Марвуд и Ловетт - Эндрю Тэйлор
– Иди, – мягко произнес я.
Будто очнувшись, Джеремайя опрометью выбежал из комнаты. Я закрыл за ним дверь.
– Сколько вы ему дали? – спросила леди Квинси.
– Два шиллинга.
– Он же всего лишь мальчишка на побегушках, – с ноткой неодобрения в голосе заметила леди Квинси. – Людей подобного сорта баловать не следует. – Вдруг она улыбнулась мне так, что я тут же почувствовал себя абсолютно счастливым, как бы глупо это ни звучало. – Вы не откажетесь со мной отужинать, господин Марвуд? Нам нужно многое обсудить.
Для нас накрыли стол у камина в гостиной леди Квинси.
Ее горничная Энн порывалась остаться, но хозяйка отослала ее прочь. Компанию нам составил Стивен, маленький африканец: он разливал вино и своим присутствием обеспечивал соблюдение приличий, однако почти весь вечер он просидел почти невидимкой на низком табурете в тени в дальнем углу комнаты.
К нашему отъезду утром все было готово. Господин Уорли снова прислал к нам Джеремайю с разрешением для нас путешествовать в воскресенье, подписанным судьей. Уорли приложил для меня записку, сообщая, что нога у доктора Бёрбро сломана в двух местах и переломы весьма серьезны, к тому же его рассудок затуманен – вероятно, из-за удара по голове. Кучер и форейтор подготовили экипаж и лошадей, а Энн упаковала все вещи, которые не понадобятся до отъезда.
Я потянулся к блюду с заливными угрями.
– Мадам, помните слугу по имени Мэтью Горс? Он работал у вас в Барнабас-плейс.
Леди Квинси наморщила лоб.
– Знакомая фамилия. – Она щелкнула пальцами. – Да, знаю, о ком вы. Крепкий детина с веснушчатой физиономией?
– Да. Приметы сходятся.
– Если верно припоминаю, он некоторое время был слугой моего пасынка, а еще иногда прислуживал за столом. А почему вы спрашиваете?
– На днях я с ним повстречался. Теперь он служит у лорда Кларендона.
– Этот Горс имеет какое-то отношение к убийству Эдварда?
– Не знаю, – ответил я, почти не покривив душой. – Он пропал.
– Вы говорили, что выдан ордер на арест моей несчастной племянницы. Думаете, Горс помог ей расправиться с Эдвардом? Боюсь, весьма вероятно, что она воспользовалась чьей-то помощью. Ведь Эдвард слабаком не был.
Я задумался: что, если леди Квинси права? Я думал, что если кто-то и подкупил Горса, то наверняка Олдерли. Но чисто теоретически заплатить слуге могла и Кэт.
– В Барнабас-плейс ваша племянница хоть раз обращалась к Горсу? Он оказывал ей услуги? Исполнял ее поручения?
Леди Квинси покачала головой:
– Я мало что про него помню. Прислуги у нас было видимо-невидимо! – Ее светлость помолчала. – Интересно, где прячется Кэтрин?
– Кто знает?
– От нее можно ожидать чего угодно. Моя племянница всегда была странной, непохожей на других.
– И весьма изобретательной, – сухо прибавил я.
Некоторое время мы ели молча. Я украдкой поглядывал на леди Квинси. При свете камина и в сиянии свечей ее кожа мерцала.
Внезапно леди Квинси нарушила паузу.
– Горс – сообщник людей, которые приехали за нами в Кембридж?
Ее голос вернул меня с небес на землю.
– Возможно, – согласился я. – Даже очень вероятно.
Леди Квинси понизила голос:
– Они ведь не причинят нам вреда?
Благоразумие требовало умолчать о некоторых подробностях, как бы я ни желал снискать ее благосклонности. Наконец я решил пойти на компромисс со здравым смыслом.
– Полагаю, они злоумышляют против лорда Кларендона. Это единственное, о чем можно судить с уверенностью.
– Но эти двое наверняка не главные заговорщики, верно? Кому они служат?
Я пожал плечами:
– У его светлости много врагов.
– В том числе и герцог Бекингем, – прибавила леди Квинси.
Я устремил на нее испытующий взгляд. Леди Квинси с невинным видом посмотрела на меня в ответ.
– Причудливые, безумные замыслы подобного рода как раз в его вкусе, – продолжила она. – Лорд Кларендон – давний враг Бекингема. Помню, как в Брюгге они в любой момент готовы были сцепиться, точно псы.
– В Брюгге? То есть во время изгнания?
Я припомнил, что до Реставрации король год-два жил в Голландии под покровительством испанских властей. В Брюгге он содержал жалкое подобие двора. Брат короля жил с ним, и герцог Бекингем тоже провел там некоторое время. Все трое в ту пору были холостяками, и до Англии доходили многочисленные слухи об их распутствах.
– Вы тоже там были?
Леди Квинси, кажется, вздрогнула от неожиданности – огоньки свечей, отражавшиеся в ее глазах, затрепетали. Повисла короткая пауза.
– Недолго. Мой первый муж, сэр Уильям, до Реставрации служил королю в нескольких дипломатических миссиях. – Она облизнула губы. – В Брюгге герцог Бекингем не задержался. – Ее светлость улыбнулась мне и прищурилась, будто кошка во время охоты. – Не увидев для себя выгоды, он переметнулся на другую сторону и вернулся в Англию, дабы снискать расположение Кромвеля и взять в жены дочь Фэрфакса.
– Почему же король так его ценит?
– Кто знает? Король ни с кем не делится своими мыслями. Такова его натура. – Леди Квинси отпила глоток вина и отвернулась к огню. – Но хватит об этом. В сон меня пока не клонит, хоть мы и должны завтра выехать пораньше.
– Мадам, – произнес я. – От меня было бы гораздо больше пользы, если бы я лучше представлял, в чем дело.
Леди Квинси взглянула на меня с улыбкой:
– Господин Марвуд, вы и сейчас прекрасно мне служите, и я всем довольна.
– Но что это за история с девочкой… кажется, ее зовут Фрэнсис? Кто приказал вам привезти ее в Лондон? Король?
– Для вашего же блага вам лучше знать только самое необходимое. – Леди Квинси махнула рукой, словно отгоняя и мою тревогу, и мысли о короле. – Может быть, сыграем в карты? Скажем, в криббидж или в пикет?
– Простите, но я не умею. – Даже я сам заметил, как недовольно прозвучал мой голос. – В юные годы мне не разрешали играть в карты, а потом у меня хватало других забот.
– Совсем забыла, что вы из пуританской семьи, сэр. В таком случае я вас научу. Правила пикета очень просты, вы их освоите мгновенно. – Леди Квинси повысила голос. – Стивен, проснись и иди сюда.
Паж вышел из тени возле кровати. Будто темное привидение, он сонно побрел к нам, потирая глаза.
– Возьми свечу и принеси колоду карт из дорожного футляра на туалетном столике, –
