Мишель Александр - Цианид по-турецки (сборник)

— А вы не поддерживаете с ним связь во время его поездок?

— Почему не поддерживаю? Сегодня он мне обязательно позвонит.

— У нас к вам убедительная просьба, — поднимаясь из кресла, сказал комиссар, — пусть он позвонит и нам, или в управление полиции Сент-Ривера, вот по этому номеру Комиссару Катлеру, или детективу Мэриэл Адамс, вот по этому.

Номера наших телефонов Эрик Катлер записал на листочке из своего блокнота. Госпожа Гирш взяла этот листочек и пообещала исполнить нашу просьбу.

— Вы думаете, что Алекс Гирш сейчас в Париже? — спросил меня комиссар, когда мы ехали обратно в управление.

— Если вылетел вчера вечером, или ночью, то наверняка, — пожала я плечами.

— И все же попробуем выяснить в аэропорту.

— Если он полетел по своим документам, — добавила я.

— Что-то мне не верится, что у него могли быть чужие, — усмехнулся комиссар, видимо, вспоминая недавний разговор с Руфиной Гирш.

— Нужно было попросить его фотографию, — заметила я, мысленно раскручивая ситуацию дальше.

— Незачем беспокоить пожилую даму, — возразил мне комиссар, — найти фото издателя — это не проблема. У издательства «Круиз» прекрасный сайт в сети.

— Да, конечно, — согласилась я, — не знала, что вы так хорошо знаете издателей и издательства.

— Скорее, именно этот «Круиз», — объяснил Эрик Катлер, — я давний поклонник таланта Терри Гресса.

— Тогда понятно, — улыбнулась я, — но почему вы сразу не вспомнили, кто такой Александр Гирш?

— На его имя как-то никогда не обращал внимания, вот когда она упомянула «Круиз» и Терри Гресса… — комиссар остановил машину, — кстати, уже не рано, может, нужно было вас подбросить домой?

— Вы это серьезно? — удивилась я, — вы думаете, я отправлюсь отдыхать, даже не узнав, улетел ли в Париж господин издатель? Не предполагала, что вы так плохо меня знаете.

— Ну, спросить-то я должен был, — рассмеялся Эрик Катлер.

Справка, полученная из аэропорта, нас озадачила и вернула былые подозрения, почти рассеянные еще недавно уверенной безмятежностью матери господина издателя. Александр Гирш билет на рейс авиакомпании Сентриверлайнс до Парижа купил, но в самолет не явился.

— Теперь мы должны понять, где его можно найти, — хмуро проговорил комиссар.

— Еще мы должны зайти на сайт издательства «Круиз» найти фото этого господина и показать его, во-первых, Санти, а во-вторых, свидетелям, которые видели человека, выходившего из рощи. Мы пока только предполагаем, что во всех случаях имеем дело с одним и тем же лицом, и что этим лицом является Алекс Гирш, — спокойно заявила я.

— С вашей логикой тут не поспоришь, — согласился со мной Эрик Катлер.

— Если все же именно он нам и нужен, то неплохо бы поговорить с Терри Грессом, хотя бы выяснить чего добивался от Питера Боулда его компаньон. Мы знаем, что Питер писал стихи, но в наше время издатели за стихами никому неизвестных гениев, как мне кажется, особо не гоняются. Здесь что-то другое, но что?

— Вы правы, но давайте начнем с фото, — не дал мне закончить рассуждения комиссар, — пока не очень поздно.

Сайт мы отыскали за пару минут, там действительно было фото Александра Гирша, которое мы тут же распечатали. Время еще позволяло нанести визит в «Сиреневый уголок».

— Это он и есть, — уверенно сказала хозяйка пансиона, — он приезжал к Питеру, даже не сомневайтесь.

Два других свидетеля были не столь категоричны, но все же заявили, что этот человек очень похож. Однако они видели его издалека, поэтому сказать с полной уверенностью не решались.

— Знаете, о чем мне подумалось, — начала рассуждать я, когда мы ехали обратно, — как должен был бы вести себя человек, если он пришел на встречу с кем-то, на деловую встречу, и вместо того, с кем должен был увидеться, нашел его бездыханное тело, причем еще не успевшее остыть?

— Вот как вы все представляете? — прокомментировал мои слова комиссар.

— А вы? Ну, на самом деле, какой у этого Гирша мог быть мотив для убийства Боулда? Что их вообще могло связывать?

— Вы забываете о коробке из-под печенья, ее ведь так и не нашли. Что в ней было?

А вдруг нечто такое, что представляло интерес именно для издателя?

— В любом случае, это не имеет никакого отношения, ни к ограбленному складу, ни к договору, в котором двадцать лет назад Питер Боулд допустил такие вопиющие ошибки.

— Да, это все действительно очень трудно связать воедино, — опять согласился со мной комиссар.

Визиты к доктору, наблюдавшему Боулда при жизни, и к писателю Терри Грессу мы отложили на следующий день. Кроме того, я решила побывать в фирме «Город». Эта идея осенила меня неожиданно и вовсе не опиралась ни на какие доводы рассудка, не могу объяснить и сейчас, что я собиралась там узнать.

День выдался насыщенный, жаркий и ужасно утомительный, а назавтра тоже предстояло очень много работы, и не было даже намека, хотя бы на одну стоящую версию. Было множество вопросов, на которые получить ответы я смогу лишь частично, и это вовсе не значило, что полученные ответы не вызовут к жизни вопросы еще более сложные.

Домой я вернулась поздно, но, не смотря на усталость, не могла не думать о событиях и людях, с которыми столкнулась в течение этого суматошного дня. Вечером жара сменилась духотой. Ни относительно холодный душ, ни вентилятор не помогал избавиться от этого не слишком приятного ощущения. Я чувствовала себя усталой, а за усталостью следовало коварное чувство беспомощности и одиночества. И тут засигналил мой телефон. Когда я услышала в трубке знакомый голос Дэвида, мне ужасно захотелось, чтобы он был рядом. Как он догадывается о моем настроении, для меня навсегда останется загадкой, хотя бы потому, что мне и не хочется в этом разбираться.

— Через десять минут я буду у тебя, — ни о чем не спросив, заявил мой друг, — ничего не делай, у меня все с собой.

Если я сейчас напишу, что я обрадовалась Дэвиду только потому, что мне хотелось обсудить с ним мое не слишком удачное, на тот момент, расследование, не верьте мне. Я и сама себе не верю.

— Ну, рассказывай! — Дэвид потащил меня на кухню, где тут же принялся за приготовление ужина.

— С чего начать? — вяло спросила я, но на самом деле в моем взгляде наверняка преобладала, как минимум, признательность.

Мне нравилось смотреть, как привычно и ловко Дэвид распоряжается в пространстве между плитой и холодильником. Вскоре на столе появился салат блюдо с гренками с сыром и грибами, лимонный бисквит две чашки ароматного кофе.

— Как здорово, — мечтательно произнесла я.

— А что я тебе все время твержу? — усмехнувшись, заявил мой друг, — я — прекрасный кулинар и вообще очень хозяйственный!

— Ты — прелесть! — с предельной искренностью произнесла я.

В общем, о деле мы заговорили, только перебравшись в гостиную, да и то не сразу.

Я рассказала Дэвиду все, что произошло в этот день. Мне были нужны его вопросы и замечания, которые так помогают иногда выбрать правильное направление для моих мыслей.

— Постой, — начал рассуждать мой друг, — загадок действительно много, но давай выделим главное. Это ведь твоя работа, не так ли?

— Вопрос, как я понимаю, ответа не требует.

— Итак, — не обратил внимания на мою реплику Дэвид, — что тебе нужно? Тебе нужно выяснить, не было ли ограбление склада Тома Клайда подстроено самим Клайдом, с целью получения компенсации. Так?

— Ну, видимо…

— Косвенно с этой проблемой оказалась связана загадка странного договора между фирмой «Монус» и Джоном Клайдом. Поскольку срок действия этого договора не истек на момент страхового случая, то на компенсацию получает право наследник Джона — Том. Я не ошибаюсь?

— Нет, все именно так. Сумма вклада предусмотренная договором была выплачена полностью, а срок действия самого договора на момент ограбления склада не истек.

— Но сам договор, включая этот самый срок, достаточно нелеп, поскольку заключен был с ошибкой. Его должны были уничтожить и аннулировать. Если бы было сделано хотя бы одно из этих действий, никакой бы проблемы не существовало, а ты бы сейчас занималась чем-нибудь другим. Верно?

— Разумеется.

— Но договор уцелел, по какой-то причине оказавшись в сейфе Тома Клайда, а в документах фирмы «Монус» нет никаких следов аннулирования этого документа. Формально «Монус» обязан заплатить, и сделает это, если ты не доберешься до правды. И, конечно, если эта правда не окажется в пользу Клайда.

— Ну и что? Зачем ты мне сейчас объясняешь то, что мне и без того ясно?

— Я всего лишь хочу тебе показать, что смерть бедного Питера Боулда оказалась на твоем пути практически случайно, и вовсе не факт, что она имеет отношение именно к тому делу, которое важно для тебя.