Девятый Аркан - Ирина Владимировна Яновская

больница? Я не хочу, я последний месяц и так там провел. Сначала мне вырезали аппендицит, потом я сломал ноги. Не поеду!

— Вы хотите умереть от анафилактического шока? Лен, вкати ему адреналин.

Пока медсестра набирала шприц с лекарством, я рассказывала бригаде про муравьев.

— А откуда у вас в квартире муравьи? — поинтересовался врач.

— Купила в магазине «Муравьиную ферму», видно, я хорошо и правильно за ними ухаживала, потому что они расплодились быстро. Или это порода попалась такая плодовитая, — постоянно почесываясь, ответила я.

— А вы что чешетесь все время? Вас тоже покусали?

— Конечно, нас обоих. Только у меня аллергии нет, просто чешется голова очень.

— Лен, а ей сделай укол с супрастином.

И тут Влад стал задыхаться, он держался рукой за горло и открывал рот, как рыба, выброшенная на сушу.

Надо отдать должное медикам, сработали они быстро и профессионально. Через пять минут мы все уже ехали в сторону больницы, Влад был под капельницей и на кислороде.

— Принимайте, пациент Хохряков Владислав, 40 лет, анафилактический шок, состояние тяжелое, — передавал информацию врач «Скорой», — готовьте реанимацию и аппарат ИВЛ тоже, давление не держит.

Со мной в машине случилась настоящая истерика, я бросалась на Влада с просьбой не умирать. Лена сделала мне укол успокоительного, и я немного притихла, то есть бросаться на него перестала, а выть — нет.

В ту ночь Влад чуть не умер.

— На пять минут позже бы привезли, и его уже не спасли бы, — сказал мне реаниматолог на следующий день. В реанимацию к нему меня не пускали, поэтому полтора дня я провела на стуле около ее дверей.

И только когда опасность миновала и его перевели в палату, поехала домой поспать, переодеться и покормить кошку.

Глава 34

Мамин совет

Настроение было — заснуть и никогда не просыпаться. Я так переволновалась за Влада, что ни моральных, ни физических сил у меня не осталось. Тяжелым мешком рухнув на кровать, я затряслась в рыданиях. Может быть, я плакала бы и дальше, но выжившие муравьи и здесь не дали мне вволю погоревать. Они затеяли свое «грязное дело» и уже через пять минут опять заселили мое тело.

И тут я взбесилась! Схватив подушку, я стала в безумной злости колотить ею по кровати и кричать на всю квартиру: «Сдохните, суки!» Я вспотела и тяжело дышала, но как заведенная продолжала это делать. Крики мои стали опять переходить в рыдания, и я, вконец обессилев, упала на пол.

Меня спасла мама. Точнее, не она, а ее телефонный звонок.

— Мама, мамочка, — голосила я в трубку, — когда ты приедешь? Ты мне очень нужна…

— Феня, у меня сейчас лопнут барабанные перепонки, успокойся и расскажи толком, что случилось? Что-то с Федей?

— С твоим сыночком все нормально, если тебя волнует только он, то можешь отдыхать дальше.

— Действительно, из-за него ты бы не стала так убиваться. Так что случилось?

Я начала издалека, рассказав маме про убитого мною голубя, аварию, лошадь, про потерю передних зубов и напоследок историю с муравьями, Владом и реанимацией.

— Дела… — задумчиво произнесла мама. — И что ты думаешь по всему этому поводу?

— Это как раз я хотела спросить у тебя, мама.

— Если тебе интересно мое мнение, надо бежать…

— Куда?

— Я фигурально выразилась, имея в виду, что надо вернуться в свою прежнюю жизнь. Тихую, спокойную и понятную.

— Уже не получится.

— Почему?

— Я стала другая, мам, теперь мне нет места в тихой, спокойной и понятной жизни…

— Но ты можешь вернуться туда в новом качестве.

Я не совсем поняла, что имела в виду мама.

— Это невозможно ни в каком качестве.

— Тебе решать. Разговор у нас с тобой глупый получается. Я так понимаю, ты все уже решила и без моих советов, зачем тогда спрашиваешь?

— Надеялась, что твой совет совпадет с моим решением и это укрепит его.

— Я, как мать, хочу только одного, чтобы мой ребенок был здоров и счастлив. Если эта новая жизнь принесет тебе счастье, то — вперед! Но я что-то пока замечаю обратное.

— Как у тебя? Когда тебя ждать, — перевела я разговор.

— Фенечка, как тебе сказать… Казимиро… он сделал мне предложение…

— Предложение чего? — плохо соображала я.

— Предлагает мне замуж за него пойти. Теперь твой совет требуется.

— Иди, пока зовут. Не понравится — разведешься!

— И я так думаю. Человек он очень хороший и, как оказалось, далеко не бедный… прямо скажем — богатый человек.

— Тем более, мам, будешь остатки своей жизни доживать в любви и роскоши, чем плохо?

— Квартиру я тебе оставляю, Федечка жилье себе приобрел с бабушкиного наследства, и у тебя чтоб было… На свадьбу прилетите? Казимиро все расходы берет на себя.

— У вас еще и свадьба намечается? С ума сойти…

— Не то чтобы прямо свадьба, скорее семейное торжество. Феня, у нас так в жизни мало праздников, — начала свою любимую песню мама.

— Прилетим. Я так понимаю, что ты тоже уже все и без меня решила. Не удивлюсь, если вы и день свадьбы назначили…

— Да… через две недели. А у вас с Владом когда? Может, совместим эти даты и отгуляем здесь?

— Мы даже заявление не успели подать, он из больниц не вылезает.

— Жуть! Бедный мужик!

— Согласна с тобой… поэтому нашей свадьбы, наверно, и не будет.

— Это все эмоции, Фенечка, подожди немного, сейчас все перемелется — мука будет. Бери Влада, Федю и ближайшим рейсом к нам. Отдохнете, подлечитесь, а там решите.

— Хорошо, как только Влада отпустят домой, будем собираться. Правда…

— Что?

— У меня съемки… я Семена подведу и всю съемочную группу.

— Этот вопрос, может, Влад решит? Он все же продюсер этой картины как-никак…

— Возможно. И еще у меня одно незаконченное дело, надо одному человеку помочь, я обещала.

— Раз обещала — помоги, и прилетайте!

— Пока, мам, на созвоне!

— Да, будь на связи со мной!

После разговора я немного пришла в себя и позвонила брату.

— Привет, Федь, ты знаешь, что мама выходит замуж?

— Привет, знаю, я с ней разговаривал. Полетишь на свадьбу?

— Ага, а ты?

— И я, это же мамина свадьба, как такое событие пропустить. Когда летим? Я совершенно свободен. И жить мне негде, в новой квартире ремонт затеял. Перекантуюсь у матери пока на Тенерифе.

— Значит, ты готов хоть завтра? А я вот пока не могу. Влад в больнице, график съемочный у меня, и потом еще Радмилу обещала помочь. Но я, как решу и улажу все свои