Джо Алекс - Убийца читал Киплинга (Где и заповедей нет)

— Да… — кивнул головой комиссар. — При расследовании он производил такое впечатление, будто он собирается с мыслями. Он не мог сосредоточиться. В первую минуту, когда я сказал ему, что произошло и что есть только единственная возможность совершения этого преступления, он сказал, что я говорю чушь. Думаю, только признание Мерил Перри окончательно убедило его. Вероятно, мне не следовало бы говорить это, ибо только на процессе будет выявлено, что Мерил Перри… — он не успел закончить.

Из аллеи показались Алекс и Джоветт. Джоветт нес в руке белую модель памятника. Джо шел рядом и что-то вполголоса говорил ему.

— Да, — сказала Каролина. — Странно, что он пошел с ним, правда? Как будто забыл, что я… что произошла трагедия. Он так интересуется этим памятником, что… — она оборвала конец фразы. С минуту Каролина и Паркер в молчании смотрели на стоящих у подъезда и о чем-то беседующих мужчин.

— Пусть его извинит то, что он бывший летчик, как и я. Многие наши друзья погибли, а этот памятник действительно прекрасный, — Паркер покачал головой.

Они заметили, как Алекс вытащил что-то из кармана и передал Джоветту, который в свою очередь отдал ему модель. Потом Джоветт подошел к стоящему на подъездной дорожке великолепному «Роллс-ройсу» и открыл дверцу машины.

— Зачем он дал ему ключи от машины? — недоумевал Паркер. — Ведь у Джоветта есть машина.

— Может быть, она сломалась? — предположила Каролина. — Но если мистер Джоветт уедет на его машине, то Джо останется без машины…

Джоветт захлопнул дверцы, опустил стекло и махнул Алексу рукой. Джо ответил ему кивком головы, потом повернулся и, держа модель в руках, подошел к Каролине и Паркеру.

— Он попросил у меня разрешения покататься на «Роллс-ройсе», — пояснил он им, улыбаясь. — Он никогда не сидел за рулем такой машины.

Мотор заработал, и она стала медленно пятиться назад.

— Что он делает? — воскликнул Паркер.

— Наверное, хочет попробовать задний ход, — Джо стоял рядом с ними, обеими руками держа перед собой модель.

Машина развернулась, и ее блестящий усеченный капот, который нельзя спутать с капотом никакой другой машины в мире, был теперь направлен прямо на аллею, ведущую к павильону. Минуту «Роллс-ройс» стоял, не слышно было даже работы мотора. Вдруг водитель включил скорость, и машина стремительно, как ракета, пронеслась мимо роз и исчезла в аллее. Они услышали треск ломаемых ветвей.

— Он сошел с ума!

Паркер бросился бежать вслед за уехавшей машиной, но внезапно остановился. Его догнал Алекс. Мгновение спустя рядом с ними оказалась Каролина. Не говоря ни слова, они побежали и остановились только там, где сорванная балюстрада свисала, все еще раскачиваясь над пропастью…

— Боже! — прошептал Паркер. — Он свалился вместе с твоей машиной! Зачем ты позволил ему сесть за руль?

Алекс не отвечал. Он стоял, опершись на барьер, глядя на медленно набегающие на берег волны. Но уже ничего не было видно.

— Спасайте его! — шепнула Каролина сдавленным голосом. — Вдруг он еще жив?

Алекс покачал головой.

— Машину, набравшую такую скорость, должно швырнуть на десятки ярдов от берега. Он ведь описал дугу… Здесь, кажется, глубоко?.. Он не мог остаться живым, ударившись о воду, не мог выскочить из тонущей машины… «Роллс» очень тяжелый… И окно было открыто. Он утонул гораздо быстрее…

Паркер, низко перегнувшись через балюстраду и обшаривая глазами поверхность моря, тихо сказал:

— Масло.

Далеко от берега на волнах возникло блестящее маслянистое пятно и стало медленно перемещаться, подгоняемое теплым утренним ветром.

— Там, — сказала Каролина, — двести ярдов глубины… Берег под водой круто обрывается… Это самое глубокое место на всем побережье. Ох, он погиб, погиб… — она расплакалась, прижимаясь головой к груди Алекса.

— Зачем ты дал ему машину? — грустно повторил Паркер свой вопрос. — Почему, черт возьми, ты позволил ему сесть за руль?

— Потому, что эта машина раздражала Каролину, — холодно ответил Алекс. — И потому, что я суеверный.

— Что? — переспросил Паркер. — У тебя в голове помутилось, Джо!

Внезапно Каролина перестала плакать, отодвинулась от Алекса и с ужасом посмотрела на него.

— Джо… ты действительно… Идемте, нужно позвать людей, взять моторку… Вдруг он?.. — она не стала продолжать. — Джо, идем! Ты переутомился!

— Нет. — Алекс покачал головой. — Я не сказал, что я переутомлен, но сказал, что я суеверный. И когда в какую-то минуту, Каролинка, все подозрения стали группироваться вокруг тебя, я дал себе слово, что если сумею найти убийцу твоего дедушки, никогда больше не сяду в эту машину… А следствием моего обещания был тот мелодраматический факт, что в нее сел сам убийца.

— Убийца?! — Паркер приблизился к Джо и преградил ему путь к пролому в балюстраде.

— Джо! Идем! — сказал он решительно и хотел взять Алекса под руку.

— Хорошо, — Алекс спокойно стоял и по-прежнему говорил ровным голосом: — Но позволь мне сначала передать тебе двести тысяч фунтов, которые ты разыскиваешь.

Одним движением он оторвал приклеенное дно постамента у модели, и на землю упали банкноты, перехваченные толстой резинкой, которая туго их стягивала, превратив в компактную пачку. Паркер наклонился, поднял пачку и со страхом посмотрел на нее.

— Когда я сказал ему, что знаю о том, что спрятано в модели и могу доказать, как он убил Коули и твоего дедушку Джона, Каролина, я добавил, что моя машина стоит перед домом, а поскольку он, Джоветт, никогда не сидел за рулем «Роллс-ройса», то он может сейчас опробовать машину, и если случится несчастный случай, памятник летчикам Манчестера наверняка будет создан по проекту преждевременно скончавшегося скульптора. В противном случае его ожидает заключение в строгом режиме, старость среди уголовников, запах камер и душный воздух, пропитанный хлоркой и карболкой… до конца жизни. Он знал, что проиграл. И глазом не моргнув, попросил у меня ключи… остальное вы видели.

— Джо… — сказал Паркер. — Но тем самым ты помог ему избежать наказания и…

— Ох, не обращай внимания на мои слова, — усмехнулся Алекс. — Минуту назад ты сказал, что я либо переутомился, либо сошел с ума. Разве можно мне верить? Где свидетели?

— Но он ведь не мог совершить преступление! Не мог отравить кофе! Боже! Я забыл! Ведь нужно организовать спасательные работы. Есть минимальный шанс, что тело выплыло и этот человек может быть жив. Бежим к моторке!

— К какой? — спросил Джо, хватая его за рукав.

— К той, которая стоит у причала! Пусти меня!

— Нет там никакой моторки! — крикнул Джо. Паркер, вырвавшийся из рук Джо и уже бегущий, резко остановился.

— Как это нет? Ночью была.

— Но в пять часов утра шестеро твоих людей, с твоего, к слову сказать, разрешения, перенесли в лодку некую статую, которая стояла в мастерской. Спустя пять минут Чанда сел за руль и отплыл. Сейчас он уже в десятках миль от британских территориальных вод… и, насколько мне известно, направляется в один из портов… Но тебя это не должно интересовать, правда? Чанда отплыл в Бирму, малышка. Он везет туда статую. Я верю, что твой дедушка радуется там, — он показал пальцем в небо в восточном направлении, — зная, что его воля исполнена. Чанда не вернется сюда. Он просил поцеловать тебя и испросить прощения. Он сказал: «Моя любовь к этой маленькой девочке, какой она всегда для меня останется, была глубже и сильнее, чем все, что я научился любить и ценить в жизни. Пусть это послужит оправданием для меня в ее глазах»…

— Он уже не вернется сюда, — тихо сказала Каролина. — Ни он, ни дедушка Джон… это уже не будет Мандалай-хауз… Джо! Я хочу уехать, как только…

— Подумай о своем дедушке, малышка. Он был более стойкий, чем ты. Люди умирают, рождаются, борются и гибнут. Но стараются не поддаваться. Ты ведь любишь этот дом. Не делай ничего, прежде чем не будешь уверена, что твое решение окончательно.

Паркер, стоявший у разбитой балюстрады, вернулся к ним.

— Не выплыл, — сказал он. — И теперь уже не выплывет. Я позвоню и уведомлю морские патрульные катера. Если здесь большая глубина, его скорее всего не удастся достать, и он останется там навсегда, в твоей машине…

— Оба там останутся, — спокойно ответил Джо.

— Ты имеешь в виду свою машину?

— Нет, я имею в виду Уильяма Коули. Они даже будут поблизости один от другого. Жаль, что они не могут говорить: в долгие зимние вечера они могли бы обсудить ошибки, которые допустили в этом деле.

И обняв еле державшуюся на ногах Каролину, Джо направился к дому.

Паркер догнал их, хотел что-то сказать, но промолчал и, обогнав, ускорил шаги.

Оказавшись около дома, Джо увидел Дороти Снайдер.

— Ох, — озабоченно сказал он. — Я совершенно забыл о своем обещании. Но, к сожалению, моя машина не пригодна к использованию. Каролина, ты позволишь мне отвезти мисс Дороти на одной из машин, принадлежащих Мандалай-хауз?