Дело о золотом коте - Виктория Александровна Борисова

медом и еще чем-то не опознаваемым, но, безусловно, дорогим.

— Я благодарен вам, Андрей Васильевич, — задумчиво произнес он, — как я уже говорил, Мария Федоровна — как бы ее там ни звали на самом деле — была для меня не просто клиенткой…

В этот момент, заглянув в глаза адвоката, Андрей вдруг понял, что он говорит правду. Старый лис неровно дышал к своей доверительнице! Мелькнула даже шальная мысль, что из них могла бы получиться неплохая пара…

— Если вам когда-нибудь понадобится моя помощь, — продолжал Ярошевский, — обращайтесь. Постараюсь сделать для вас, что смогу.

— Спасибо, — сдержанно отозвался Андрей, от души надеясь, что этот момент никогда не наступит, — но я хотел бы вас спросить…

— Да, пожалуйста, — отозвался он, — слушаю вас!

— Почему код не сработал? Может быть, у вас есть какие-то соображения на этот счет? Неужели банкиры в Мауру что-то там напутали? Или…

— Или, — твердо ответил Ярошевский, — разумеется, я связан правилами конфиденциальности, но, поскольку наша беседа носит неофициальный характер, могу высказать осторожное предположение, что Мария Федоровна оставила банку распоряжения, как поступить в случае ее смерти. И поручила… ну, скажем, поручила кому-то сообщить об этом, буде такое произойдет, назвав кодовое слово. Не знаю, куда ушли эти деньги — вероятно, на благотворительность, — но это исключительно мое частное мнение!

«Ну да, что-то подобное я и предполагал, — думал Андрей, — получается, что Денис построил всю эту сложную комбинацию совершенно зря! Все равно бы ничего не получил».

В этот момент у него в кармане отчаянно заверещал мобильник. Шеф на проводе, да в выходной день — это явно не к добру!

— Алло! Да, здравствуйте, Сергей Михалыч. Что? Да, так точно, выезжаю!

Он отключился — и тут же поднялся с места.

— Простите, надо ехать! Очень срочно. Артиста Бережанского убили в его квартире — да, того, известного, который во всех сериалах снимается… То есть снимался. Шуму завтра будет! До свидания, Станислав Сергеевич, спасибо за помощь!

Андрей виновато покосился на Лену:

— Ты вызови такси, хорошо? Я позвоню, как только смогу!

— Да, конечно… — растерянно пролепетала она.

Андрей быстро чмокнул ее в щеку и почти бегом направился к выходу.

«Вот опять — работа, работа, работа. — с грустью подумала Лена, — и, наверное, так будет всегда. Надо привыкать!»

Она достала телефон и принялась было набирать номер сервиса по вызову такси, но Ярошевский остановил ее:

— Простите, Елена Николаевна, но у меня тоже есть к вам вопрос.

— Да, конечно… — Она чувствовала себя неловко и хотела поскорее уйти, но понимала, что это было бы как-то невежливо.

— Что вы собираетесь делать дальше? Я имею в виду ваши намерения в отношении кота.

Лена глубоко вздохнула. Как раз этого момента она всеми силами старалась избежать! Вспомнила, как трогательно Алекс тыкается носом в щеку по утрам, как смотрит в глаза, сосредоточенно и серьезно, как мурлычет, засыпая… И поняла, что расстаться с ним было бы свыше ее сил.

«Милый котик, не бойся, я тебя больше никому не отдам», — мысленно пообещала она.

— Я хочу оставить его себе! — твердо сказала Лена и тихо попросила: — Не забирайте его, пожалуйста… Он и так настрадался, а у меня ему будет хорошо. Он уже привык. — И, глубоко вздохнув, призналась: — И я к нему тоже.

Ярошевский испытующе посмотрел на нее, и Лена была готова поклясться, что в его глазах за стеклами очков в модной тонкой оправе на миг блеснула усмешка.

— Ну что ж, возможно, это оптимальный вариант! — задумчиво произнес он. — Елена Николаевна, прошу вас проехать со мной в мой офис. Это здесь, рядом, и не займет много времени.

— Но я не знаю… — Лена совсем растерялась.

— Не волнуйтесь, — мягко сказал Ярошевский, — я уже понял, что коту у вас будет хорошо, и не собираюсь нарушать вашу идиллию! Но дело в том, что моя покойная доверительница дала мне некоторые указания, и я должен их исполнить.

— Ну хорошо… — наконец сдалась Лена. Ей даже стало любопытно: что же такого особенного могла поручить Мария своему адвокату?

Офис Ярошевского действительно был расположен неподалеку. Войдя в просторное светлое помещение, оборудованное в соответствии с самыми модными дизайнерскими веяниями, Лена немного удивилась — несмотря на выходной день, здесь кипела работа! Секретарша в приемной сидела на своем рабочем месте, сновали туда-сюда сотрудники с бумагами.

Ярошевский быстро поздоровался с коллегами и сразу же провел Лену в свой кабинет, бросив секретарше: «Меня ни для кого нет». Здесь, напротив, все выглядело очень консервативно, даже старомодно — и шкафы с книгами, и тяжелые гардины на окнах, и деревянная антикварная мебель…

Он по-хозяйски уселся в массивное кожаное кресло за столом и указал Лене место напротив. Она даже занервничала — настолько официально все выглядело!

Наконец Ярошевский заговорил:

— Видите ли, Елена Николаевна, моя покойная доверительница, была, по большому счету, очень одиноким человеком! У нее были деньги, много денег… А больше — ничего и никого. Ну, кроме Алекса, конечно. Поэтому я уполномочен вручить вам вот это…

Он встал, открыл сейф и, достав пакет из плотной коричневой бумаги, протянул его Лене. Та с некоторой опаской открыла его, заглянула внутрь — и охнула от неожиданности, увидев аккуратно упакованные пачки зеленых купюр с портретами американского президента. Сколько их было — она не поняла, но много, не меньше десяти. Столько денег сразу Лена еще в жизни не видела…

— Что это? — ошарашенно спросила она.

— Как видите, деньги, — невозмутимо объяснил Ярошевский, — как я уже говорил, Мария Федоровна оставила распоряжения относительно кота на случай, если с ней что-то случится. Она поручила мне найти надежного человека, который смог бы достойно позаботиться о ее любимце, и передать некоторую сумму на его содержание.

— Но я… Я не могу! — Лена опасливо отложила пакет в сторону, словно он обжигал ей руки. — Я не могу это взять!

— Можете, — спокойно возразил Ярошевский, — можете, потому что так хотела его покойная хозяйка.

— И что я должна делать? — спросила Лена. — Чеки предоставлять для отчета? Ну что я и правда деньги на кота потратила,