Пропавшие винтовки - Роман Елиава

– У дома моего брата, Вы хотели сказать!

– Хорошо, у дома Вашего брата, – согласился Трегубов. – Не скажете, что Вы там делали? Не заходили ли к Анне Андреевне в гости?

– Я? Вот ещё! Что я там забыла?! – возмущено ответила Вера Сергеевна.

– Этого я не знаю. Предполагаю, чтобы обсудить новое завещание.

– Нужно мне больно.

– То есть, в дом Вы не заходили? – спросил Иван.

– Нет, Боже упаси!

– И никакое письмо Вам никто не передавал?

– Какое ещё письмо, куда Вы клоните, молодой человек?

– Просто спрашиваю. Значит, Вы с утра были в церкви, а потом пошли домой?

– Да, так и было. У Вас ещё есть вопросы?

– Почти всё, Вера Сергеевна, последний: кто-то видел Вас после посещения церкви?

– Нет, и я вижу куда Вы клоните. Ваши подозрения крайне оскорбительны и беспочвенны. Если у Вас всё, то прошу тотчас покинуть мой дом.

Трегубов подчинился и вышел. После повторных бесед с родственниками погибшей Олениной ясности не прибавилось. «Кто мог скинуть вниз Анну Андреевну? Неужели всё-таки она сама? Получила письмо и прыгнула. Хотя нет, весьма странный способ покончить с собой, прыгнув головой вниз на пол собственной гостиной», – Иван задумался. Как учил его Илья Петрович, он попытался поставить себя на место преступника. Допустим ему срочно нужны деньги, и он узнаёт, что Оленина внесла его в завещание. Какие действия он предпринял бы, чтобы убить её, будучи преступником? Он бы подготовился и придумал способ. Способ скинуть с лестницы жертву никак не казался ему обдуманным решением. «Может, это получилось случайно? – подумал урядник. – Кроме того, кто мог это сделать? Нужно изрядное усилие, чтобы перекинуть даже такую небольшую женщину через ограждение второго этажа. Клинский? Нет, у капитана одна рука, ему было бы затруднительно. В первой половине дня он был – а Филимонов утверждает, что женщина погибла именно в первой половине дня, – Яков Николаевич был с Хлоповой. Это, конечно, нуждается в проверке».

Самой подозрительной Трегубову казалась Вера Сергеевна, которая не скрывала своей неприязни к жене покойного брата. Иван представил, как она приходит к Анне Андреевне высказать претензии по новому завещанию. Слово за слово, сестра Оленина хватает его вдову и в ярости перекидывает ноги через ограждение. Но она говорит, что была в церкви. Там множество людей должны были её видеть. Уряднику не хотелось идти в церковь с расспросами. Но всё же придётся это сделать, чтобы убедиться в том, что женщина сказала ему правду.

Оставался ещё сын Анны Андреевны. Мог ли он приехать в воскресенье и снова попросить денег? Мог. Могла ли мать ему снова отказать? Могла. Достаточно ли у него сил, чтобы в гневе выкинуть женщину со второго этажа? Трегубов предположил, что достаточно.

Может ли сын убить мать, пусть и в припадке ярости? Ещё полгода назад Иван ответил бы, что это невозможно. Но, прослужив несколько месяцев в полиции, он успел насмотреться на человеческие пороки. Один случай с младенцем чего стоил. «В людях, оказывается, очень много зла, – подумал Трегубов и вздохнул, – зла ненужного и бытового, которое обычно скрыто за благопристойным видом обычного обывателя и которое выплескивается неожиданно для него самого и его окружающих. Будет полезно завтра обсудить все вопросы с Ильей Петровичем, может, он что подскажет», – подумал урядник.

14.

– Итак, Вера Сергеевна была в церкви, а капитан – у невесты, в то время, когда, как считает Филимонов, умерла Оленина? – уточнил Столбов.

– Именно так. Варвару Андреевну утром не один раз видели соседи, – подтвердил Трегубов.

– А что наш любвеобильный лакей?

– О нём я не подумал! – демонстративно хлопнул себя по лбу Иван.

– Обязательно проверь, вдруг он в сговоре с этой… Варварой Андреевной, сестрой, – предположил пристав.

– Да нет, не думаю.

– А ты не думай, а проверяй. Что ты знаешь об их отношениях? Только то, что они сами нам сказали. Причем, первый раз оба соврали.

– Я думаю на Веру Сергеевну. Она, действительно, с утра была в церкви, но с обеда никто её не видел. Она ненавидела Оленину и не скрывает этого. То есть, у неё был мотив, а Филимонов мог и ошибиться немного, – высказался Иван.

– Слишком очевидно, – задумчиво протянул пристав, – хотя, кто знает. И эта история с письмом… Думаю, что разгадка в этом. Как только узнаем, что это за письмо, и кто его взял – поймем в чём дело.

– Вечером в доме была женщина, и я склонен думать на Веру Сергеевну, она была рядом в то же самое время.

В это время дверь в кабинет пристава распахнулась, и в неё вихрем ворвался молодой человек в модном сером костюме. Позади него маячил испуганный Белошейкин:

– Я ему говорил, что у Вас совещание, но он оттолкнул меня.

– Кто Вы, сударь, и по какому праву врываетесь сюда? – строго спросил Столбов.

– Я Александр Оленин! Мне сказали, что Вы занимаетесь делом о смерти моей матери! Это так?

– Так. Садитесь, – сказал пристав и сделал знак писарю выйти, закрыв дверь.

Трегубову пришлось уступить своё место молодому человеку, он встал и пристроился у стены, облокотившись плечом на шкаф с документами.

– Итак, что Вы хотите от меня? – спросил Столбов, пристально глядя на сына погибшей вдовы.

– Я хочу знать: правда ли, что мою матушку убили?

– Мы так полагаем, – ответил пристав.

– И кто же такое сделал?!

– Пока не известно, но на подозрении все наследники, прописанные в последнем завещании. Вот Вы где были в тот день?

– Я? Вы что же, на меня думаете?! Да я был в Москве! Только сегодня приехал и застал тётку в своем доме!

– Это могут подтвердить?

– Да кто угодно, сто человек! Мои друзья! – вскричал Оленин.

– Ну, хорошо, хорошо, успокойтесь. А Вы сами что думаете?

– Я не знаю, что и думать! Я думаю сейчас о том, почему в дом заселилась тётка.

– Она что говорит?

– Она говорит, что она будет моим опекуном, и я не получу денег до своей свадьбы. Что это такое, скажите на милость? Я совершеннолетний!

– Это не ко мне, – четко ответил Столбов. – Вы уже были у нотариуса?

– Ещё нет.

– Вот к нему и ступайте, он Вам всё и разъяснит. Я не специалист по завещаниям.

Молодой человек внезапно вскочил на ноги и развернулся.

– Куда же Вы? – удивился Столбов.

– К нотариусу! Вы же сами меня туда направили!

– Подождите, сначала зайдите к писарю. Вы его видели только – что. Оставьте ему имена и адреса Ваших друзей из Москвы, которые могут подтвердить, что Вы там