одним словом, достает. – Инспектор обошел стол и устроился напротив сердитого хозяина. Тот с опаской смотрел на незваного гостя. Макбрайд снова плеснул себе виски.

– Хочу вас кое о чем спросить, – начал Рекальдо. – У вас такая привычка – устраивать ночные облавы на стариков?

– Только не у меня, сынок. Я ведь вас предупреждал что Коффи не терпится проверить старика на ДНК.

– И?…

– Что – и?

– Вы мне скажете, каков результат?

– Не скажу.

Повисло молчание, пока его снова не прервал сержант.

– Сегодня возвращаетесь в Корк?

– Хотите сказать, что, если я поведу машину, мне не следует пить? Нет, поболтаюсь здесь. Пару дней назад я и не знал о существовании этой дыры, а теперь не могу насмотреться. Живописнейшее место.

Рекальдо потер лоб, удивляясь быстрой смене настроении своего собеседника. Ему следовало сохранять ясность мысли.

– Макбрайд, вы слишком много выпили.

– И это великолепно, – лениво улыбнулся инспектор. В его уверенном хищном взгляде было что-то от змеи. – Я смотрю, вы здесь неплохо прижились. Не возражаете, если я поселюсь рядом?

– Не морочьте мне голову! Вы ждете не дождетесь, чтобы свалить в свой Дублин.

– И то правда, – хмыкнул Макбрайд, – Но отель потрясающий. Мне сделали отличную скидку. Вам не сообщили. – Он обрадовался, заметив, как вздрогнул Рекальдо. – Видимо, потому, что я зарегистрировался так поздно. Одна беда – завтра рано вставать. В каком-то смысле пустая трата денег. Но ничего не поде таешь. – Он умолк.

Мужчины довольно долго сидели в тишине, но Макбрайд не собирался трогаться с места.

– Хочу обсудить с вами несколько вещей, касающихся расследования, – наконец, заговорил он.

Фрэнк встал и открыл окно.

– Что ж, если мне не суждено от вас избавиться, давайте перейдем в комнату. Там больше места. – Его немного раздражали размеры кухни, и было неприятно находиться в тесном помещении с человеком, от которого несло спиртным и потом.

Инспектор перелил нетронутое виски хозяина в свой стакан и пошел за ним в выстуженную гостиную. Молча смотрел, как Рекальдо выложил в камине пирамидку брикетов тор. фа, поджег и дул, пока не появились язычки пламени. Разгорелся огонь, дым устремился в трубу. Маленькая гостиная немного прогрелась. Комната была застелена темно-серым ковром и меблирована очень просто. То л и по замыслу дизайнера, то ли из экономии здесь царил минималистский стиль: из мебели – кресла, стеклянный кофейный столик и книжный шкаф, да еще на белых оштукатуренных стенах висели две иллюстрации Джека Йейтса. Макбрайд пригубил виски.

– А у вас, как я погляжу, с погибшей есть кое-что общее. Вы, Эф Ка, такой же аккуратист и чистюля, как и она.

– И что? – нахмурился Рекальдо.

– Вот что меня с самого начала тревожило: я все время думаю о миссис Уолтер и ее доме-музее и удивляюсь, почему там полно всякой всячины, по поводу которой мы бегаем и суетимся, но нет ответов на важные вопросы. Вы следите за ходом моих рассуждений?

– Например?

– Например, нет информации, которая продвинула бы расследование вперед. Слушайте, это, случайно, не вы стерли в компьютере данные?

– Я ведь сказал, что ничего не понимаю в компьютерах, – коротко бросил сержант.

– А я слышал другое. Согласен, вам может не хватить знаний написать какое-нибудь занудное пособие по персональному компьютеру, но стереть информацию с диска – на это у вас достаточно мозгов. О чем вы сговорились со стариком Спейном, перед тем как соблаговолили позвонить нам? Сделайте милость, поведайте.

– Я сообщил о случившемся так быстро, как это было в человеческих силах.

– Неужели? Извините, но меня одолевают сомнения. – Макбрайд протянул руку к бутылке. – Я поздно сообразил: выпендривался перед вами, а следовало насторожиться. Вы опасный человек, Эф Ка: провоцируете таких, как я, производить на вас впечатление. Заносчивый малый. С вами наверняка невероятно трудно работать. – Он причмокнул языком. – Было трудно в ваше время. Так мне и сказали.

– Сказали?

– Угу. Сказали, что другим вы отмеряли веревки ровно столько, чтобы повеситься, зато сами знали, как всех обскакать.

– У вашего приятеля чересчур длинный язык, – заметил сержант. – Не понимаю, куда вы клоните.

– До меня долго доходило, зато теперь все ясно. Миссис Уолтер не сама очистила свой дом. И Коффи прав, у нее не был кабинета в другом месте. Это абсурд. Я спросил об этом О Дауда – уж если кто-то что-то и знает, так это он. Вот его слова, цитирую: «очень странное предположение». В одном я с ним абсолютно согласен: все намного проще. Некий человек, который точно знал, что мы будем искать, спрятал концы в воду. И должен сказать, вы, Эф Ка, идеальная кандидатура на эту роль.

Рекальдо расхохотался:

– Это обвинение?

– Нет, вопрос. Вы очистили дом?

– Зачем?

– Не зачем, а ради кого? И когда? Для кого вы это сделали? Макбрайд запрокинул голову и принялся с невинным видом разглядывать потолок. – Полагаю, вам так и не удалось обнаружить неуловимого мистера Суини? Нет? – Он посмотрел сержанту в глаза и проникновенно спросил: – Ответьте, Эф Ка, чего вы добиваетесь?