Не плачь, Рапунцель! - Елена Ивановна Логунова

марок, хотя имеются суперсовременные роботизированные машинки, которые развозят по жилым кварталам заказные отправления. Что тут скажешь, Мурино – город контрастов.

Сразу после утренней трапезы мы слаженно, резвой рысью, как птица-тройка, вырвались с огороженной территории нашего ЖК на оперативный простор. Дружно доскакали до метро, а уже там разделились, потому что станции назначения у всех были разные. Я поехала на Финляндский вокзал – на втором этаже старого здания по соседству прячется уютное почтовое отделение, где никогда не бывает очередей.

Ирка позвонила мне, когда я уже налепила на конверт с документами только что купленные марки. Опустив приветствие, подруга спросила с необоснованной, на мой взгляд, претензией:

– Ну и где ты?!

– На Финляндском вокзале. – Я отдала конверт женщине в окошке и повернулась к выходу.

– Это где Ленин с броневика вещал?

– Было такое когда-то, да. – Я оценила проявление эрудиции. – А ты молодец, не забыла уроки истории.

– Забывать уроки истории – последнее дело, – важно согласилась Ирка. – А ты, кажется, не вспомнила, что у нас уже было дело с трупом в полиэтиленовой упаковке[2].

– Ты видишь что-то общее между тем случаем в Краснодаре и этим в Мурине?

– А ты не видишь? Там были две жертвы – мужик и баба, и тут тоже!

– Верно, – согласилась я. – И что из этого следует?

– Из этого, может, и ничего. А из того нашего опыта следует, что для начала нужно основательно осмотреться на месте преступления. А то в прошлый раз мы слишком поздно выяснили, что в той квартире было два входа-выхода. Поэтому теперь я первым делом хочу исследовать место происшествия. Отсюда вопрос: у тебя, случайно, не сохранились ключи от квартиры Смурновых, царство им небесное?

– Ключ был один, и мы его честно вернули. Но я эту квартиру хорошо запомнила, могу план нарисовать, а на сайте есть фотографии всех помещений.

– А дом? Коридоры, лестницы, лифты, прочие подступы ты тоже хорошо изучила?

– Нет, по дому специально не гуляла, – призналась я. – Но подступы мы запросто можем осмотреть и без ключей, попасть в подъезд не проблема. Ты хочешь сделать это прямо сейчас?

– А у тебя есть какие-то более важные дела, чем расследование двойного убийства?!

При такой постановке вопроса я могла ответить только одно:

– Ладно, иди в метро на Невском, встретимся на станции Девяткино.

От соседствующей с Финляндским вокзалом станции метро «Площадь Ленина» до «Девяткино» – четверть часа по красной ветке, от Невского с одной пересадкой – двадцать пять минут. Я успела прибыть на место встречи раньше Ирки и скоротала время за изучением ассортимента книжек в магазинчике на перроне.

До сих пор не могу привыкнуть, что на каждой станции метро продаются мои собственные произведения! Так приятно.

– Бу! – гаркнула в ухо подруга, появление которой я едва не прозевала. – Что читаем? А, бессмертную классику. У меня этой твоей книжки, кстати, еще нет, подаришь?

– Сейчас, куплю только.

Я расплатилась за книжку и сунула ее в свою сумку, чтобы попозже спокойно поставить автограф.

Ирка требует, чтобы я все свои книжки, подаренные ей, непременно подписывала: «Моей лучшей подруге». И еще точную дату проставляла. Мне кажется, это делает подписанную и датированную книжку чем-то вроде верительной грамоты, подтверждающей, что наша дружба не имеет срока годности. Годы идут, жизнь меняется, а мы по-прежнему лучшие подруги…

– О, самолет! – Ирка увидела памятник авиаторам Балтики на одноименном бульваре. – Настоящий?

– Учебный Л-39, только не летающий уже.

– А с виду совершенно целый. – Подруга обошла по кругу стелу с водруженным на нее красно-бело-синим самолетом. – Интересно, в кабину забраться можно? А приборы там остались? Рычаги всякие, штурвал и все такое – шевелятся?

Я моментально поняла: как только Максимовы приедут к нам в гости всей семьей, ответы на эти вопросы будут найдены опытным путем. Иркины близнецы Масяня и Манюня дивно любознательны и предприимчивы, все в маму.

– Это ты еще не видела самоходные машинки, которые у нас тут почту развозят, – похвасталась я. – Такие хорошенькие грузовички размером с крупную собаку. Едут себе по улицам, песни поют, лампочками моргают.

– Ух ты! А грузоподъемность у них какая? – предсказуемо заинтересовалась подруга.

Этого я не знала, но опять же не усомнилась, что Масяня с Манюней быстро все выяснят.

– И парклеты тут у вас, и горки для байков и скейтов, и тренажеры уличные, и даже теннисные столы! – мимоходом восхищалась подруга.

– А к Новому году будут еще катальная гора и бесплатный каток.

– Вот это жизнь!

Тут я вспомнила, что кому жизнь, а кому и наоборот. И мы не просто с экскурсией по местным достопримечательностям идем, а следуем на место убийства двух человек, дабы внимательно его обозреть.

– Вот тот жилой комплекс из четырех домов. – Я махнула рукой, указывая на нужное здание. – В каждом под тысячу квартир, так что калитки во двор, хоть они и на магнитных замках, почитай, не закрываются, все время кто-то ходит туда-сюда. И с подъездами та же история.

– Какой в таком случае смысл в закрытой территории и магнитных ключах? Что это дает, кроме увеличения стоимости коммунального обслуживания? – поинтересовалась подруга, дама не жадная, но экономная. – Камеры наблюдения есть?

– А как же! Во всех лифтах и на входе в каждый подъезд. Не знаю только, работают ли они. Когда мы тут жили, какие-то веселые ребята имели обыкновение объективы краской из баллончиков забрызгивать.

– Зачем?

– Зачем кто-то хулиганит и пакостит? – Я пожала плечами. – Большой вопрос, на который могут ответить разве что психиатры.

Мы подошли к калитке и не задержались ни на секунду, потому что она и вправду работала как вертушка на входе в торговый центр, кого-то выпуская, а кого-то впуская. Почти так же легко получилось проникнуть в подъезд – девушка, дожидавшаяся лифта, без всяких просьб с нашей стороны подошла и открыла нам дверь.

– Очень любезно, – негромко отметила Ирка. – И столь же неосторожно. Ну да что об этом говорить… Какой этаж?

– Девятый. – Вслед за любезной и неосторожной девушкой мы вошли в кабину.

Попутчица наша вышла на шестом, а мы – на девятом.

– Ну вот! – Я раскинула руки, как бы представляя подруге сцену действия. – Квартира Смурновых за первой тамбурной дверью слева, она первая по коридору. Направо – тоже квартиры, но в этой части этажа я никогда не была, прямо – выход на балкон, с него – на лестницу.

– Погоди, не части. – Ирка вытащила из своей торбы небольшой блокнот, пристроила его на ладони левой руки, занесла над клетчатым листом правую – с карандашом, огляделась. – Так, площадка у лифта примерно три на шесть метров, я пока приблизительно нарисую, –