Дело одинокой канарейки - Дельвиг Полина Александровна

– Сравнила! – Физик презрительно усмехнулся. – Себя и Эдика. – Он помолчал. – А потом появилась твоя подруга, и все сразу закончилось. Анька словно загипнотизировала его. Может, и правда у них любовь, кто знает...

Даша перевела взгляд с физика на потолок. Дело принимало какой-то непонятный оборот. Леонид выглядел правдивым и даже несчастным, но ведь звук-то из его компьютера она слышала своими собственными ушами! И зачем он ей сейчас все это рассказывает? Пытается увести в сторону? Заговорить зубы и ошарашить неожиданным вопросом, чтобы она от испуга все выложила?

– Но зачем ты меня похитил? – Даша решила вернуться к началу разговора: – И почему считаешь, что именно я подорвала твою машину?

Леонид медленно покачал головой:

– Я не говорил, что похитил тебя, и не утверждал, что именно ты заминировала мой «БМВ». Я пока только сопоставляю факты.

– Какие еще факты?

– Такие. Первое. Уже месяц я пытаюсь расшифровать один код. Второе. Ты приходишь ко мне, слышишь его и в панике убегаешь. Третье. Сразу же после этого мою машину взрывают. Есть возражения или дополнения?

Даша растерянно молчала. Она не ожидала, что физик вот так, с ходу, признается, что имеет отношение к свисту. Но почему он говорит о какой-то там расшифровке?

– Я не поняла, что именно ты расшифровываешь?

– Да это дурацкое свирестение!

– Ты... действительно не предполагаешь, о чем идет речь? – Пленница попыталась придать своему голосу безразличие, но получилось это у нее на редкость бездарно.

– Нет. – Леонид заинтересовано посмотрел на нее. – А ты?

– Трудно сказать. Неоднозначно, – уклонилась Даша от прямого ответа.

Физик начал проявлять признаки нетерпения. Он встал и не спеша подошел к кровати. Рука его как бы сама собой потянулась к бейсбольной бите.

– Значит, ты не хочешь говорить правду? – Леонид взвесил биту на руке и принялся постукивать ею по спинке кровати.

Даша зашевелилась, как потревоженная гусеница.

– Что ты задумал? Надеюсь, ты не собираешься меня бить?

– Отчего же. Собираюсь. – Физик зевнул. – Я предполагаю, что от расшифровки этого свиста зависит моя жизнь, и пока ты не убедишь меня в обратном...

Даша сначала хотела расплакаться, но потом решила проявить мужество. Хотя, скорее всего, она поняла, что бить ее все-таки не будут.

– Замечательно! Ты, здоровый мужик, прямо конь с яйцами, до смерти боишься, а я, мирная, слабая женщина, должна тебя защищать? Молодец, нечего сказать...

– У меня брат погиб. – Леонид не выдержал, голос его дрогнул, и он быстро опустил голову.

Повисла долгая пауза.

– Прости... – тихо, как можно мягче, произнесла Даша. – Прости, я не знала. Его смерть как-то... связана с...

– Да. – Физик подошел к столу, выдвинул ящик, достал нож и вернулся к кровати. – Именно мой брат и попросил меня заняться этим проклятым свистом.

Даша слушала вполуха и с неописуемым ужасом следила за приближающимся лезвием. Лоб ее покрылся испариной.

– Что? Брат попросил? – бормотала она, отчаянно пытаясь приподняться на своем ложе.

Леонид присел на кровать и перерезал веревки, связывающие ее руки. Потом секунду подумал и освободил ноги.

– Мне сейчас очень тяжело. – Он положил нож на стул и понуро уставился в пол, плечи его безвольно опустились. – Порой не знаю, чего от самого себя ожидать. Я очень переживал, когда брат погиб... Сначала решил, что это несчастный случай, что он сам в этом виноват и... мне не было так тяжело. А потом... потом понял, что его на самом деле убили.

– Как он погиб? – тихо спросила Даша.

– Разбился. Перелом основания черепа. Последний год Миша увлекся горным велосипедом, лазил по всем горам в округе. Я предупреждал его... А месяц назад его нашли недалеко от Загорска. Упал с обрыва.

– Но как это связано со свистом?

Леонид потер лоб. Глаза его предательски блестели и каждое слово давалось с невероятным усилием.

– Миша был орнитологом. Как-то он принес мне кассету, попросил прослушать. Я послушал: свист как свист. Тогда брат спросил: кто, по моему мнению, его издает. Я ответил, что понятия не имею, и меня это не особо интересует. Тогда Мишка начал бегать, как сумасшедший, махать руками и кричать, что это просто возмутительно, что они делают из людей дураков и так далее...

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

– Прости, я не поняла, кто «они»?

Физик обескураженно развел руками.

– Да сам не знаю. Пару месяцев назад Миша набрел в Интернете на сервер, который предлагал бесплатные заставки для компьютера с орнитологической тематикой. На мой взгляд довольно безвкусные и очень шумные. Возникало ощущение, что их просто пальцем сделали. Но именно они-то и привлекли внимание брата. Представь: в уродском лесу сидят уродские птички, отвратительно отсканированные и слепленные. По очереди то появляются, то пропадают и при этом весело посвистывают. Меня возмутила кривизна и размеры этого произведения искусства. Мало того, за него просили какие-то сумасшедшие деньги.

Даша неопределенно кивнула головой. Она догадывалась, о чем говорит физик, но только очень приблизительно. Леонид заметил растерянность на ее лице.

– Не понимаешь?

– Ну, как тебе сказать...

– Объясняю для... В общем объясняю популярно: возьми говна, много, дорого и засунь в свой компьютер. Теперь понятно?

– Теперь конечно.

– Однако моего брата возмутило совсем не это. Его вывела из себя некая замызганная птаха, которая издавала именно тот самый, знакомый тебе свист. Мишка стучал по столу и кричал, что это вообще не птичий свист, что он свяжется с владельцем сервера и напишет ему все, что о нем думает, ну и так далее...

– А чего он от тебя хотел?

– После того как ему не удалось обнаружить не только хозяина, но даже страну, из которой это чудо программистской мысли предлагалось, он вбил себе в голову, что это некий шпионский сервер, и свист в данном случае является шифром.

– Он почти угадал, – вздохнула Даша. – Что было дальше?

Физик резко вскинул голову, но переспрашивать не стал.

– Я тоже зашел на этот сервер... В самом деле, некая доля истины в этом присутствовала. Заставки почти не отличались друг от друга, свист всех птиц тоже оставался неизменным. И только у этого мутанта менялся. Я стал записывать его, одновременно с тем пытаясь птичий сервер взломать. А потом Михаил разбился...

Даша попыталась сочувственно погладить физика по плечу:

– А может, это просто совпадение? Я имею в виду то, что он разбился...

Леонид раздраженно стряхнул ее руку.

– Хорошенькое совпадение! Брат посылает им письмо, а через два дня погибает. Сразу же после этого птичий сервер исчезает из сети. Я попробовал его найти, но безуспешно.

– Совсем, совсем безуспешно?

Леонид теребил мясистый нос и отрешенно смотрел в пол.

– Да нет, кое-что узнать все же удалось... Я успел взломать статистику этого чертового сервера.

– Ну и?..

– Ну и бросилось в глаза, что по количеству посещений резко выделяются два IР-адреса...

– Прости, я не поняла, каких адреса?

– Персональный номер компьютера в сети.

Даша подскочила.

– Так, значит, ты уже знаешь имена двух человек?

– Ни черта я не знаю! Первый номер принадлежит швейцарскому компьютерному клубу – а это значит, что даже если кто-нибудь из его владельцев снизойдет до общения со мной, то узнать, кто именно периодически пользуется этим номером, практически невозможно – в этих клубах народу, как грязи.

– Хорошо, а второй?

– Второй еще круче. Он хоть и оказался российским, но никакой информации о его регистрации мне получить не удалось. Тогда я попробовал его оттрейсить – проследить путь до конечного пользователя – опять облом: последние четыре номера оказались цифровыми, а вся цепочка уходила через спутник в Америку.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

– И что это значит?

– Это значит, что номер принадлежит кому-то из провайдеров Интернета. Мне, правда, удалось проникнуть на сам компьютер, но дальше этого дело не пошло – пусто. Тогда я вооружился парочкой хакерских программок и попытался взломать его еще раз, но там уже стояла такая защита, что все мои попытки оказались безуспешными. – Леонид помолчал. – Таким образом оставался единственный шанс поймать убийц брата: вернуться к расшифровке этого птичьего кода. И думаю, мне удалось кое-что ухватить, выделить в этом тексте цифры, они... – Леонид осекся, увидев, как его собеседница качает головой. – Что? Что-то не так?