В джазе только чижик-пыжик - Татьяна Игоревна Луганцева

— Интересно, с кем нахожусь рядом. Правду хочу знать, — пожала плечами Яна.

— Чего говорить? Обычный мужчина… Он был женат, моя мать была для него очередной, не совсем интересной интрижкой. Забеременела и поняла, что для нее это единственный шанс стать матерью. Отец был против. Но что он мог изменить? Потом немного и редко помогал нам. Общался со мной не часто, но я ему и за это благодарен. У меня претензий к отцу нет. Все, как от печки, исходит от самого момента их отношений. Короче, как началось, так и закончилось.

Валериан встал и удалился в легком тумане в сторону дороги, но весьма скоро помахал ей рукой, приглашая в «Тойоту» пойманного частника.

Глава четвертая

Яна с интересом исподтишка наблюдала за весьма импозантным, явно молодящимся доктором-психотерапевтом Даниилом Павловичем Якушевым. Лицо у него было холеным, с ровным загаром из дальних стран, волосы крашеные и уложенные гелем назад. Белый халат слепил белизной и аж похрустывал от своей накрахмаленности. А под халатом просматривался модный, дорогой костюм ярко-синего цвета, не очень идущего мужчине в летах. На ухоженных руках — золотые часы, дорогая золотая печатка с бриллиантом, который посверкивал, прямо сиял своей большой каратностью.

Принимал он их в роскошном кабинете частной психологической клиники. Да, кабинет поражал своей дороговизной и статусом. Он сразу говорил, что людям с тонким кошельком здесь делать нечего. Огромные антикварные дубовые шкафы с дверцами зеленоватого стекла, заставленные книгами по психиатрии и психологии, наборный паркет пола, сводчатый деревянный потолок в готическом стиле, кожаные диваны и кресла с высокими спинками, массивный стол красного дерева с выпуклой резьбой на тумбах и зеленым сукном столешницы, гармоничные итальянские светильники на потолке, на столе и бра на стенах.

Из обзорной лекции Яна и Валериан узнали, что многоопытный персонал клиники помогает всем и превращает каждодневное пребывание своих пациентов в самый расслабляющий и самый лучший отдых и одновременно лечение примерно за двадцать тысяч рублей в день. Лечение, конечно же, индивидуальное, прекрасное питание, всевозможные процедуры, сеансы индивидуальной и групповой терапии, если потребуется, гипноз.

— Пребывание у нас — минимум две недели. За это время оплата вносится сразу. Ну, и до бесконечности. Пока вам не станет лучше, — засмеялся психотерапевт. — А это, поверьте, наступает всегда! Наша клиника на хорошем счету.

— И что очень важно, вы соблюдаете врачебную тайну, не требуете никаких документов!.. — сказал Валериан.

— Да! Анонимность — наше кредо! Никаких постановок на учет, никаких имен, если человек этого не хочет. Нас интересует только ваше самочувствие и здоровье. Мы будем говорить с каждым по отдельности или вместе? Как вам комфортнее? — поинтересовался Даниил Павлович и по-наполеоновски сложил на груди холеные руки с маникюром.

— Комфортнее вместе, — ответила Яна, беря Валериана под руку и старательно не отвечая на его удивленный взглядом в ее сторону.

— Хорошо, — согласился Даниил Павлович и, деликатно помешкав, продолжил: — Я не спрашиваю, кем вы друг другу… приходитесь… Но начнем с…

— Дамы вперед! — улыбнулся Валериан.

— Спасибо, дорогой, — кивнула ему Яна. — С возрастом в нас накапливаются определенные проблемы, заводятся тараканы в голове…

— Вы их ощущаете? — перебил доктор.

— Нет, я не совсем «ку-ку». Это все образно говоря, — пояснила Цветкова. — Вот стала присматриваться к себе, остро реагировать на каждую морщинку, ощупывать каждый сантиметр тела, особенно талии.

— Перестали кушать, — предположил Даниил Павлович.

— Именно! Аппетит пропал, или я стала думать и внушила себе, что он пропал. Иногда я вдруг наедалась до отвала и начинала ненавидеть себя.

— Вам становилось стыдно? Вы думали, что сразу же стали толстой и некрасивой? — вкрадчивым голоском поинтересовался Даниил Павлович.

— Доктор, вы читаете мои мысли! — воскликнула Яна, наивно и восторженно распахивая свои голубые глаза.

— Это моя работа… — скромно потупился доктор и как-то особенно ярко блеснул бриллиантом, наверное, для убедительности. — Давно вы так ведете себя? Вон как похудели! Хотя вы, конечно, этого не замечаете и считаете себя толстой…

— Прекратите, доктор! Я и вправду толстая, — глупо хихикнула Яна, стукнув двумя худыми коленками друг о друга. — Вообще-то, я была очень толстая, но вот за пять лет сбросила половину веса и не хочу останавливаться на достигнутом…

Яну уже несло, как Остапа. А ведь она всю жизнь была такая, как сейчас, худенькая до прозрачности, как выразилась одна из актрис маминого театра.

— Странно, кожа не провисает, следов пластических операций не наблюдаю… — пробормотал доктор.

— Такой вот у меня организм! Генетика! — похвасталась Яна. — Но в последнее время я поняла, что слишком зациклена на своей внешности и слишком боюсь постареть. Так боюсь, что в глазах темнеет! Хочу не так сильно на это реагировать, не так бояться, что ли… Чтобы жить поспокойнее. А то доходит ведь до смешного!..

— Дорогая… Как к вам обращаться? — спросил доктор.

— Ой!.. Сейчас, сейчас — попробую скрыть свое имя. Пусть буду Яна! Яна Карловна Цветкова! — выпалила она.

— Сильно замаскировались! — поддержал ее психотерапевт также весело. — Более не подходящих друг другу имени, отчества и фамилии не придумаешь.

Тут уже к его смеху присоединился Валериан. Но у Яны ни один мускул не дрогнул на лице.

Вам, наверное, и мужчины нравятся помоложе? — продолжал допытываться психотерапевт. — Молодые тела! Зачем эти дряблые старцы и нудные ровесники? Я вас очень даже понимаю. Женщина выглядит значительно моложе, у нее просто глаза горят, когда с ней рядом молодой мужчина. В этом нет ничего постыдного, — доверительно проговорил Даниил Павлович, кладя перед ними листок с номером карты Сбербанка и внушительной суммой — стоимостью проживания и лечения на двоих за две недели.

— Ладно! Вы нас рассекретили! — хлопнул себя по коленке Валериан, доставая телефон и набирая данные на оплату в своем мобильном кошельке. — Мы любовники! Да! Общался я со сверстницами, общался, а тут встретил Яну… И понял, что ничего-то в этой жизни не знаю. Она такая манкая, загадочная, опытная. Кто не обратит на нее внимания? Женщина-мечта! Гетера! Я и влюбился! Наплевать на разницу в возрасте! Вот только она жутко меня ревнует! Не могу на кого-нибудь просто на улице посмотреть. Не дай Бог на молодую девчонку! Сразу истерика!.. Упреки, крики, скандал… Ну, я ей назло и брякнул, что она толстая корова. Пошутил, понимаете? Неудачно… А она есть почти перестала… Мне не донести теперь, что я просто ляпнул, не подумавши. Не реагирует.

— И вас теперь мучает чувство вины? — участливо склонил голову психотерапевт, косясь на свой телефон последней модели, видимо, чтобы убедиться, что нужная сумма от Валериана поступила.

— Не только… Меня захлестывает