Белая колбаса любви - Янина Олеговна Береснева

— Допустим, я ничего не скажу своим, как ты выразился, дружкам. Тихо смоюсь или даже пущу их по ложному следу. Но местной мафии я приказывать не могу, авторитет не тот. А если они сами тебя найдут? — заволновалась я.

— Им сегодня будет не до меня, я позаботился, — заржал он. — Так что шевели ножками, и не вздумай кому-то звонить, иначе я твоей кучерявой подруге скальп сниму.

Он продиктовал адрес, я записала его на газете, на которой еще пару минут назад собиралась резать колбасу. Я попыталась еще что-то проорать в трубку, но Зверев уже отключился.

Я заметалась, пару раз кидалась к телефону, чтобы позвонить в полицию. Конечно, скорее всего, про своего человека в полиции он врал, но чем черт не шутит? А если он все-таки ее убьет, я же себя до конца жизни не прощу… Тут до меня дошло, что Толик забыл оставить мне свой новый номер, и я вообще закручинилась. Это же надо быть такой дурой! Рассчитывать, что Зверев просто так меня отпустит, я не могла, но как обезопасить себя в такой ситуации, да еще и не имея времени на размышления, не знала.

Кое-какой план у меня все-таки был, поэтому я немного повыла, сбегала наверх за сумкой, переобулась в кеды и, поцеловав испуганную Мотю на прощание в нос, сломя голову кинулась через лесную тропинку к проезжей части. Тут я заметила, что из-за поворота с нашего же поселка выезжает легковая машина, и замахала руками. Серебристый «Фольксваген» соседей напротив притормозил, и молодой мужчина спереди опустил стекло.

— Здравствуйте! — затараторила я. — А я из дома напротив, мы у них гостим, подкинете до города? Телефон разрядился, не могу такси вызвать. Позвонили из дома, вроде газом тянет из квартиры, вот спешу.

Видимо, вид у меня был до того ошалелый, что сосед за рулем кивнул, а его жена указала мне на заднее сидение.

— А мы вот назад в город, позвонила мама, давление у нее поднялось, — печально протянула она, а муж хрюкнул с видимым неудовольствием.

— Как к нам таскаться каждый день, так у нее давление нормальное, а как мы решили отдохнуть культурно, так ей приспичило…

— Не говори так про мою маму!

Соседи увлеклись перепалкой, поочередно вспоминая обеих матерей, а я попыталась привести мысли в порядок. Что мы имеем? Позвонить мне некуда, в смысле Толику или Алексею, даже номер следователя Яшина остался в мобильнике. Да и толку, пока я объясню ментам всю эту Санта-Барбару, Зверев успеет грохнуть ни в чем не повинную Пелагею.

Занятая невеселыми мыслями, я не заметила, как мы прибыли к остановке под названием «Химы», за которой наш город благополучно заканчивался и начиналась трасса на областной центр, пролегающая через лес. Соседи высадили меня на остановке, а сами покатили дальше. Место для встречи Зверев выбрал знатное: без машины топать вдоль леса мне придется еще хороших километра полтора.

Подбадривая себя и даже напевая под нос арию зайца из «Ну, погоди!», я, временами стеная и охая, пошла вперед. Иногда мимо проезжали машины, но ловить попутку я не решилась. Еще нарвусь на каких-нибудь психов, да и Зверев запретил. Хотя беспокоиться о психах, отправляясь в гости к убийце, было даже как-то неудобно. Минут сорок я шагала, пока не вышла, наконец, к развилке.

Дорога уходила влево, на указателе значилось название поселка «Новая жизнь». Значит, я на верном пути. Мне было велено повернуть после указателя, топать прямо и искать дом с ажурными кованными воротами.

В темноте поселок выглядел каким-то нежилым: кое-где вдалеке виднелся свет, в основном же дома были недостроенными. Насколько я помнила, выдавать участки здесь стали не так давно: кажется, секретарша Наташа интересовалась этим местом, собираясь строить дачу, но отказалась, так как газ еще не провели.

Я медленно шла вдоль дороги, стучала зубами и всматриваясь в недострой, окна которых зияли черными глазницами. Сейчас я очень жалела, что не взяла с собой фонарик. Где-то вдалеке завыла собака, а я почувствовала, как по спине прошел холодок. Конечно, отправляясь к Звереву, я предполагала, как смогу обезопасить себя и Пелагею, по крайней мере, на некоторое время, но все равно было страшно до одури.

Вся надежда на Толика и Алексея: скорее всего, за мною следили, так что о моих передвижениях им должно быть известно. Хотя, пока мы ехали с разговорчивыми соседями, я крутила головой во все стороны, но никакой слежки не заметила. Но на то она и слежка, чтобы быть незаметной.

Наконец-то справа показался какой-то дом с воротами. Подойдя ближе, я смогла убедиться, что они очень похоже на кованные. Хотя в этом вопросе я была не специалист. Я толкнула эти самые ажурные ворота от себя, и они вдруг со скрипом поддались. Осторожно шагнув во двор, я поспешно огляделась. Дом кирпичный, двухэтажный, почти достроенный. Все, как описал Зверев. Неуверенно прошла вперед, огибая дом слева, потому что увидела в конце участка какой-то вагончик, из которого исходил тусклый свет. Тут осмотр временно пришлось прекратить, потому что сзади кто-то больно стукнул меня по голове чем-то тяжелым. И я на время ушла в себя. Но обещала вернуться.

Когда я открыла глаза, первым, что я увидела, была привязанная ко стулу Пелагея. Рот ее был криво заклеен скотчем, а глаза по обыкновению судорожно вращались. Я заволновалась, как бы она совсем не сбрендила от этих переживаний. У нее и так с этим неважно, а тут такие испытания. Сделав попытку ободрить ее глазами или же сказать родственнице что-то успокаивающее, я поняла, что мои руки тоже связаны сзади за стулом, а рот заклеен.

Беглый осмотр местности привел меня к выводу, что мы находимся в том вагончике, который я могла лицезреть за минуту до того, как меня отоварили по башке. Свет в нем исходил только от небольшого портативного фонаря, который поставили на стол, поэтому рассмотреть что-то путное было крайне проблематично.

Внезапно кто-то подергал засов снаружи, щелкнул замок и дверь со скрипом открылась. Я вздрогнула, а в вагончик вошел рослый мужчина в спортивном костюме. Я запрыгала на стуле, привлекая к себе внимание.