Речной детектив - Роман Елиава

– Дело в том, что он может лишить себя жизни.

– Но почему? – удивился Трегубов.

– Сева очень нервный. Он уже пытался это сделать, неудачно. Родители наняли хорошего доктора, возможно, самого известного в этой сфере, и ему стало гораздо лучше. Мы думали, что всё будет как раньше, и Сева сможет теперь нормально жить. Поэтому поехали в это путешествие. Но все эти события так повлияли на него… Вместо увлекательного путешествия – убийства и разбойники. А должно было все быть наоборот – отдых и покой. Ему снова стало хуже, сегодня вечером я заметила у него револьвер! Он его быстро спрятал, когда я вошла, но я успела увидеть. Не знаю, где он его взял. Ему нельзя давать в руки оружие. Я так боюсь!

– Наверное, он его взял с трупа Елизарова, а мы то подумали, что у городового не было в кобуре оружия, – предположил Иван.

– Снял с трупа? Что за ужасы Вы говорите? Я не знаю, что делать? – на глаза девушки навернулись слёзы. – Господи, я боюсь за него. Вдруг он что-то сделает с собой!

– Послушайте, я Вас понимаю, но не знаю, что я могу сделать в такой ситуации. Я бы очень хотел Вам помочь, но, может, Вам стоит обратиться к Михаилу Александровичу, доктору Шеину? Может, он даст какие-то успокоительные капли?

– Я не знаю доктора, а Вам доверяю, и Сева тоже Вас знает. Ещё, понимаете, никто не должен об этом узнать! Никто! Но если Вы так думаете, что нет другого выхода… Вы поможете мне с ним поговорить, уговорить вернуть оружие и обратиться к доктору?

– Конечно, – согласился Иван.

Она встала, и они пошли к каютам первого класса. По дороге Ольга думала, что может стоило рассказать о них с Севой Ивану всё гораздо раньше. Хотя, что это бы изменило? Она итак сказала больше, чем могла, открывшись постороннему человеку. А если он уже сам узнал, кто они, и всё расскажет о Севе? Однако, другого выхода Ольга не видела. Придётся положиться на Ивана. Она очень боялась за Севу, он стал совсем другим, не таким, как в начале плавания. Ольга боялась его потерять, он был самым близким для неё человеком. Жаль, что она так юна и неопытна, может быть, иначе она сама бы нашла решение.

Они зашли в каюту, и Ольга постучала в комнату брата.

– Сева, это я.

Ответа не последовало, девушка открыла дверь и заглянула внутрь.

– Никого, – сказала она растерянно.

Иван

– Пойдёмте поищем его на палубе, – предложил Иван.

Они вышли. На палубе было темно, хоть и горело несколько электрических ламп. Трегубов посмотрел налево в сторону носа и увидел две, приглушенно разговаривающие, фигуры у лестницы на нижнюю палубу. Матрос и недоверчивый купец. Вряд ли ищущий уединения человек направился бы в их сторону. Иван решил, что Всеволод либо мог выйти на другую сторону, на левый борт, или пойти на корму. Шансов, что он пошёл на корму, было в два раза больше, поэтому Трегубов направился именно туда. Девушка молча последовала за ним. Иван угадал. Всеволод был там. Он стоял к ним спиной.

– Сева! – вскрикнула девушка, и молодой человек повернулся.

Даже в тусклом свете ламп и луны было заметно, как он бледен.

– Ольга, что ты тут делаешь? Иди в каюту, уже ночь.

– А ты? Пойдём со мной!

– Мне нужно подумать, извини. Оставь меня одного.

– Сева, я знаю, что у тебя револьвер.

Всеволод приподнял правую руку и посмотрел на оружие.

– Ну и что?

– Доктор запретил тебе иметь при себе оружие, разве ты не помнишь?! – испуганно воскликнула девушка.

– Помню, но это ничего не значит, всё изменилось, – голос Севы выдавал внутреннее волнение.

– Что, что изменилось? – Ольга сделала шаг к брату.

– Всё началось опять, не подходи, – Всеволод поднял оружие и поднёс к своей голове.

Ольга обернулась к Ивану, не зная, что делать дальше. Трегубов тоже сделал шаг вперёд и заговорил:

– Всеволод, послушайте, чтобы ни случилось, ничего не изменилось. Вас любит Ваша сестра, Ваша семья, Вы ещё молоды. Давайте отложим револьвер и поговорим, просто обсудим ситуацию, всегда есть какой-нибудь выход, и мы его вместе найдём.

– Выхода нет! Вы просто не знаете! Мне нельзя жить! Я – убийца! Вы таких ловите и сажаете в тюрьму. Но я туда не хочу! Я не хочу в тюрьму и не хочу никому причинить вред.

– Что Вы такое говорите? – не понял Трегубов. – О чём Вы говорите? Вы – не убийца.

– Это я уронил лампу на том корабле, а потом они все сгорели. Мне очень хотелось посмотреть, как загорится пламя. Мне часто этого хочется, и не всегда я могу сдерживать себя. А потом, – в голосе молодого человека послышались рыдания, – они бегали вокруг, горели и кричали.

– Сева, что ты такое говоришь, я не понимаю тебя, – Ольга сделала ещё один шаг к нему.

– Не подходи! Раньше они каждую ночь кричали у меня в голове, – Всеволод прислонил револьвер к виску и зажмурился. Но сейчас они молчат, и я не хочу, чтобы это всё началось опять.

– Сева, нет, пожалуйста, прекрати, о чём ты? – навзрыд запричитала Ольга.

Её брат снова открыл глаза, посмотрел на неё и уже спокойно сказал:

– Ты тоже не понимаешь меня. Говорю же, что это началось снова. Я придумал это путешествие, сам того не понимая, чтобы сделать это снова. Взял с собой тебя, чтобы родители меня отпустили. Я разлил нефть на этом корабле. Если бы мне не помешали, я снова бы всех сжег. Всех и тебя тоже! Сжег бы свою сестру. Это сильнее моей воли. Мне нельзя жить!

У Ивана от этого признания похолодели руки, он понял, какой участи все они избежали совершенно случайно.

– Сева! – Ольга, рыдая, сделала последний шаг к брату.

– Нет, – сказал он и нажал на курок.

Звук выстрела раскатился по ночной реке. Всеволод начал заваливаться навзничь, через борт. Ольга схватила его, но брат был крупнее, а у нее не хватало сил. Трегубов попытался схватить девушку за подол платья, но оно порвалось. Брат с сестрой перевалились через ограждение.

– Чёрт!

Трегубов посмотрел на клочок платья в своей руке, а затем в темноту за бортом. Недолго думая, а, вернее, совсем не думая, он прыгнул через борт на лету крича:

– Человек за бортом!

Когда он погрузился под воду, он подумал, что кричал зря, лучше было бы наоборот набрать воздуха. Всплывая, он сбросил пиджак и освободился от ботинок. Вокруг была