Белая колбаса любви - Янина Олеговна Береснева

есть взять деньги и скрыться. Конечно, чисто гипотетически, но все же. Если бы я был на его месте, я бы тоже предпочел скрыться навсегда.

Тут он поймал мой гневный взгляд, и поспешил добавить:

— Нет, имея такую жену, я бы, конечно, не был таким ослом, как Борис. Но имея таких врагов, скрыться можно было только на том свете. Слушай, а это мысль. Я бы на его месте все так и обстряпал бы: покушение, трупы, меня все считают покойником, а я с деньгами и чистой совестью живу на собственном острове и наслаждаюсь жизнью.

— Насчет чистой совести ты загнул, — протянула я, пытаясь уловить ход его мыслей.

— Правильно воспитанная совесть никогда не загрызет хозяина, — пожал плечами Алексей, а я загрустила. С такими взглядами на жизнь он меня проглотит и выплюнет, нечего обольщаться и строить из себя романтическую героиню.

* * *

— Допустим, чисто гипотетически, Борис решил исчезнуть таким образом, — вслух произнесла я. — Зачем ему Зверев?

— Ну, кто-то должен был заняться деньгами, кто-то, кто знал, как быстро и безопасно проникнуть в кабинет и обчистить сейф. Потом они могли встретиться в безопасном месте, Зверев получил бы свою долю, а Борис передал ему липовые паспорта. Ну, или еще что-то. В любом случае, он должен был как-то подстраховаться. Дураком он не был, это точно.

— То есть ты намекаешь, что я не вдова? Что Борис может быть живым? Подожди, но в машине же были трупы, — заволновалась я. — Точнее, трупов почти не было, одни головешки, но…

— Вот именно, их опознали на основании заявления очевидцев: от завода отъехали двое, в машине было двое. Наверняка на головешках были какие-то приметные вещи: часы, цепочка, очки или еще что-то, что указывало на личность. Вспомни.

Я нахмурилась. Алексей так точно описывал ситуацию, как будто сам там был.

— Да, на Борисе была цепочка и толстенный крест, он их никогда не снимал. Зверева опознала сестра, вроде тоже по армейскому медальону из пули. Да и вообще, подобные мысли как-то не приходили в нашу голову.

— А зря.

— Ну, знаешь, — разозлилась я, — в моей реальности люди просто так не взлетают на воздух, их не убивают, они не инсценируют собственную смерть. Может для тебя это норма жизни…

— Ладно, не кипятись, может, мы просто фантазируем, — миролюбиво заметил Алексей.

— Кстати, куда мы едем? — Я заметила, что мы благополучно миновали центр, свернули в сторону промышленной зоны города и теперь ехали по кольцу. Оттуда Алексей решил свернуть на тихую дорогу, которая вела к заброшенному автодрому. По ней обычно срезали путь водители, направляющиеся в областной центр.

— На место аварии. Хочу все там осмотреть, вдруг какие-то мысли придут в голову.

— Что ты там намереваешься увидеть через год? — спросила я и обиженно замолчала, потому что посвящать в свои планы он меня не спешил.

Минуты через две на обочине я заметила машину, которую запомнила еще с момента слежки за нами: синий джип Черокки. Ребята Ахмета, если я ничего не путаю. Алексей затормозил возле них и повернулся ко мне:

— Может, посидишь в машине?

— Еще чего, — хмыкнула я, поправляя прическу.

— Так я и думал, пошли, — обреченно кивнул он, открыл дверь и подал мне руку.

Парни хмуро кивнули, завидев меня, а я принялась вертеть головой, пытаясь понять, что же мы тут ищем.

— Вон то дерево, возле него нашли машину, — указал рукой один из парней в синей ветровке.

Я уставилась на дерево, но ничего примечательного в нем не увидела. Оно находилось у обочины, сразу же после него асфальтированная дорога резко уходила вправо и плавно переходила насыпную. Это был подъезд к старой птицефабрике, несколько зданий которой пустовало после банкротства. Насколько я знаю, там намеревались сделать автоцентр, но идея так и зависла в воздухе.

Парни топтались возле дерева, что-то прикидывая и переговариваясь. Я стояла в стороне и размышляла, чего стоит ждать от этой вылазки. Как будто всерьез надеялась, что дерево поведает мне все тайны мира.

— Пойдем, немного прогуляемся, — предложил Алексей и неспешно двинулся вперед. Парни двинули за ним, и я ходко затрусила следом.

Примерно через двадцать метров начиналась теплотрасса, из земли торчали огромные бетонные трубы, везде валялся мусор, обломки разрушенных стен, поросшие травой и побегами нахальных молодых кленов. Типичная картина запустения и бесхозяйственности.

Парни понимающе переглянулись, а Алексей стал сновать между труб. Тогда молодчики Ахмета вроде тоже заинтересовались происходящим и стали совать носы во все мало-мальски доступные щели. Так они развлекались минут двадцать, я думала, что у них не все в порядке с мозгами, как вдруг…

— Сюда. Тут что-то есть, — пробормотал Алексей, обшаривая очередной люк, а я вздрогнула. Хотя с чего бы? Не Бориса же он там нашел?

— Что там? — с любопытством спросила я, а Алексей глянул на меня каким-то затуманенным взором.

— Тебе лучше этого не видеть.

— Еще чего!

— Ладно, как хочешь. Обходи камни.

— Пока я вижу здесь люк, заваленный строительным мусором, — пробормотала я, приближаясь.

— И сверху кости, скорее всего, человека, — добавил Алексей, а я притормозила.

— Ага, вот и череп имеется, — оптимистично заявил он и аккуратно попинал ногой человеческий череп, похожий на те, что я видела в школе на уроках анатомии. Наверное, я слегка побелела, потому что Алексей поспешно добавил:

— К Борису они вряд ли имеют отношение. Не бери близко к сердцу.

— Ты думаешь о том же, о чем и я? — с сомнением спросил Алексея тип в кепке.

— Стоит проверить, пусть ваши специалисты ими займутся, — развел тот руками.

Я же пребывала в состоянии легкого шока, и обратный путь к машине мы проделали молча.

Типы загрузились в джип и отбыли, пообещав позвонить, как только появится информация. Мы уселись в свою машину, и я не выдержала:

— Может, ты хоть что-то объяснишь? Если мы нашли останки человека, не стоит ли позвонить в полицию? Кто этот труп? И вообще, зачем мы туда полезли?

Алексей выглядел довольным: