Вера Ольховская - Горе в решете

Решив поскорее найти родителей девочки, Юля сняла браслет с пухлой ручки и стала его изучать. В диаметре украшение было маленькое, видимо, сделанное на заказ специально для ребенка, а в ширину – довольно широкие даже для взрослого человека. Белое и желтое золото замысловато переплеталось, создавая изящный рисунок, а посередине маленькими бриллиантами было выложено слово. «Вершина», – прочитала Юля. И вслух удивленно спросила:

– Чтобы это значило?

Явно это не было именем малышки, ни одна мать в здравом уме не назовет так своего ребенка, на фамилию тоже мало похоже, но кто его знает, фамилии бывают разные.

Повертев браслетик, но так и не придя ни к какому выводу, Юля решила спрятать его до поры до времени. Милицию вызывать придется в любом случае, да и в больницу девочку наверняка отправят, а люди бывают разные, могут позариться.

К тому моменту, когда Анна Михайловна вернулась с покупками, малютка снова закатилась в крике. Бедный ребенок хотел есть. Юля быстро приготовила детское питание, идентичное женскому молоку, а тетя тем временем успела переодеть девочку в новую сухую одежду.

Девчушка уцепилась маленькими ручонками за бутылочку и стала с жадностью пить молочную смесь.

– Бедная кроха! Сколько же она пролежала в лесу? Смотри, как проголодалась, – причитала Анна Михайловна.

– Я думаю, не так много, надо, конечно, сделать соответствующие анализы, но, на мой взгляд, девочка совершенно здорова. А если она в сыром лесу не успела подхватить воспаление легких, то пробыла там не долго.

Напоив малышку теплой смесью, Юля открыла баночку с фруктовым пюре, но девочка на лакомство никак не отреагировала, утолив голод, она крепко уснула. Устроив малышку на диване и положив с края подушки, чтобы она не упала, женщины вышли на кухню.

– Посмотри, что было у нее на ручке, – сказала Юля и показала дорогой браслет.

Анна Михайловна повертела его в руках.

– Да, не копеечная штучка, видимо, ребенок из богатой семьи. Может, ее украли ради выкупа?

Юля лишь растерянно пожала плечами.

– Пока мы не найдем ее родителей или каких-либо родственников, на этот вопрос сложно ответить. Ты права, надо сообщить в милицию, но прежде давай посмотрим, может, какие-то бумаги спрятаны в сумке, в которой лежала малышка.

Женщины принялись изучать переносную кроватку, но кроме постельного белья, сильно испачканного кровью, неизвестно кому принадлежавшей, ничего не нашли. Видимо, кто-то окровавленными руками укрывал малышку или пытался взять ее на руки. На одеяльце, простынке и подушечке тоже были вышиты заглавные буквы «А», точно такие же, как и на распашонке.

– Интересно, как зовут девочку? Аня, Алина, Ася? А может, с этой буквы начинается ее фамилия? Хотя вряд ли, тогда были бы вышиты две буквы. И что может означать это слово на браслете?

– Да, вещица явно не из широкой продажи, сделана на заказ, – рассуждала Анна Михайловна. – Девочку скорей всего действительно украли, но почему оставили в лесу?

– Так не хочется с ней расставаться, но все же надо позвонить в милицию, – вздохнула Юля.

– А зачем расставаться? Пусть поживет у нас пока не найдутся ее родственники, – предложила ее тетя.

– Я была бы очень рада, но думаю это невозможно. До выяснения всех обстоятельств девочку наверняка отдадут в дом малютки, мы ведь по сути ей чужие люди и не имеем права держать ее у себя. Сказать по правде, я к ней уже успела привязаться. Думаю, браслет не стоит никому показывать, мало ли какие люди встречаются, вещь дорогая, могут умыкнуть! Я и сама постараюсь отыскать ее родственников, вдруг браслет поможет. Ну а если никто не найдется, то удочерю малышку! Я так давно мечтала о ребенке, может, судьба сжалилась наконец надо мной и послала эту красавицу, чтобы я стала ей матерью?

– Ты, Юленька, не обольщайся сильно, а то привяжешься к девочке, а родителей найдут, страдать будешь, – ласково сказала Анна Михайловна.

– Если найдут, я только рада буду, но чует мое сердце – неладное стряслось, кровище-то сколько!

– Ну что, я звоню?

– Звони, тетя Аня.

Через десять минут к дому Анны Михайловны подкатила милицейская машина. Из нее вышел молодой паренек, с лейтенантскими погонами на плечах. Конопатый рыжеволосый парнишка с приятным добрым лицом без стука вошел в открытые двери.

– Тетя Аня, это я! – радостно возвестил он. – Я так и не понял, что у вас стряслось, неужто вправду ребеночка нашли?

– Володя, ты?

– Я, теть Ань, сегодня моя смена, так что у вас стряслось?

Володя Пыжов, молодой работник правоохранительных органов, жил в соседнем дворе, Анна Михайловна знала его с детства, она дружила с семейством Пыжовых. Зачастую близкие друзья становятся роднее кровных родственников. Так и было у Анны Михайловны с семьей Пыжовых. Знали они друг друга смолоду, за несколько десятков лет у соседей не нашлось повода для ссоры, они так сдружились, что жители поселка считали их родней.

Анна Михайловна обрадовалась, что приехал именно Володя, и рассказала ему все, стараясь не упустить никаких подробностей. Утаила только о найденном браслете и то по просьбе племянницы. Выслушав рассказ до конца и ни разу не перебив тетю Аню, Володя вошел в комнату, где спала найденная девочка.

– И правда, малютка, да какая красавица, спит, как ангелочек! – искренне восхитился Пыжов.

– Я вижу, вы детей любите, – сказала Юля.

– Да как их не любить?! У меня племяшка такая, года еще нет, просто кукла! На руки возьмешь, а она смотрит такими умными глазенками, ну все понимает, только не говорит еще.

Юля не сдержала улыбку. Лейтенант вызвал у нее симпатию, не может человек быть плохим, если так искренне любит малышей. А если он действительно такой хороший, каким кажется, то постарается отыскать родителей девочки, а не пустит дело на самотек.

– Девочку, скорее всего, отвезут в райцентр, в Дом младенца, а вам придется проехать на место происшествия и показать, где обнаружили эту кроху, – Володя огорченно вздохнул.

– Мы так и предполагали.

Юля ласково погладила спящую девочку по голове с короткими кудряшками цвета спелой пшеницы.

Лейтенант позвонил в участок и вкратце рассказал, в чем дело. Через некоторое время к дому подъехала еще одна машина. Женщина в милицейской форме предъявила документы и сказала, что должна отвезти девочку в Дом младенца, где ее обследуют врачи, и она будет там до тех пор, пока не найдутся ее родственники.

– А если они не найдутся? – взволнованно спросила Юля.

– Тогда со временем ее переведут в детский дом.

– Скажите, а можно будет ее удочерить? Мне кажется, если у нее не осталось родных, то лучше жить с приемной мамой, чем в детском доме, я буду заботиться, как о родной, к тому же я очень хорошо зарабатываю и смогу обеспечить ребенка всем необходимым! – с жаром воскликнула Юля.

– Вы же понимаете, что ребенок не вещь, если вы ее нашли, это не значит, что можно вот так запросто оставить ее у себя! Для удочерения придется собрать очень много документов, потребуется не мало времени…

– Можете не вдаваться в такие подробности, просто скажите, возможно или нет? – перебила милицейскую даму Юля.

– В принципе, да.

– Спасибо, именно это я и хотела услышать.

– А сейчас кто-то должен поехать со мной, уладить необходимые формальности, – скомандовала дама в форме и взяла девочку на руки.

– Разрешите, я сама ее понесу?

Юля подошла к ней.

– Пожалуйста, – пожала плечами женщина.

Встревоженная малышка заерзала во сне и стала тихо хныкать. Юля нежно прижала ее к себе и стала укачивать, тихонько напевая колыбельную.

– Успели привязаться к ребенку? – с улыбкой спросила женщина, Юля ответила такой же улыбкой.

– Тогда малышке повезло, будет кому навещать ее. Сами знаете, как обстоят дела в домах ребенка, денег катастрофически не хватает, а малышам многое надо. Конечно, если некому помочь, обходятся имеющимся минимумом, но никто не против, если ребенка навещают и приносят ему необходимые вещи.

– Вы серьезно? Я смогу ее навещать? – обрадовалась Юля.

– Конечно! Медсестра напишет вам список вещей, и если захотите помочь бедняжке, то можете принести их.

– Конечно, конечно! Я куплю все, что только понадобится!

– Знаете, – вдруг посерьезнела милицейская дама, – если бы было больше таких людей, как вы, брошенным малышам жилось бы намного легче, да и сирот было бы меньше. Ну хватит лирики, нам пора!

Нежно прижимая к себе ребенка, Юля поспешила за женщиной к ожидавшей их милицейской машине.

– Ну а вам, Анна Михайловна, придется поехать с нами. – Володя Пыжов театральным жестом указал на другую машину.

– Да чего тут ехать-то? Пятнадцать минут ходьбы! Зачем круг делать через трассу, напрямик аккурат к тому месту и выйдем.

– Напрямик, так напрямик! – согласился Володя и вместе со своими коллегами направился вслед за Анной Михайловной.