Джон Карр - Смерть в пяти коробках

– Итак, мисс, мы вас слушаем, – объявил старший инспектор. – К какому выводу вы пришли? Наверное, решили, что убийца влил атропин в шейкер, а потом вымыл его?

– Ну что вы! – искренне изумилась Марша. – Все куда хитроумнее. Убийца…

– Именно этого я и боялся, – обреченно кивнул Мастерс. – Ну, давайте по порядку. Кто там у вас убийца?

Марша осторожно раскрыла папку и положила ее прямо на руль. Мастерс, который полагал, что водитель должен держать рулевое колесо обеими руками, остался очень недоволен. Однако он все же скосил глаза на лист бумаги. И увидел карандашный рисунок, изображавший Бониту Синклер, – настоящий шедевр. Сандерс сзади тоже смотрел в альбом. Он заметил, что художница подчеркнула характерные черты миссис Синклер, которые бросались в глаза: ее вытянутую, гибкую фигуру, длинные конечности, спокойную одухотворенность взгляда. Лицу Бониты Марша Блайстоун придала выражение крайней тоски, которое было доведено почти до абсурда.

– Вот она, шлюха! – негромко пояснила Марша.

– Мисс! – заревел старший инспектор. – Будьте добры, уберите эту штуку с… Кстати, с чего вы взяли, что она убийца?

– Она убила своего мужа, – отчеканила Марша, – и у меня есть улики против нее!

Относительно того, что случилось потом, мнения участников происшедшего разошлись. Мастерс и по сей день уверяет, что девушка, пребывавшая в состоянии лихорадочного возбуждения, накрыла руль рисунком и в то же самое время наступила ему на ногу. Достоверно известно одно: полицейская машина рванула вниз со скоростью реактивного снаряда. Марша, в свою очередь, считает: ничего бы не случилось, если бы другое транспортное средство, которое, впрочем, можно назвать транспортным средством только из вежливости, находилось на своей стороне дороги.

Им навстречу, то есть в гору, величественно скрипя, двигалась тележка с фруктами. Человека, который ее толкал, было почти не видно из-за пирамиды апельсинов, яблок, лимонов, бразильских орехов, слив-венгерок и бананов. И лишь за секунду до аварии все услышали его отчаянный рев.

Резко крутанув руль, Мастерс избежал лобового столкновения. Иначе он ударил бы в тележку, словно в бильярдный шар. Сильный удар – и тележка завертелась, замерла на месте и покачнулась, как танцор; в следующий миг апельсины, яблоки, лимоны, бразильские орехи, сливы-венгерки и бананы брызнули во все стороны, словно огромный разноцветный фонтан. Человек, толкавший тележку, ухитрился не попасть под нее. Он свалился в канаву, и его накрыло лавиной из апельсинов, яблок, лимонов, бразильских орехов, слив-венгерок и бананов.

Упав на сломанное колесо, тележка кокетливо присела и замерла на месте, притворившись черепахой. Поведение человека, который ее вез, было совершенно иным. Полыхая от гнева, он с трудом поднялся; виновники аварии увидели тучного пожилого человека в пестром купальном халате, шортах и очках.

– Вы что творите, так вашу растак?! – заревел знакомый голос, от которого птицы в испуге вспорхнули с ветвей. – Убить меня хотели?! Ах, дайте отдышаться! Погодите, сейчас я до вас доберусь… Душу вытрясу!

Очки сползли на нос, красное лицо исказилось в злобной гримасе. Из придорожной канавы медленно вылез сэр Генри Мерривейл.

Глава 7

ПОСОБИЕ ДЛЯ ОТРАВИТЕЛЕЙ

Глазам ошеломленных зрителей предстала невероятная картина. Широко расставив ноги, чтобы снова не свалиться в канаву, Г. М. что-то бессвязно лопотал. Его лысина сверкала, как отполированная, полы халата кричащей расцветки развевались на ветру. Он был похож не просто на борца-тяжеловеса, а на борца-тяжеловеса, которого только что отправили в нокаут.

– Скажите на милость, зачем вас занесло направо?! – крикнул Мастерс. – С какой стати вы вообще…

– С какой стати я… Ах ты!.. – Громогласно выругавшись, Г. М. застыл на месте. – Глазам своим не верю! Неужто Мастерс?!

– Уверяю вас, сэр, я ничего не мог поделать! Молодая леди хотела показать мне рисунок. Она… ммм… навалилась на меня, а потом наступила мне на ногу!

Глаза Г. М. вылезли из орбит.

– Вы опять за свое! – просипел он. – Провалиться мне на месте, Мастерс, ну и нахал же вы! Я давно уже понял, что рядом с вами женщины не могут чувствовать себя в безопасности. Но чтобы кидаться на бедную девушку прямо в полицейской машине, средь бела дня…

Лишь с огромным трудом Мастерсу удалось сохранить спокойствие.

– Пусть себе разоряется, мисс, – проговорил он уголком рта. – Это наш старик, сэр Генри Мерривейл… А вы, сэр, объясните, какого черта шляетесь по Хампстед-Хит в халате и трусах и зачем вам тележка фруктовщика?

– Я тренируюсь, – с достоинством ответил Г. М.

– Вы… что?!

– Худею, черт вас побери! – Г. М. запахнул халат на манер римской тоги. – Все служащие Уайтхолла, заканчивая моими машинистками, без устали твердят, что у меня огромное брюхо. Какое они имеют право! Посмотрите-ка! Здесь сплошные мышцы! – Он ткнул себя пальцем в живот. – Но они меня достали. Я им покажу!

Пыхтя, Г. М. негодующе огляделся, словно в поисках врагов.

– А тележка зачем?

– У меня есть друг по имени Джованни, – сказал Г. М. – Он хозяин гимнастического зала. А еще у меня есть друг по имени Антуанелли, которому и принадлежит тележка. Мы с ним поспорили. Он утверждал, будто я не смогу вкатить тележку на вершину холма, и оказался прав! Я прошел всего двадцать пять шагов, и надо же такому совпадению – навстречу катит загулявший полицейский! Мощный удар – и конец. О боже! Вы только посмотрите! Меня преследует злой рок, провалиться мне на месте!

– Надеюсь, вы не ушиблись?

– Хороший вопрос! Главное, вовремя! Конечно, я ушибся. Я цел, но ушибся. Возможно, даже…

– В таком случае, сэр, садитесь лучше к нам в машину, – примирительно предложил Мастерс. А тележку выкиньте из головы. Как только доберемся до ближайшего гаража, пришлем за ней механика. Или вы сегодня собирались еще потренироваться?

– Откровенно говоря, нет… По-моему, на сегодня достаточно. – Г. М. окинул критическим взором свою талию. – Как ни странно, вы угадали: на сегодня с меня хватит упражнений. Против гантелей или дорожных работ я не возражаю, но мне решительно не нравится крутить сальто в сточной канаве всякий раз, как на меня налетит полицейская машина. Кстати, напрасно вы думаете, что мои раны можно излечить в гараже. Вы и понятия не имеете об их масштабах и местоположении…

Плотнее запахнувшись в халат, Г. М. враскачку направился к машине. Хотя внутри у него по-прежнему все клокотало, он постепенно затихал. Осмотрев свои синяки и ссадины, он уселся на подножку машины, поднял с земли банан, очистил его и проглотил в один присест.

– Вы не боитесь снова набрать все, что потеряли? – спросила Марша.

Спохватившись, Мастерс представил Г. М. своих спутников.

Услышав фамилию Сандерс, Г. М. очень оживился.

– Доктор Сандерс? Я отлично знаком с вашим начальником, главным судмедэкспертом министерства внутренних дел. Кстати, не вы ли автор книги «Патологоанатомическое исследование толстой кишки»?

– Бр-р-р, как романтично! – со смехом воскликнула Марша. – Неужели вы правда написали такое?

У Сандерса сразу испортилось настроение. Он был еще так молод, что всякий раз, когда кто-то упоминал о его научном труде, светился от радости. Названная книга объемом в восемьдесят страниц составляла его единственное сокровище, хотя продано было всего одиннадцать экземпляров. Скорее всего, о книге не знал даже его ангел-хранитель. Но сам Сандерс часто перечитывал свой труд и полагал, что он удался. А еще он надеялся, что его книга произведет впечатление на Маршу Блайстоун.

– Хорошая книга, – объявил Г. М., после чего сразу стал лучшим другом Сандерса. – Чертовски полезная! Кому-то, дорогая моя, надо писать подобные вещи. Не всем же кропать стишки о луне и розах!

– Но толстая кишка? – поморщилась Марша.

– Не будьте неделикатной, – проревел Г. М. – Кстати, как вы все здесь очутились, а? Что я хотел сказать? Ага, вспомнил. Послушайте, Мастерс: сдается мне, я чую дурные предзнаменования и небесные знамения, и мне мерещатся фальшивки и подделки. Не иначе как вы толковали об убийстве Хея?!

Мастерс выпрямился и заговорил сухо, официально:

– Позвольте спросить, сэр, почему вы так решили?

– Хо-хо! – зарокотал Г. М. – Значит, так оно и есть?

– Возможно, сэр. Собственно говоря, сегодня после обеда я собирался заскочить к вам…

– Мастерс, не скромничайте! Вы думали, что у вас на руках все козыри, и надеялись утереть мне нос, так сказать, посмеяться над стариком! Верно я говорю? Провалиться мне на месте, ну зачем, зачем все так стремятся посадить меня в лужу? Что ж, я избавлю вас от затруднений, потому что…

– Почему, сэр?

– Со мной уже советовались насчет этого дела, – высокомерно заявил Г. М. – И готов поспорить, мне известна парочка подробностей, о которых вы и понятия не имеете.

– Советовались? Но кто?