Бестолочь - Патриция Хайсмит

Дик спросил, понизив голос:

— Уолт, у тебя серьезные неприятности из-за этого сыщика, Корби?

Уолтер помедлил с ответом, затем отрицательно покачал го­ловой.

— Нет, серьезных неприятностей нет.

— А вообще неприятности?

— Нет. Вернемся к работе?

Уолтеру хотелось поскорей с ней покончить, чтобы успеть спус­титься к пяти встретить Корби.

В пять часов Корби еще раз предложил отвезти Уолтера в Нью­арк и обратно в своей машине, и Уолтер согласился. Они молча доехали до туннеля Холланд. В туннеле Корби сказал:

— Я понимаю, мистер Стакхаус, вы много делаете, чтобы мне помочь. Я это ценю.— В туннеле его голос глуховато вибрировал.— Наша поездка, надеюсь, даст свои результаты, хотя сразу они, возможно, и не проявятся.

Сложный маршрут до книжной лавки Корби одолел с такой легкостью, словно ездил им много раз. Уолтер непроизвольно при­нял вид, будто видит это место впервые, хотя ни о чем не спрашивал. Воздух в лавке — спертый, пыльный, пропитанный сладко­ватым запахом пораженных сухой гнилью страниц и переплетов — показался Уолтеру давно и до ужаса знакомым. Они застали Ким- меля одного. Уолтер увидел, как он медленно поднимается из-за письменного стола им навстречу, словно почуявший опасность слон.

— Киммель,— бесцеремонно сказал Корби, когда они подо­шли,— хочу познакомить вас с мистером Стакхаусом.

Массивное лицо Киммеля было непроницаемо.

— Здравствуйте,— произнес он первым.

— Здравствуйте.

Уолтер весь напрягся и ждал. Лицо Киммеля по-прежнему ни­чего не выражало. Уолтер никак не мог решить, успел ли Киммель предать его Корби или только собирается предать, спокойно и хладнокровно, и только ждет наводящих вопросов.

— Мистер Стакхаус тоже имел несчастье недавно утратить жену,— сказал Корби, бросая шляпу на стол с книгами,— и тоже в результате трагедии во время стоянки автобуса.

— По-моему, я об этом читал,— заметил Киммель.

— Полагаю, читали,— улыбнулся Корби.

Уолтер переступил с ноги на ногу и посмотрел на Корби. По­ведение Корби являло собой невероятную и непотребную смесь профессиональной грубости с официальной вежливостью.

— Полагаю,— безмятежно продолжал Корби,— я вам говорил и о том, что мистеру Стакхаусу также известно об убийстве вашей жены. Я нашел у него в альбоме вырванную из августовской газеты заметку об этом убийстве.

— Да,— серьезно ответил Киммель, слегка кивнув лысой го­ловой.

Губы Уолтера самопроизвольно дернулись в нервной улыб­ке, хотя его охватила паника. Маленькие глазки Киммеля каза­лись абсолютно холодными и равнодушными, как глаза убий­цы.

— Похож, по-вашему, мистер Стакхаус на убийцу? — задал Корби вопрос Киммелю.

— Разве не ваша задача — это выяснить? — парировал Ким­мель, прижимая подушечки толстых сноровистых пальцев к зеле­ной промокашке у себя на столе.— Я не понимаю цели посещения.

Корби с секунду помолчал. В глазах у него мелькнуло бес­покойство.

— Цель этого посещения очень скоро станет ясной,— отве­тил он.

Киммель и Уолтер обменялись взглядами. Выражение лица Киммеля переменилось. Теперь в его маленьких глазках проскаль­зывало нечто вроде любопытства, и Уолтер заметил, как уголок его сложенных сердечком губ изогнулся в подобии улыбки, кото­рая, казалось, говорила: мы оба жертвы этого молодого кретина.

— Мистер Стакхаус,— обратился к нему Корби,— не станете же вы отрицать, что думали о действиях Киммеля, когда пресле­довали автобус, в котором ехала ваша жена?

— Говоря о «действиях» Киммеля...

— Мы это обсуждали,— оборвал Корби.

— Стану,— возразил ему Уолтер.— Я это решительно отри­цаю.

За эти несколько секунд Уолтера охватило такое сильное чув­ство симпатии к Киммелю, что он растерялся и попытался скрыть это чувство. Теперь он твердо знал, что Киммель не рассказал Корби о его посещении лавки и не собирался рассказывать.

Корби обратился к Киммелю:

— А вы, очевидно, отрицаете, что, прочитав о появлении Стак- хауса на автобусной остановке, подумали о том, что Стакхаус убил свою жену таким же способом, как вы — свою?

— Трудно было не подумать, поскольку в газете намекалось на это, чуть ли не утверждалось,— спокойно ответил Киммель,— но я моей жены не убивал.

— Киммель, вы лжете! — закричал Корби.— Вы понимаете, что своим поведением Стакхаус заложил вас. Однако -стоите тут и строите из себя невинность!

Киммель с великолепным безразличием пожал плечами.

Уолтер почувствовал приток свежих сил и перевел дыхание. Теперь-то он догадался, что Киммель боялся, как бы он не выбол­тал об их первой встрече, и боялся не меньше, чем Уолтер — его. Киммель был явно не расположен откровенничать с Корби. Мол­чание Киммеля вдруг предстало Уолтеру в ореоле героического благородства, так что сам Киммель показался сияющим ангелом по сравнению с Корби, воплощенным сатаной.

Корби нервно прохаживался по комнате. Он утратил сходство с воспитанным старшеклассником и напоминал сейчас гибкого длинноногого борца, который топчется перед противником, гото­вясь пустить в ход запрещенный прием.

— Вас совсем не удивляет тот факт, что Стакхаус вырвал из газеты заметку об убийстве вашей жены, а потом помчался за автобусом, в котором ехала его жена, в тот вечер, как ее убили?

— Вы же сами сказали мне, что жена Стэкхауса покончила самоубийством,— удивленно возразил Киммель.

— Это не доказано.

Корби затянулся сигаретой, меряя шагами пространство между Киммелем и Уолтером.

— Так что же вы в конце концов пытаетесь доказать? — спро­сил Киммель. Скрестив на белой рубашке руки, он прислонился к стене. Свет лампы, что горела у него над столом, отражаясь в стеклах очков, превращал их в яркие непроницаемые круж­ки.

— Самому бы хотелось знать,— глумливо ответил Корби.

Киммель снова пожал плечами.

Уолтер не мог сказать, смотрит ли на него Киммель или нет; он перевел взгляд на открытую книгу, лежащую на столе у Ким- меля. Когда он пошевелился, у него заболела шея. В огромной книге текст на странице был расположен двумя колонками, как в Библии.

— Мистер Стакхаус, вам не приходило в голову, когда вы про­читали в газете об убийстве Киммель, что сам Киммель мог убить свою жену?

— Вы меня уже спрашивали об этом,— ответил Уолтер.— Нет, не приходило.

Киммель не спеша взял с крышки бюро кожаный увлажнитель для сигар, снял крышку, предложил Уолтеру, который отрицатель­но покачал головой, затем Корби — тот на него даже не посмотрел и извлек сигару.

Корби бросил сигарету на пол и растер носком ботинка.

— В другой раз,— сказал он разочарованно.— Как-нибудь в другой раз.

Киммель отвалился от стены, перевел взгляд с Корби на Уол­тера и снова на Корби:

— Мы закончили?

— На сегодня — да.— Корби забрал