И пес с ним - Спенсер Куинн

погрозил пальцем. Добавочный пончик остался в патрульной машине. Мой напарник размешал кофе карандашом.

– Как тебе запись?

– По-моему, не подделка. Вполне себе кошерная.

О, знакомое слово. Кажется, «кошерный» имеет отношение к цыпленку, а если уж совсем точно, к самому вкусному на свете цыпленку, которого мне довелось отведать. Я лакомился этим блюдом на праздничном обеде по окончании слежки за объектом – мы тогда занимались бракоразводным делом Тайтельбаумов. Ну-с, сейчас Рик тоже предложит цыпленка?

– Считаешь, Мэдисон сбежала, просто чтобы проветрить мозги? – спросил Берни.

– Такое случается сплошь и рядом.

– С подростками вроде нее?

– Мало ли, какова она на самом деле. Кто знает…

Как «кто»? Я знаю. Мэдди – замечательная девушка.

– Мы имеем фотографию мисс Шамбли на выходе из какого-то кинотеатра в Вегасе, – продолжал Рик, – потом этот звонок плюс отсутствие требования о выкупе – на мой взгляд, самый важный знак. Учитывая то, что от твоих услуг отказались, а работа без гонорара для частного детектива – вещь неслыханная, почему бы тебе просто не подождать? Вот увидишь, через пару-тройку дней девчонка объявится дома.

– А ты? – спросил Берни. – Тоже закрыл дело?

– Нет никакого дела, Берни, ну сколько можно тебе повторять.

– Вы хотя бы установили, откуда был звонок? – Голос моего партнера стал жестче.

– Послушай, если тебе не повезло с клиентом, я не виноват, – сказал Рик.

Берни замолчал.

– Так вот, звонок мы отследили, верней, попытались отследить. Девушка звонила с телефона-автомата. Поди узнай, с какого.

– Вывод?

– Вывод: девушка звонила с телефона-автомата.

– Где в наши дни найдешь уличный телефон?

Рик показал на дальний угол парковочной площадки, где стояла телефонная будка.

– Я имею в виду, зачем звонить из автомата, если собираешься возвращаться домой?

– Не начинай опять.

– Чего не начинать?

– Копать слишком глубоко.

– Я не копаю.

– Копаешь, и раньше копал. Не всегда все сходится до последней детали. Обязательно остаются случайные кусочки, которые не вписываются в картинку.

– Только потому, что у нас не хватает ума правильно ее сложить.

В общем, они еще долго препирались. Меня начало клонить в сон.

– Мы нашли синий «бумер», – сказал Берни. – Как тебе такой «кусочек»?

Рик внимательно посмотрел на него, затем достал свой блокнот и принялся листать.

– Тот самый, с водителем-блондином?

– Блондина не было. За рулем сидел киномеханик.

– Из Вегаса?

– Анатолий Булганин.

– Где это произошло?

– В горах Сьерра-Верде.

– И что сказал этот ваш Булганин?

– Как-то не захотел с нами общаться.

Рик еще раз оглядел ссадину на лбу Берни.

– Номер машины?

– Невадский. C3P22Z9.

– Хорошо, пробью. Только не удивляйся, если в результате мы будем знать еще меньше, чем сейчас. – Рик слизнул с губ остатки сахарной пудры. Я сделал то же самое.

26

– Обычно ключ к разгадке находится на самом виду, – сказал Берни, верней, пробормотал себе под нос. – Разве не так? – Он бормотал всю дорогу от «Пирожкового рая» до… в общем, до того места, куда мы направлялись. Мне, если честно, без разницы, в какую сторону ехать, если я на переднем сиденье. По большому счету я бы предпочел «порше», но в пикапе тоже есть своя прелесть: высоко сидишь, далеко глядишь. Смотреть на машинки сверху очень забавно, почему – не знаю. Я высунул голову в окошко. Воздух уже начал нагреваться – Берни говорит, лето на подходе, – однако наш пикап самый простенький, без стекол и, уж конечно, без кондиционера; по словам моего партнера, именно этот автомобиль в свое время покорил Запад.

– Нужно проанализировать ситуацию, – продолжал Берни.

Охо-хо. Ну не умею я анализировать!

– Зададим простой вопрос: кто из всех, связанных с делом, меньше всего заслуживает доверия? Вернемся в начало, к моменту нашей первой встречи с Синтией.

Э, да анализировать легче легкого! Самый скользкий тип – несомненно, Капитан Кранч, это сразу видно по его крохотным злобным глазкам. Хотя постойте. Капитан Кранч сидит в запертой клетке, и даже если допустить, что по ночам он ее покидает…

– Напрашивается единственный ответ, – сказал Берни. – Дэймон Кифер.

Дэймон Кифер? Против Капитана Кранча? Сомневаюсь. С другой стороны, от Кифера воняет кошатиной, а если еще вспомнить этого наглого котяру, Принца, все станет понятно. Берни, как всегда, прав.

С нами поравнялась машина, за рулем которой сидела женщина, оживленно болтавшая по мобильному телефону, а на заднем сиденье, уткнув голову в пакет с продуктами, энергично виляла хвостиком моя соплеменница. Меня очень заинтересовал этот хвостик, похожий на тугую спиральку, я уже подумал о том, чтобы…

– И что же мы будем делать, когда отыщем слабое звено? – задался вопросом Берни.

Я убрал голову из окошка. Ответа не знаю, но слово «звено» сразу напомнило мне о цепи-удавке и мистере Гулагове. Этот человек пытался приклеить мне кличку Сталин. Как бы не так! Меня зовут Чет!

Берни повернул голову в мою сторону.

– Совершенно верно, – кивнул он, и только тогда я услыхал собственное рычание. – Будем давить на него до тех пор, пока не расколется. Договорились?

Не вопрос!

Мы решили, что лучше всего застать Дэймона Кифера дома – в огромном особняке, окруженном высокими стенами, перед ним еще странная скульптура, похожая на пожарный гидрант, помните? Сейчас, правда, скульптура уже не стояла посреди лужайки (на которой росла такая сочная и зеленая трава, что я, не поворачивая головы, чувствовал нахмуренный взгляд Берни), а болталась в воздухе, подвешенная на крюке большого автокрана. Зрелище меня очень увлекло, мне не терпелось выскочить из пикапа и попытаться допрыгнуть до этой штуковины. Выскочить, однако, не было возможности. Мы просто сидели в машине и вели наблюдение. Вскоре кран погрузил скульптуру на платформу в кузове и уехал. Люди, управлявшие им, за толстыми стеклами казались смутными тенями, словно бы механизмы работали сами по себе. Мне стало жутковато. Я лизнул клочок шерсти на боку. Полегчало.

Время действовать? Ничего подобного. Мы продолжали наблюдать, и не спрашивайте почему. Коли уж Берни решил, что правильнее выждать, значит, так тому и быть. У нас с ним есть определенный метод, и нарушать его не следует.

Некоторое время спустя Дэймон Кифер в шлепанцах и банном халате вышел из дома и обогнул пятачок, на котором прежде стояла скульптура. В его козлиной бородке проглядывала седина – новая деталь наряду с морщинками на лице Синтии, появление которых также не поддавалось моему объяснению. Ну что, теперь-то выходим? Я оглянулся на Берни: да.

От Кифера пахло выпивкой. Я унюхал ее, едва коснувшись лапой земли. Вы сомневаетесь, что я почуял спиртное через всю лужайку? Согласен, верится с трудом, однако обоняние у меня все же развито