Мэри Лондон - Убийство в обществе коллекционеров

— Да, все сходится просто замечательно. Сэр Малькольм, вы зрите в самый корень!

— Но тут все осложняется! Госпожу Ховард находят убитой. Сэр Бартоломью в тревоге. За дело берется полиция, узнает о клубе и, естественно, берет его под подозрение. Он обзванивает одноклубников, призывает их держать язык за зубами и, главное, ни словом не упоминать о том, что коллекция была изначально украдена… словом, он велит им молчать, чтобы они не сболтнули лишнего. И тут появляемся мы — вы и я, дорогой Дуглас, — и тщетно пытаемся разобраться, что же означает этот поспешный вывоз коллекции, при котором присутствует Али Садр, в то время как все остальные упорно молчат.

— Выходит, Катерина Ховард воровка…

— Из любви к Митре, конечно! Это своего рода клептомания в крупных масштабах! Завтра я наведаюсь в Британский музей и проверю, насколько справедлива моя версия, хотя другой я, увы, не вижу!

— Сэр Малькольм, только это никоим образом не объясняет причину убийства!

— Действительно, никоим образом. Стало быть, дружище, придется начать все сначала.

Тут грянула настоящая тропическая буря, и зал из конца в конец пронзила гигантская молния.

Глава 26

Сэр Малькольм был лично знаком с главным хранителем Британского музея, лордом Кэбтри, состоявшим, как и он, в Клубе графоманов. Этот замечательный во всех отношениях человек написал несколько научных трудов о догонах.[46] Крупный, лысый, на вид угрюмый, он был на самом деле человек редкого благородства. И принял Айвори у себя в кабинете как доброго друга.

— Милорд, я позволил себе побеспокоить вас по весьма деликатному делу.

— Любезный друг, скажи вы иначе, я бы удивился. Ведь Скотланд-Ярд обращается к вам за помощью лишь в самых сложных случаях.

— На сей раз случай и правда непростой, но позвольте прежде задать вам откровенный, хотя и несколько бесцеремонный вопрос. Случались ли у вас в музее кражи?

Несколько смутившись, Кэбтри нахмурился, потом ответил:

— Меня удивляет ваш вопрос, тем более что у нас действительно имели место несколько крупных краж, однако мы никому о них не рассказывали, включая полицию.

— Почему?

— Потому что я лично получил заверения, что похищенное будет возвращено в целости и сохранности.

Сэр Малькольм достал из жилетного карманчика ингалятор, с которым никогда не расставался, поднес его к одной ноздре, потом к другой и продолжал:

— Милорд, имеют ли похищенные экспонаты какое-либо отношение к культу Митры?

— Самое непосредственное.

— И заверения в том, что они будут возвращены, вам дал сэр Бартоломью Смит.

— Да вы настоящий ясновидец, сэр Малькольм! Да, он лично. Но откуда вы узнали?

— Из дела об убийстве Катерины Ховард.

Наступила долгая пауза. Лорд Кэбтри извлек из ящичка слоновой кости сигару и принялся отрезать ее кончик перочинным ножиком, лежавшим у него на столе, после чего продолжил:

— Я хорошо знал эту женщину. Выдающаяся была исследовательница! Лучший специалист по культу Митры. И вдруг эти непостижимые кражи. Мы только недавно узнали — госпожа Ховард придумала довольно хитроумный план. Как общепризнанному специалисту ей разрешалось совершенно свободно работать в отделе Древнего Среднего Востока. Когда она видела, что та или иная статуэтка, либо барельеф, либо какой-то другой экспонат слишком тяжелы или громоздки, она просила отправить их в лабораторию под предлогом проведения то экспертизы, то реставрации. А предметы поменьше она легко выносила сама, ночью, притом без нашего ведома, поскольку охрана у нас не самая надежная.

— Неужели никто не замечал пропаж?

— Нет, поскольку все думали, что экспонаты на реставрации. Да уж, ловко было придумано! Главное, никому и в голову не могло прийти, что госпожа Ховард воровка. Такая порядочная женщина! Одним словом, сэр Малькольм, нас обвели вокруг пальца. Но в конце концов все уладилось. Сэр Бартоломью — а он сама добропорядочность — сумел заполучить экспонаты и предлагает вернуть их в любое удобное для нас время — как только мы сможем заехать к нему в особняк, где он все и хранит. А поскольку госпожи Ховард не стало, дело решилось само собой. И в полицию никто не заявлял. Так что все вернулось на круги своя. Поэтому, любезный друг, я и удивлен вашему визиту.

— О, не беспокойтесь! — заверил его сэр Малькольм. — Мне всего лишь хотелось проверить одну догадку. И к Скотланд-Ярду это не имеет ни малейшего отношения. Однако убийство Катерины Ховард пока не раскрыто, вот я и занимаюсь этим делом. Вы знаете такого Али Садра?

— Да, это коллега госпожи Ховард, иранец, кажется.

— Мог ли он быть соучастником краж?

— Понятия не имею! Знаю только — допуска в лабораторию у него не было. Но прошу вас, сэр, не стоит слишком раздувать эту историю. Не хочу, чтобы Британский музей считали проходным двором! Да и другим не надо давать повода, хотя сам я больше беспокоюсь, как бы это дело не дошло до министерства…

Выйдя из музея, сэр Малькольм отправился к Али Садру. Иранец был дома и принял его несколько сдержанно.

— Сэр, полиция уже замучила меня допросами…

— Знаю, господин Садр, но есть кое-что, чего мы так до конца и не выяснили. Какие конкретно у вас были отношения с Катериной Ховард?

Тут иранца будто прорвало.

— Сэр, это касается моей личной жизни! К тому же госпожи Ховард больше нет. Так зачем ворошить прошлое?

— Дело в том, что я ищу убийцу этой женщины, и вы должны понять: уж коль она была вам так или иначе дорога, мне нужна ваша помощь!

Сэр Малькольм высказался довольно категорично. Садра поразил его резкий тон. И на глаза у него навернулись слезы.

— Да, — признался он, — она была мне большим другом, и я глубоко ее уважал, даже не знаю, что еще сказать!

— Быть может, вам известно нечто большее, хотя вы и не отдаете себе в этом отчета, — заметил сэр Малькольм. — Господин Фенимор Сингх сказал, что вы с ним знакомы.

— Встречались иногда.

— И вы ему звонили.

— Да, иногда…

— И сказали ему одну фразу — он нам передал: «Боюсь, ревность и безумие идут рука об руку». Что же вы имели в виду? На кого намекали?

Садр явно смутился.

— Боже мой, просто с языка сорвалось. И ни на кого я не намекал…

— А потом вы прибавили: «Сколько же ненависти рядом с глупостью!» Вы имели в виду госпожу Ховард?

— Конечно, нет! — с негодованием проговорил он.

Тогда сэр Малькольм подошел к Али Садру и заявил ему прямо в лицо:

— Вы определенно догадываетесь, кто убил вашу подругу, верно?

Иранец в полной растерянности и с отчаянием замахал руками:

— Нет! Нет!

— Тогда повернем все иначе, — примирительным тоном заговорил сэр Малькольм. — Госпожа Ховард взяла напрокат моторную лодку не то на восемь, не то на десять дней. Чтобы прогуляться по Темзе. С вами за компанию, верно?

Такой прямой вопрос и вовсе сбил Садра с толку.

— Со мной? По Темзе? Ну да. Так и есть. Мы решили поплавать по Темзе. А потом опустился туман…

— И вы так и не поплавали.

— Это было запрещено.

— А между тем той туманной ночью в этой лодке на середину реки вывезли мешок с телом вашей подруги и сбросили в воду.

Выйдя из себя, Садр вскричал:

— Но это же не я! Клянусь вам, не я! Я любил ее, эту женщину! Так неужели я мог бы сделать с ней такое? Понимаю, меня подозревают, потому что я иностранец!

— Успокойтесь, пожалуйста. Я только хотел заставить вас признаться в том, что вы так упорно скрываете! Вы же знали: часть коллекции госпожи Ховард — похищенная, верно?

Садр испуганно воззрился на сэра Малькольма.

— Похищенная?

— Из Британского музея. Вы любили эту женщину, вот и стали ей пособником в краже, а потом помогли вывезти и всю коллекцию, уже из ее дома. Она призналась вам, что ее разоблачили и предупредили — если она откажется немедленно вернуть похищенное, ее выдадут полиции. И вас в таком случае обвинят в соучастии. Неужели вы и теперь будете все отрицать?

И он сдался.

— Это правда, я действительно помогал ей выносить барельефы из музейной лаборатории, но, клянусь, я ее не убивал!

— Тут уж будьте спокойны, я вам верю… — сказал сэр Малькольм. И прибавил: — Только один человек в клубе коллекционеров мог совершить такую подлость. И против него у меня есть железная улика.

Глава 27

Вернувшись к себе на квартиру в Сохо, сэр Малькольм велел Вэнь Чжану подать бокал порто в качестве аперитива перед обедом, который слуга-китаец собирался заказать у итальянского кулинара по соседству, приготовлявшего блюда на заказ с доставкой на дом. Медалька, которую благородный сыщик нашел на дне лодки, служила уликой против виновного, если только ее, медальку, как и в случае с платком, не подбросил коварный убийца.