Люся Лютикова - Мужчины и другие животные

Ознакомительный фрагмент

– Это сразу чувствуется. Как она на него смотрела, как он дотронулся до ее руки… Такое невозможно объяснить, просто чувствуешь – и всё.

– А как можно найти этого мужчину?

– У него дорогая машина – «Porsche Cayenne», знаете такую? Новая стоит как двухкомнатная квартира в Москве.

– «Porsche» – это, безусловно, ориентир, – насмешливо протянула я, – только в Москве таких никак не меньше тысячи. Как насчет имени, домашнего адреса и места работы?

– Пожалуйста, записывайте: Вадим Григорьевич Архангельский, домашний адрес не скажу, а работает он на Главпочтамте, что на Варшавском шоссе.

Наверное, у меня был очень глупый вид – с выпученными глазами и отвисшей челюстью, потому что Сергей улыбнулся:

– Не удивляйтесь, я не ясновидящий, моей осведомленности есть разумное объяснение.

Неделю спустя художник отправился на почту получить посылку из-за границы. Однако вместо коробки ему выдали бумажку, на которой было написано «Таможенное уведомление».

– Посылка задержана таможней, – объяснила уставшая сотрудница почты, – поезжайте туда и разбирайтесь. Без штампа на уведомлении не приходите.

Сергей отправился на Варшавское шоссе, где сначала выстоял дикую очередь, а потом долго препирался с вредной теткой в синем кителе, занимавшей должность таможенного инспектора.

– Вы должны оплатить таможенный сбор и пошлину, – заявила тетка. – Всего около двадцати восьми тысяч рублей.

– За что?! – возопил художник, в кармане которого болтались последние пятьсот рублей.

– Отправитель оценил посылку в двадцать шесть евро, но мне кажется, что ее стоимость намного выше. В посылке находится картина, возможно, она стоит несколько тысяч евро.

– Это моя картина, вы понимаете, моя! – горячился Сергей. – Набросок, который я сделал масляными красками, когда был в гостях у друга в Швейцарии. В день отъезда краски еще не просохли, вот я и попросил выслать картину позже. Двадцать шесть евро – правильная цена, именно столько стоит сам холст и краски.

Упоминание Швейцарии еще больше разозлило тетку.

– Принесите справку из Министерства культуры, что картина не имеет художественной ценности, – прошипела она, – тогда я вам поверю. Только имейте в виду, что очередь на экспертизу расписана на полгода вперед. Следующий!

Если бы в посылке была какая-нибудь шмотка, то художник махнул бы на нее рукой. Но картина – альпийский пейзаж – была ему дорога, потому что получилась на удивление удачной. Сергей, человек в принципе не скандальный, отправился жаловаться к начальнику таможенного отдела.

Каково же было удивление посетителя, когда в кабинете он увидел того самого мужика, который подвозил девушку его мечты!

– Вы знакомы с Кариной Елоховой? – вырвалось у Сергея.

Мужчина и бровью не повел:

– А вы, собственно, кто? По какому вопросу?

Художник объяснил. Начальник пообещал разобраться, и через пять минут та самая инспекторша, фальшиво улыбаясь, поставила на таможенном уведомлении Сергея штамп «К выдаче разрешить».

Я выслушала рассказ Сергея, но у меня остались сомнения:

– А вы точно узнали этого Вадима Григорьевича? Вообще-то он не подтвердил, что знаком с Кариной.

– А зачем ему подтверждать? Он женат, однозначно. К чему лишний компромат? Но вот то, как молниеносно была решена моя проблема, – это показатель. Знает он Карину, поэтому и оказал мне небольшую услугу. – Помолчав немного, Сергей развел руками: – Собственно, это всё, чем я могу помочь.

Я поблагодарила художника и направилась к выходу. Уже на улице он меня догнал.

– Людмила, у меня к вам просьба, обещайте, что выполните!

– Смотря какая.

– Когда Карина вернется, дайте мне знать.

Я вздохнула. Любовь – это удивительная возможность подарить свою жизнь человеку, который вам абсолютно не подходит. Похоже, Сергей всё еще горит желанием вручить ценный подарок.

Глава 7

Только подходя к своему дому, я сообразила, до чего же проголодалась. Целый день на ногах, и хоть бы кто бутербродик с колбаской предложил! А «блондин» с «брюнетом» только раззадорили аппетит. Настька, скорее всего, из квартиры не выходила, холодильник пустой. Я завернула в супермаркет, молясь, чтобы очередь в кассу не оказалась с километр.

Как обычно, я побросала в тележку самые необходимые и дешевые продукты: курица «тушкой», молоко в мягком пакете, яйца, масло, хлеб, пачка макарон, рис… Из излишеств – зефир в шоколаде и пачка овсяного печенья. Кассирша пробила мои покупки и отчеканила:

– Восемьсот двадцать семь рублей тридцать копеек.

Я решила, что ослышалась:

– Сколько-сколько?

Она повторила.

– Должно быть, вы неправильно посчитали, – улыбнулась я.

– Не морочьте мне голову, – взъярилась кассирша, – считаю не я, а машина!

Я была сама доброжелательность и кротость:

– Понимаете, я всегда беру примерно одинаковый набор продуктов, и раньше всегда укладывалась в пятьсот рублей. А сейчас – больше восьмисот. Вот я и предполагаю, что вы дважды пробили один и тот же товар. Проверьте, пожалуйста.

– Женщина, вы с луны свалились? Про инфляцию слышали что-нибудь? В этом месяце только официальная инфляция составила двадцать пять процентов, на сколько всё подорожало на самом деле, считайте сами!

Я вытащила кошелек и отдала требуемую сумму. Однако не до конца поверила кассирше и, отъехав с тележкой в сторонку, принялась пересчитывать цифры в чеке. Итог сошелся! Укладывая продукты в пакет, я заметила, что еще какая-то пенсионерка озадаченно пялится на свой чек.

– Я тоже в шоке! – скорбно посочувствовала я. – Инфляция!

– Да чтоб они там все передохли! – вскинулась «божий одуванчик». – Кровососы проклятые!

И хотя адресат не был назван, не оставалось сомнений, кому предназначается пожелание.

Квартира встретила меня яростным лаем. Когда я открыла дверь, под ноги мне бросился карликовый пудель. Пес энергично прыгал, явно намереваясь разодрать мои колготки.

– Кто это?! – завопила я, поджимая то одну, то вторую ногу. – Уберите его от меня!

– Это Дуся, – затараторила Анастасия, оттаскивая псину, – правда, прелесть? Хотела оставить Дусечку с мамой, но решила взять сюда. Я так скучала! Ты ведь не против? Не волнуйся, Дусечка, это свои. Тетя Люся пришла, молочка принесла. Ты, кстати, молока-то купила? А то Дуся любит геркулесовую кашку на молоке.

– Купила, – сказала я, разгружая сумки. – А где Пайса? Как моя кошка уживется с твоей собакой?!

– Кошку я пока заперла в спальне, пусть привыкнет. Но ты не волнуйся, они чудесно уживутся, моя Дусечка – почти что кошка. Ты только посмотри, какая лапочка! – И Пчелкина сунула мне псину под нос.

Если честно, я была не в восторге. Нет, поймите меня правильно, я к собакам отношусь хорошо. В принципе. Иногда они даже вызывают мое восхищение: например, когда гуляют с хозяином на поводке и в наморднике. Но одобряю я только больших и статных собак. Маленьких шавок на дух не переношу! Таксы, пудели, той-терьеры и прочая мелочовка своим назойливым тявканьем и суетливым метанием туда-сюда вызывают у меня приступ мигрени. Искренне не понимаю, как люди могут любить этих жалких существ.

Я решила уйти от конфликта, сменив тему:

– Между прочим, продукты подорожали.

– А я работу бросила, – отозвалась подруга. – Ты же понимаешь, если я в розыске, то не могу появиться на службе, меня сразу сцапают.

– Значит, будем жить на одну мою зарплату, – констатировала я. – Весело!

– Ты не переживай, – успокоила Анастасия, – я придумала, как разбогатеть. Дуся нам поможет.

Я уставилась на собачонку.

– Дуся? А что, она умеет составлять бухгалтерский баланс? Пишет компьютерные программы? Или сочиняет любовные романы?

– Вообще-то Дуся – это он. Кобель. По паспорту его зовут Дюссельдорф, но в детстве он был таким лапочкой, такой дусечкой, что прижилось это имя.

– Так он кобель? – Я изобразила бурную радость. – Ну, это здорово меняет дело! Теперь мы точно не пропадем!

– Не ехидничай. Это действительно меняет дело. Мы займемся вязкой собак!

Меня охватил ужас.

– То есть на этой кухне будут рождаться щенки?! Изо дня в день, помет за пометом?!

– Иногда ты бываешь на удивление туповата, не замечала? – раздраженно отозвалась Пчелкина. – Как кобель может щениться? Это доступно только, извини за выражение, сукам.

– Значит, здесь будут рожать суки?

– Нет, суки будут рожать у себя дома. Мы будем использовать Дусю как элитного производителя. Он, между прочим, с родословной! И редкого персикового окраса! Участник престижных выставок! Ему присужден титул резервного победителя класса! О чем имеется соответствующий диплом! Теперь понятно?

Элитный производитель в это время терзал полиэтиленовый пакет, пытаясь добраться до курицы.

– Хм, и что, это выгодно – быть производителем? – полюбопытствовала я, отбирая дичь.

– За каждую случку, которая закончилась родами, хозяева кобеля получают щенка. Сегодня щенок карликового пуделя стоит около тысячи долларов.

Конец ознакомительного фрагмента