Чёртик из консервной банки - Татьяна Игоревна Луганцева

Для чего он приходил, так никто и не узнал, — в скорости он сгинул в небытие.

А одна из соседок Лидии тогда сказала ему:

— Димка, ты, что ли? Сколько лет, сколько зим! Еле тебя узнала. А ты что тут? Дочек повидать? Да ладно! Ты знаешь, сколько им лет? Двадцать и двадцать два! Они уже давно выросли, продали квартиру и уехали. Нет, не в другой район и даже не в Москву, и не в другой город. За границу уехали. Навсегда. Извини, Дима. Другой информации нет. А вот младшая твоя дочка, Верочка, даже успела выйти замуж. Свадьба тоже была за рубежом, во Франции кажется, и вряд ли она захотела бы тебя позвать. Извини… Сам знаешь почему.

Незадолго до этого последнего визита отца к своим дочерям в жизни семьи Лидии произошли кардинальные изменения. Ника уже окончила биологический факультет, и ее взяли на работу в одну из лабораторий города по проверке качества воды и продуктов. Работа Нике нравилась. Учителем биологии в школу она точно бы не пошла. Правда зарплата у нее была мизерная. А вот Вера, учившаяся на предпоследнем курсе университета, как отличница была направлена во Францию, в Париж, по обмену студентами в рамках сотрудничества двух стран. Французские студенты, изучающие русский язык, поехали в Россию, а русские студенты, победители олимпиад, изучающие французский язык, поехали во Францию. Лидия очень волновалась за дочку. Собирали они ее всей семьей. Ника отдала свою помаду и самое нарядное свое платье.

— Говорят, что француженки все очень красивые, стильные. Ты там тоже наряжайся.

— Наша Вера там будет самой красивой. Я даже не сомневаюсь, — говорила Лидия. — Ты обязательно позвони! Вечером никуда не ходи. Держись русских ребят.

И Вера, со своей очаровательной улыбкой, открытая к общению, живая и жизнерадостная, улетела во Францию на целый месяц, пообещав, что будет вести себя хорошо и привезет им красивые платья и сувениры. Слава богу, она благополучно долетела и вернулась в срок. Но вот стала сама на себя не похожа. Бледная, грустная, часто с заплаканными глазами, нервная. Постоянно бегающая к почтовому ящику.

Лидия попросила Нику поговорить с ней и выяснить причину таких изменений в поведении сестры. Вера Нике не открылась. И тогда сама Лидия пристала к дочери, прижала, как говорится, ее к стенке.

— Ты вернулась из Франции совсем другим человеком. И все твои объяснения, что все хорошо, а что плохо, нам кажется, это вранье. Я твоя мать! Я чувствую тебя сердцем! С тобой что-то случилось во время этой поездки. Ты должна рассказать все, что бы там ни произошло! Я приму все и поддержу тебя. Я и Ника — твоя семья!

Вера немного посопротивлялась, а потом расплакалась.

— Зачем говорить то, что я заведомо знаю? Не поддержите. Просто оставьте меня в покое. Время лечит…

— Господи, девочка моя! Что с тобой там сделали? Тебя обидели, да? Успокой мое сердце.

— Да никто меня не обидел! Влюбилась я! Серьезно и надолго. Зовут его Пьер, он стоматолог, ему двадцать пять лет, и он лучший в мире! Я этот месяц прожила, словно на одном дыхании, вернее, на одном с ним дыхании. Мы фактически не расставались. У меня в самолете разболелся зуб. И сразу же после прилета и заселения в молодежный кемпинг я нашла стоматолога… Его. Он тоже сказал мне, что полюбил меня, и просил остаться. У меня сердце просто разрывалось. Но вы же никогда не разрешите мне уехать туда! И только не надо говорить, что я его забуду, что это просто увлеченность, что все пройдет! — заявила Вера.

— Почему ты так думаешь? Это, конечно, неожиданно, но… Любовь, наверное, может не спросить, где ты живешь и какой ты национальности, — ответила ей Лидия.

— Правда? Ты правда так думаешь? Мама, я такая несчастная! Он обещал писать и… Я жду каждый день. И ничего! Нет, я чувствую, что не ошиблась, что Пьер любит меня! И не знаю…

— Тук-тук-тук… — вошла Ника. — Что тут за мокрое царство? Не слышите ничего? Вера, к тебе какой-то странный молодой человек. Говорит со страшным акцентом…

Вера пулей пронеслась мимо нее и повисла на шее высокого, весьма симпатичного блондинистого парня с очень похожей, совсем как у нее, улыбкой, такой же красивой и искренней. Они были даже чем-то похожи друг на друга и что-то очень нежно говорили друг другу по-французски. И это было очень мило и трогательно.

— Мама! Это мой Пьер! Он сказал, что жить без меня не может и приехал меня увидеть! — со светящимся от счастья лицом обратилась Вера к маме и ничего не понимающей сестре.

— Добро пожаловать, Пьер… — развела руками Лидия.

Парень прожил у них неделю и совершенно очаровал и Лидию, и Нику. После его отлета на родину Вере стали приходить письма из-за заграницы чуть ли не каждый день.

Лидия поняла, что Пьер на самом деле влюблен в ее дочь, что он очень ласков и внимателен к ней. И, самое главное, Вера была очень счастлива с ним.

Она честно сказала дочери:

— Конечно, я не думала, что моя дочь найдет свое личное счастье за границей. Но препятствовать твоему счастью? Никогда! Закончи только институт и будь счастлива со своим Пьером.

— Извини, мама, что так получилось. Но я думаю только о нем. Я хочу быть с ним. Пьер тоже ждет, что я доучусь, и сразу женится на мне. Я поеду к нему. Отпустишь? — спросила Вера.

— Доченька моя, конечно, — обняла ее Лидия. — Меня только один вопрос волнует. Его родители не будут против? Все-таки русская…

— Что ты, мама! Они самые чудесные и милые люди на свете! Пьер меня познакомил с ними почти сразу. Они меня приняли как родную. Ты, когда с ними познакомишься, тоже согласишься со мной.

Познакомиться Лидии с родителями Пьера удалось через год, когда Вера закончила институт, и они поехали все вместе знакомиться и сразу же играть свадьбу. Вера была права, родители Пьера оказались замечательными людьми. Лидия с Никой за год не очень преуспели в изучении французского языка, но хоть какие-то фразы могли говорить и что-то понимать. Но почти всегда рядом была Вера, и она вполне профессионально переводила. А сам Пьер тоже начал изучать русский, говорил, что это безумно сложно и очень смешно. Однако, хоть и со страшным акцентом, уже немного говорил по-русски. Свадьба прошла просто потрясающе. Все великолепные виды Парижа, прогулка на теплоходе, посещение старинного костела и основное торжество в пригороде Парижа, очень милом и зеленом городке, где и