Чёртик из консервной банки - Татьяна Игоревна Луганцева

— Не знаю, мама… У Веры все это шло так легко!.. С парнями никаких проблем. А я… Не знаю… Как она Пьеру, я так никогда никому не нравилась. И вряд ли меня полюбят. Да и я кого-то тоже…

— Что ты такое говоришь?! Ты с ума сошла?! Ты — старшая, она — младшая. И если она первая выскочила замуж, это совсем не значит, что ты не встретишь своего счастья! — сказала ей тогда Лидия.

— Но ты-то не встретила… — совершенно справедливо заметила Ника.

— Я? — растерялась Лида. — Я не очень хороший пример для вас. Но я ни о чем не жалею. Вере повезло и тебе повезет. Ты бери пример с нее.

— Я бы за русского хотела выйти, — призналась Ника.

— Пути господни неисповедимы. Ты молодая, найдешь себя, мы все снова будем вместе. А я? Я вот не дружу с иностранными языками и представить себе могу, как мне будет там трудно… Но я могу помочь ребятам сэкономить деньги на домашней прислуге. Пятнадцать комнат! Могу убираться, ухаживать за территорией, готовить еду. Я точно не буду сидеть сложа руки. Да и ребеночек у Веры появится. Так я по русской традиции помогу им с внуком или внучкой. Они молодые, пусть сходят куда, развеются, а я с дитем посижу…

Впрочем, для Лидии и Ники, хоть их и мучили смутные сомнения и тревоги, все было решено — они поедут к Вере.

За три месяца они завершили свои дела. Уволились с работы, отработали положенные дни, недели. Нашли покупателя на квартиру. От Веры пришли какие-то бумаги. Они уезжали на постоянное место жительства. И, собрав нехитрый скарб, улетели в Париж.

Там Вера с Пьером встретили их на машине и увезли в свой дом, где их уже ждали родители Пьера.

Женщина замолчала и отпила кофе, погружая пространство в щемящую тишину.

— Потрясающая история. Но она какая-то… — сказала Маша, слушавшая ее, замерев.

— Недосказанная? — усмехнулась женщина.

— Как же так? И по родине не скучали? Как смогли устроиться? Не пожалели об отъезде? Не оказались ли Пьер и его родители оборотнями?…

— Так я расскажу тебе, время еще есть…

— Все ожидания Лидии и Ники полностью оправдались. Они еще раз убедились, что и Пьер, и его родители — счастливый билет для их Веры. Они уехали, не оставив для себя ни сантиметра на отступление. Люди это понимали и окружили их заботой — родные все-таки люди.

Обустроились они в доме Пьера на первом этаже в отдельном крыле. Свежий воздух, великолепный сад, битком набитый холодильник — все было в их полном распоряжении. Им подарили красивые брендовые вещи, сумки, обувь, куртки, плащи, платья, юбки. Нику взял в свою фирму отец Пьера, и они же оплатили ускоренные курсы по обучению французскому языку для нее. Лидия же потихоньку начала изучать его еще в России. Хорошо понимала, что говорят, сама говорила пока не очень. Да и со страшным акцентом. Когда все расходились по работам, Лидия, как и хотела, развернула бурную деятельность по содержанию дома в чистоте, чтобы быть им чем-то полезной, за что получила нагоняй от дочери и зятя.

— Мама, я не для того тебя сюда привезла, чтобы ты вкалывала на нас! Ты всю жизнь работала! Теперь тебе только отдыхать.

— Вера, ну, не могу я так вот просто сидеть и ничего не делать! Я так с ума сойду. Мне же это в радость.

— Мам, у Пьера домработница, ему неудобно. Он был в шоке, когда увидел, как моя мама моет полы. Ну, хочешь, я найду тебе работу?

— Очень хочу!..

— Ты же любишь цветы? Можешь ухаживать за цветниками у нас и… Есть тут одно место. Завтра я тебя туда отведу, — пообещала Вера.

На следующий день они с мамой пошли по потрясающей живописной дороге вдоль дорогих домов. Поселок находился в гористой местности и воздух был чист и необыкновенно свеж.

Они подошли к небольшой возвышенности.

— Ее нам нужно обойти, — пояснила Вера.

— А что там? — заинтересовалась Лидия.

— Увидишь, — загадочно ответила дочь.

Они шли, взявшись за руки, стройные изящные женщины, и выглядели ну точно как сестры, а не как мать с дочерью.

Они завернули за эту невысокую гору, и Лидия ахнула. Перед ее глазами стройными рядами возникли парники и просто море разливанное цветов. Огромное пространство поражало буйством красок — тут были и розы, и пионы и гладиолусы, и неизвестные им цветы божественной красоты.

— Ошеломляюще! Просто чудо! Поле без конца и края! Чьё оно?

— Вон, видишь, поместье вдалеке? Большой дом. Эти земли принадлежат одному человеку. Но он не стал заморачиваться, засеял этот огромный участок цветами, поставил парники. А вот теперь видишь столбик, висит коробка и объявление внизу? Я тебе переведу. Система здесь такая. Желающие нарвать себе букет могут сделать это сами. Вот видишь прейскурант? Сам нарвал, сам оплатил — положил деньги в ящик. Люди, которые ухаживают за цветами, получают зарплату и премию в виде собранных сумм из этого ящика для покупателей. Час работы на цветочном поле — прополка там, а если земля совсем сухая и дождь не предвидится, то поливка — тоже денежек стоит. Два часа — двойная оплата, три — тройная. Получается, что люди, кому нужны цветы, платят тем, кто готов их выращивать и ухаживать за ними. Замкнутый круг. И красиво, и земля не пропадает, — сказала Вера.

— Очень интересное решение!..

— Я бы сказала, очень демократичное.

— Почему раньше не показала? — спросила Лидия у дочери. — Я, конечно, воспользуюсь. Ты даешь мне деньги. Я ни в чем не нуждаюсь. Но меня-то кто-то должен понять? Я не хочу брать деньги у молодой семьи. Холодильник полон, а на мелкие расходы для себя и подарочки для вас я заработаю сама. Люблю цветы, смогу вот здесь хорошо и качественно поработать. И заработать! И лишних денег не возьму, ровно по часам отработки.

— Я не сомневаюсь, мама, — засмеялась Вера, обнимая ее.

И вот с тех пор Лидия стала ходить на это поле и ухаживать за цветами, наслаждаясь ароматом цветов, развернувшимся перед глазами пейзажем, свежим воздухом. Она была очень честным человеком и подойти к ящику за оплатой позволяла себе, строго выполнив всю свою намеченную работу. Она также видела людей, которые подъезжали к полю или подходили и срывали себе цветы — кто букет, кто охапками — и оставляли деньги.

Один раз после дождя она работала на поле, вся перепачкалась грязью, устала, хотела уже заканчивать, когда увидела перед собой ноги в бежевых