Красота требует средств - Галина Балычева

— Ты имела в виду, что меня могли убить на охоте? — спросила я. — Значит, тот выстрел был подстроен?

Ленка ничего не ответила и беспокойно заерзала на стуле.

— Ну ладно, — сказала она, вставая, — мне пора идти. Счастливо тебе долететь.

Она встала из-за стола и стала надевать на себя коричневый кашемировый жакет. Однако на нервной почве руки у нее дрожали, и она никак не могла попасть руками в рукава.

— А стрелял наверняка этот твой... Эдька-Пит, — предположила я. — И хотел он убить не меня. Зачем ему, а вернее тебе, я? Вы хотели убить Пьера!

Я повысила голос, и Ленка, зашипев на меня, как змея, бросила жакет, который так и не смогла надеть, и снова села на стул.

— Чего тебе надо? — грубо спросила она. — Денег?

У меня в третий раз отвисла челюсть.

— Да, у меня есть любовник. Да, я не любила своего мужа. Ну и что? Это что, криминал?

— Нет, — ответила я, — это не криминал. Был не криминал до тех пор, пока ты не захотела его убить.

По Ленкиному лицу прошла судорога.

— Замолчи, — прошипела она, — или я тебя убью.

Я невольно отпрянула. Когда выяснилось, что Пьер умер не своей смертью, а его просто-напросто отравили, Ленкина угроза выглядела вполне реальной.

Но Ленка тут же взяла себя в руки.

— Успокойся, — сказала она. — Это просто у меня вырвалось. Ну посмотри на меня. Разве я похожа на убийцу?

Я дипломатично промолчала.

— И Пит тоже никого не убивал и убивать не собирался.

— А на охоте?

— А на охоте он стрелял в меня.

— То есть как это в тебя?

— Ну чтобы все, кто находился рядом, а главным образом ты, как будущий главный свидетель, могли потом подтвердить, что на меня действительно был совершен целый ряд покушений. А ведь на жертву всегда падает меньше подозрений. Ведь так?

Я посмотрела на Ленку, как на привидение, нет, не как на привидение, а как на демона или на что-то в этом роде.

— Так, может, и тормоза в твоей машине — тоже Эдькина работа? И горшок... и все остальное?.. А про лекарства ты вообще сама все придумала?..

Ленка промолчала. И я начала кое-что понимать.

— Значит, ты все знала и заранее спланировала это убийство. А из меня решила сделать главного свидетеля.

Ленка плюнула и достала сигареты.

— Ну что ты все заладила — убийство да убийство? Не было никакого убийства. Он сам умер. Не надо было виагру пить.

— А сам ли он ее пил или это ты ему незаметно ее подсовывала?

— Господи, ну как это незаметно?

— Да очень просто, в кофе, например, добавляла или в вино. А потом еще сказала Морису, чтобы он дал Пьеру сердечное, когда тому с перепоя плохо стало. А ты ведь врач и знала, что этого делать нельзя. От этого человек умереть может. Ведь знала?

Ленка ничего не ответила.

— А может, ты даже заранее напоила его и виагрой, и сердечными каплями одновременно, а потом для отмазки — ведь будет вскрытие! — заставила Мориса на глазах у всех дать Пьеру сердечное. А?

Ленка закурила очередную сигарету и, откинувшись на спинку стула, пожала плечами.

— Да, — спокойно произнесла она, — он принимал виагру. Ну и что? Тысячи мужчин, у которых проблемы с потенцией, ее принимают. Допустим, я об этом знала, допустим, я ему ее давала. Но кто это докажет? Он умер на глазах у нескольких десятков людей в постели своей любовницы. Никого не удивит, что немолодой мужчина принимал лекарство, чтобы иметь в любовницах молодую женщину. И в конце концов его никто не заставлял мне изменять. А ты, что же, хочешь, чтобы я в свои сорок лет осталась бы в случае чего ни с чем?

— В случае чего?

— А если бы он со мной развелся и женился на этой или на какой-нибудь другой молодой вертихвостке, а я бы осталась с носом?

— А он собирался разводиться?

— Ну собирался или не собирался, какая разница? В конце концов не могла же я рисковать. А если бы собрался? Нет, я за свою жизнь уже достаточно нахлебалась. И только теперь почувствовала вкус жизни, когда я уже не та безобразная уродина, какой была раньше, а привлекательная женщина. И я хочу оставаться такой очень долго. А знаешь, сколько стоит вся эта красота? Целое состояние. Красота требует средств, моя дорогая! И ты предлагаешь мне все отдать другой, а самой деликатно отойти в сторону? Что-то Пьер не был так деликатен, когда заключал со мной брачный контракт.

Я вспомнила про Ленкин брачный контракт и не могла с ней не согласиться. Да, действительно в этом вопросе Пьер показал себя не с лучшей стороны. Но все же это не повод для того, чтобы его убивать.

— Постой, — сказала я, — но ведь ты говорила, что в любом случае по завещанию Пьера ничего не получишь. Так зачем же тебе было его убивать?

Ленка посмотрела на меня с усмешкой.

— А его никто и не убивал. Это был его выбор.

— Ну в смысле зачем тебе нужна была его смерть, если ты все равно ничего не получишь?

И тут рядом с нашим столиком выросли два господина: один в черном драповом пальто, другой в куртке.

— Я отвечу на ваш вопрос, мадемуазель, — на ломаном русском языке произнес тот, который был в пальто.

Мы с Ленкой одновременно вскинули на него глаза.

— Мадам Лакур, — господин в пальто указал на Ленку, — действительно ничего не получила бы по завещанию после смерти мужа. Это так. Но она получит, — он запнулся и сам себя поправил, — могла бы получить очень большую страховку. Два миллиона евро.

Я сидела, разинув рот.

— Но в случае убийства страховка получена быть не может. Мы представляем страховую компанию «BGS» и проводим свое собственное расследование. Ваш разговор был записан на пленку, мадам. — Господин в пальто обратился к Ленке. — Прошу вас встать и следовать за нами. А если вы будете возражать, мы вынуждены будем пригласить полицию и надеть на вас наручники.

Ленка сидела белая, как полотно. Ее трясло. Я не знала, какого цвета было мое