Нина Васина - Женщина— апельсин

— Заказ на дом или в гостиничный номер, — сказала Ева.

— Точно. Город у нас, конечно, большой, но не думаю, что все тут и там заказывают на дом устриц. Никаких следов борьбы, под ногтями чисто. Сердце было вырвано, его доставали, но не попортили. Засунули обратно. Знаете, в последнее время странно изменился вид убийства как такового. Создается впечатление, что кто-то пробует разные необыкновенности, балдеет, как бы это сказать… У моего коллеги из хирургии пробрались в морг, у двух трупов пришлось доставать из груди какие-то щепки! — Страшно перепачканный патологоанатом стаскивал перчатки.

— Это были колья, я думаю, — сказала задумчиво Ева. — Эти трупы были вампирами, им забили осиновые клинья.

— Как вы сказали? Вампиры? Оригинально. Допустим, вампиры. Допустим, я могу предположить кражу внутренних органов, когда вскрываю ребенка без почек и печени, их можно пересадить, но ребенок — без мозга? Кому может понадобиться вычистить из черепной коробки ребенка мозги? Это кто делает? Как он называется?

— Вы все время имеете дело с трупами. Как вам жизнь вообще кажется? Что это такое — жизнь?

— Это состояние тела, только и всего. — Патологоанатом мыл руки и улыбался.

— А душа? — спросила Ева?

— А душа — материя абстрактная, все процессы в человеке — это химические реакции, и не более того. Американцы предположили, что скоро женщины сами будут себя обслуживать даже в плане сексуальных удовольствий. Они определили, что организм женщины умеет вырабатывать вещество, вызывающее оргазм. Это же химия, не более того. А если я, к примеру, сумею это вещество выработать в лабораторных условиях, вы думаете, у меня не будет желающих женщин его опробовать?

— Какой кошмар! — запротестовала Ева. — Этого не должно быть.

— Это ваше здоровое тело подсказывает вам реплики. А меня другое беспокоит. Ребенок-то неполноценный!

— Какой ребенок?

— У которого вытащили все мозги. Он умственно отсталый, ярко выраженные признаки. Нет, вы только подумайте, кому могли понадобиться мозги умственно отсталого ребенка? Парадокс.

— Врачу, — сказала Ева. — Врачу, изучающему таких детей.

— У вас не правильное представление о медицине. Врачу для изучения такой ребенок нужен живым, вот так-то.

— Вы мне нравитесь, — сказала Ева неожиданно для себя. — Я, конечно, понимаю, что это только химическая реакция у меня внутри…

— Вы схватываете на лету! Я бы предложил вам пообедать со мной, но что-то мне подсказывает, что вы откажетесь.

Федя собрал почти всех своих исполнителей. Людей, которые во время установки прослушки имели хотя бы приблизительное отношение к Королю, было пятеро. Инспектор и оперуполномоченный, задержавшие Короля. Следователь, который приезжал на допросы в СИЗО, любимая женщина Короля Инка и подставленная Королю Мусульманка.

Через пару часов первая информация об этих людях была у Феди. Мусульманку никто не видел с того самого вечера, когда она ушла с Королем из кафе. Любимая женщина Короля Инка уже полгода лечилась в специальном санатории от алкоголизма. Король не успел ее навестить после возвращения с юга. Инспектор и оперуполномоченный составили протокол задержания. Он был передан непосредственно в отдел по экономическим преступлениям, потом этим делом и допросами занималась некто Курганова, следователь отдела. Допросов было два, один по срочному требованию самого задержанного, в воскресный день.

— Вот! — сказал Федя со значением. — В воскресенье, по срочному требованию! Нет, я не могу так представить, что Король зовет к себе следователя и ни с того ни с сего начинает что-то про меня выдавать. Это не пойдет. В воскресенье? Нет.

— И все-таки, — сказал Феде секретарь, — повести ее надо. Он не мог ничего сказать и при задержании, тоже не вяжется.

— Есть кто-то еще, кого мы не знаем. Король продал ему информацию тогда же ночью, как и услышал! Нет, тоже бред. Он был занят только игрой, и у него был чемодан денег.

— А может, Король обиделся? — предположил секретарь. — На Макса трудно не обидеться, я тебе скажу.

— Ну и обиделся, и что? Первый раз, что ли, мы его. Пусть походят пару дней за этой… Кургановой. Найти Мусульманку. Выехать в срочном порядке к «мохнатому» и получить приблизительный портрет женщины, которая увела Слоника с прогулки. Я должен отдохнуть, два дня дома не был.

— Если Слоник жив, — сказал тихо секретарь, — то его надо прятать, кормить и вообще потребовать что-то, наконец!

— Вот! И я про то же. Чего шелушиться? Пара дней ничего не даст, а с нами может кто-нибудь связаться. Едем домой, с женой мириться буду!

Мириться Федя решил не просто так, а с подарком. Он приказал шоферу ехать в зоопарк, выбрался из машины угрюмый и объяснил, что зоопарки навевают на него тоску. Но вернулся обратно через полчаса веселый, с павлином под мышкой. Павлин придушенно култыкал и норовил ущипнуть.

— Удивляюсь я на тебя, Федя, — задумчиво сказал секретарь, сняв пальто и накрыв скандального павлина. — И почему это ты не купил, к примеру, лошадь. Белую, а?

— Была такая мысль, — вздохнул Федя. — За что я тебя люблю, так это за то, что мои мысли всегда к тебе приблудятся! Но на кой ей лошадь, скажи? Этого хоть можно в курятник на зиму засунуть, а лошадь… На ней скакать надо, представь, Наталья… ой, не могу! На лошади верхом! Это ж какая должна быть лошадь!

Федя смеялся до слез, с подвываниями. Секретарь улыбался, глядя в окно.

— Кусается! — радостно сказал Федя, проталкивая его в машину. Хвост не помещался. — Осторожно! — кричал Федя ошарашенному секретарю. — Самую красоту не прищеми!

Дом встретил Федю полнейшим молчанием. Все, кто мог, попрятались где попало. Охранник у ворот прятал глаза.

Федя вытолкал павлина на снег, тот стал отряхиваться и ходить кругами. Федя хлопал ему в ладоши, поглядывая на окна.

— Подожди, Федя, — сказал секретарь и достал оружие. — Не нравится мне это, не заходи в дом. Я посмотрю все и позову тебя. — Он осторожно взошел на крыльцо.

Федя огляделся и заметил странную тишину вокруг.

— Наталья! — крикнул он. — Гляди, кого я тебе привез!

Павлин тащил свой хвост, подметая легкий снежок.

— Нет ее, — сказал секретарь, выходя. — Третий день нет, все боятся тебе показаться на глаза. А так все в порядке.

— Тьфу! — Федя сердито топнул ногой. — До чего бестолковы, небось к сестре укатила, обиделась! Спроси, кто ее увозил, делов-то!

— Никто ее не увозил. Пошла в баню париться, три часа прошло, тогда решили посмотреть, а ее нет.

— А машина?

— Не брала.

Федя озадаченно осмотрел двор, ограду. Он еще не успел испугаться или рассердиться, просто решал простую задачку: куда могла подеваться большая Наталья из бани, так что ее никто не заметил. Он вошел в дом и обошел его.

— Все осмотрели, — сказали ему. — И чердак, и подпол. Вся одежда на месте, сами гляньте, но документов нет.

— Побрякушки? — спросил Федя наконец, забеспокоившись, и суетливо открыл небольшой сейф. — На месте…

Он побродил еще минут пять по дому. Выбежавшая откуда-то Матрешка забрала с улицы замерзшего павлина.

— А эта, подружка сердечная! — закричал Федя, углядев ее на улице.

— Не знает она, ревела два дня, искала.

— Ей пореветь, знаешь! Но этого же не может быть! У меня же такая охрана.

— Ты, Федя, не злись. Разве мы когда чужого сюда пропустили хоть раз? А в тот день все разъехались, остались только свои. Мы же не могли подумать, что нужно и отсюда охранять. Да если бы она просто уехала, не было приказу ее останавливать и не пускать!

— Но она же не уехала, она исчезла! Ее сестра!..

— Звонили. Мы тебе потому и не сообщали, думали, вот-вот найдем. И сестре, и по тем телефонам, что в ее книжке записаны… Ни в парикмахерских, ни в казино ее не было. Получается, что она ушла в чем была, с маленькой сумочкой.

— Она бросила меня! — сказал удивленно Федя. — Я ее выпорол, она обиделась и бросила меня. Убью, заразу, остригу налысо! Когда найду.

— Киношник, — сказал задумчиво секретарь.

— Нет! — ужаснулся Федя и замахал на него руками. — Этот недоносок? Я не верю.

— А ты проверь.

— Ну почему я и его не выпорол! Ведь хотел, хотел!

— Потому что он был твой гость. Сколько людей послать?

— Сколько? Да не знаю я, не знаю! Я его мизинцем пришибу! Ну пошли двоих, чтобы удобней было его нести.

Ангел Кумус готовил самый большой и крепкий кол. Завтра должно было наступить полнолуние, значит, послезавтра кол уже годился к употреблению. Ангел любовно поглаживал обработанную древесину, чуть влажный ствол молодой осины издавал пронзительный и тревожный запах.

Запиликал домофон. Ангел снял трубку, но ничего не говорил. Кто-то очень сердитый у двери подъезда обозвал его придурком и потребовал открыть дверь, угрожая в противном случае повыдергивать все ноги. Ангел задумчиво осмотрел свои ноги. Через пару минут стали стучать уже в дверь. Прислушавшись, Ангел понял, что там двое. Он притащил из ванной пару ведер воды и разлил их на полу. Быстро поставил и включил несколько телевизионных ламп. Подготовил камеру. Ящик с дымовыми шашками стоял в самом захламленном углу в монтажной, пришлось повозиться, а в двери уже ковырялись отмычкой. Ангел, ступая осторожно, прошел через белое пространство комнаты к сейфу, набрал подсмотренный код и достал оружие.