Театр марионеток - Александра Столярова

— Да не хочу я этого слушать. У меня и своих проблем - выше крыши… Постой! А откуда ты вообще знаешь про Егоровы дела? Где ты была эти полдня?

— Вот я об этом и говорю. Он мне позвонил после завтрака…

— Маша! Где он достал твой телефон?

— Я сама ему дала, — ответила сестра. — Утром, когда уволокла его от твоего номера… Слушай, а ты заметила, что Алекс тебя ревнует?

— Отстань, ты говоришь полную ерунду, — недовольно пробормотала я. — Какого черта ты дала ему свой телефон? Зачем он тебе позвонил?

— Дала и дала, какая теперь разница? Парень явно хороший, надо же ему помочь.

— Понятно. Это на случай, если отец его снова прогонит? Чтобы денег ему одолжить?

— Ну а что тут такого? — с вызовом спросила она.

— Да ничего. Эх ты, мать Тереза!

— Стаська, иди ты в баню, противная зануда! Не хочешь, не надо, я сама во всем разберусь.

— В чем это — во всем?

— Я уже пять минут пытаюсь тебе об этом рассказать, а ты слушать не хочешь!

Сестра так гневно сверкала на меня глазами, что я смирилась и плюхнулась на диван:

— Рассказывай. Только по возможности покороче.

— Значит так! — она тут же сменила гнев на милость и заговорила быстро и деловито. — Папаша Егора — богатый, старый и явно с причудами. Егор целый час маялся под дверью дома, пока его не соизволили впустить. А все из-за паспорта, точнее, его отсутствия. Представь, у родного сына паспорт проверять, ужас! Потом впустили, дали какую-то затхлую комнатушку под лестницей, даже без ванны. Перекусил на кухне с прислугой. В столовую, где завтракало семейство, его не пригласили. К отцу не допускают, относятся к парню хуже чем к последнему бомжу. Его сестрица целый день пропадает в комнате у папеньки, не выходит оттуда часами, и горничную с поручениями гоняет каждые пять минут — то подогретого молока, то лекарство, то «утку». Короче, кошмар.

— Пока не вижу ничего кошмарного, — пожала я плечами. — Семейка со странностями, но у кого их не бывает? Мы кому-нибудь тоже кажемся придурками.

— Это еще не все. Егор ходит бледный как смерть, а родственнички над ним попросту издеваются…

— Погоди! — я вскинула руку, останавливая ее рассказ. — Ты откуда это знаешь? Ты виделась с Егором?

— Ну… да. Он позвонил, и я приехала в «Дюны», это коттеджный поселок, где живет его отец. Погуляли с Егором по окрестностям, и он мне все рассказал.

— Приехали, — тяжело вздохнула я.

— В каком смысле? — насупилась сестрица.

— В прямом. Сначала он меня окучивал, теперь и за тебя взялся. Скоро вся наша семья будет заниматься только делами Егора, забросив все остальное.

— Стася, ты перегибаешь палку! — ответила она очень холодно. Когда надо, наша мягкая и очаровательная Мартышка умеет быть ледяной и отстраненной, как Снежная Королева. — Мне это ничего не стоит, я все равно в этом захолустье погибаю со скуки.

— Мы сюда специально приехали, чтобы побыть в тишине и спокойствии, — напомнила я.

— Ну а теперь я тишины накушалась до отвала, и мне хочется хоть какой-то деятельности. Иначе я скоро в тухлый овощ превращусь! — резко бросила она.

— Ну хорошо, — смягчилась я. — Что дальше?

— Дальше? Родственники ему явно не обрадовались и всячески пытаются травить, я уже сказала. Но вот адвокат отца — такой вальяжный лоснящийся тип — отвел Егора в сторонку и прямо сказал ему: не особенно рассчитывай на наследство, мальчик. Его еще нужно заслужить, заработать. И когда Егор ответил, что приехал не ради денег, а чтобы познакомиться с родным отцом, тот мужик цинично хмыкнул и сказал, что все так говорят.

— Ну да, неприятно, я согласна. Но мы-то здесь при чем?

— Стась, давай съездим к нему? Посмотрим, что там и как, поддержим Егора. Ему сейчас очень хреново. Но самое странное…

— Что, что? — поторопила я сестру.

— У меня какое-то нехорошее предчувствие. Здесь что-то не так. И мне это все не нравится.

Ох, Мартышка… Нехорошие предчувствия меня уже загрызли, скоро живого места в душе не останется. Но не буду же я тебе об этом говорить.

— Ну что, съездим? — подергала Машка меня за рукав.

— Хорошо, съездим. Только учти, мне эта затея не нравится. Егор уже взрослый мальчик и пора бы научиться самому улаживать проблемы, не вмешивая совершенно посторонних людей…

— Ты уже говорила это, — отмахнулась сестра. — Не занудствуй.

И что мне оставалось делать?

Я вернулась к себе в номер, где Шурка, мама и Алекс смотрели телевизор. Увидев меня, Алекс вопросительно мотнул головой.

— Мы с Машей сейчас уедем ненадолго, — сказала я, вынимая из стенного шкафа пальто. Мда, бурые пятна крови на светлом вельвете так и бросаются в глаза, нужно срочно сдавать в химчистку. Ну а я пока и свитером обойдусь, раз уж есть машина.

— Куда вы собрались? — спросил Алекс и в его голосе прозвучали какие-то странные, новые нотки. Незнакомые мне прежде.

— Да так, есть одно небольшое дело. Навестим одного знакомого.

— Ага, понятно, — протянул Алекс так нарочито равнодушно, что стало ясно: он очень сердит. — К тому парню, что ли?

— Алекс, отстань.

— Мам, можно я с вами? — крикнул Шурка. — Ты меня обещала в новой машине покатать!

— С нами? — я быстро прикинула, не ждет ли нас там какая опасность. — Ну хорошо, поехали.

— Стась, ты готова? — в комнату заглянула Мартышка. Блеск в ее глазах зашкаливал за все разумные пределы. Алекс нехорошо на нее взглянул и, кажется, сделал для себя какие-то выводы.

— Как пионер, — и я вскинула руку ко лбу давно забытым жестом из детства. Только красного галстука не хватало.

Коттеджный поселок «Дюны»