Ради подруги - Мадунц Александра "avrorova"

— И вы поехали вместе со мной на базу отдыха и там ползали за мной в траве вместо того, чтобы готовиться к экзаменам, — изобличила я.

— Неужели было заметно? — разочарованно протянул Игорь.

Я пожала плечами:

— У меня даже есть ваши фотографии. Точнее, фотографии ваших фрагментов. И нож вы стащили? Вырыли и стащили!

— Я верну его в любой момент! — моментально вставил Дима и добавил: — Сил у меня с ним больше нет. Каждую ночь мне снится. Я его спрятал в носок и почему-то вечно проверяю, на месте он или нет. Не нож, сплошной кошмар.

— Погодите! Так он до сих пор у вас? Обратно вы его не подбрасывали?

— Обратно? Нет, не подбрасывали. А надо было? Я не знал, что с ним положено делать, и просто держу в носке.

— Мудрое решение, — кивнула я.

— Вот после ножа, — объяснил Вовочка, — мы и решили, что дело пахнет керосином.

— А маринованные крысята? — по сложной ассоциации с керосином уточнила я. — Их тоже хапнули вы?

— Ма… ма… кры… — стали заикаться студенты с таким безграничным изумлением, что подозрение в краже крысят я с радостью отмела. А то крысят я бы не смогла им простить!

— А за Светой вы тоже следили?

— Когда была возможность. После ножа мы поняли, что, когда есть возможность, обязательно надо следить за вами обеими. Мало ли что! Мы ведь ничего не знали. То ли вы кого-то убили, ли вас хотят убить, ясно только, что жизнь у вас интересная. Но вы ловко от нас скрывались, прямо на удивление! А последнее время мы с парнями составили график, чтобы не дублировать друг друга. Тем более, сессия, надо заниматься. Завалили мы, конечно, все на свете.

— Ну, математику-то я вам сейчас зачту, — поняла намек я. — Но учтите — авансом. На следующем экзамене буду спрашивать и по основным вопросам этого семестра. Это ведь математика, здесь одно вытекает из другого.

— Я вовсе не это имел в виду, — застеснялся Вовочка. — Ставьте нам двойки, мы не обидимся! Но вот… вот…

— Говорите, — подбодрила Света. — За мое спасение я заставлю ее сделать все, что пожелаете.

— Если б вы рассказали нам, в чем ваша тайна… мы паримся каждый вечер, а понять ничего не можем. Нож, дача, машина, труп…

— Понимаете, дорогие, мне и самой пока еще не все ясно. Вот когда все пойму, мы встретимся, и я расскажу в подробностях. Или даже опишу. Устроит? А пока давайте ваши зачетки.

Едва обалдевшие студенты вымелись за порог, я принялась за свою подругу.

— Видишь, люди требуют от меня отчета, а я сама ничего не знаю. Объясни-ка, кто тебя похитил и зачем.

— А мне откуда знать? Похитили себе и похитили. Психи какие-то. Хотя нет, почему психи? Наверное, Артем. Мы ж его застали на месте преступления. И почему ты не дала мне его убить? Как вспомню, руки чешутся, — и она состроила зловещую гримасу, не сулившую ее бывшему возлюбленному ничего хорошего.

— Ладно, — слегка опешив от Светиного напора, махнула рукой я, — я не требую от тебя выводов. Расскажи факты. В подробностях.

— Ну, какие там факты? Выхожу вчера утром от мамы. Рядом останавливается шикарная тачка. За рулем высокий парень. Говорит: «Давай, красавица, подвезу». Ну, я, разумеется, и села.

— «Разумеется»! — застонала я. — Кто же садится в автомобиль к незнакомым мужикам?

— А что? — удивилась моя подруга. — Почему нельзя? Он ведь сам предложил.

— А тебе не пришло в голову, — съязвила я, — что он мог сделать тебе что-нибудь плохое?

— Нет, конечно. А с чего вдруг ему делать мне плохое?

— Так сделал же, — резонно заметила я.

— Ну, это случайность. Такое нельзя принимать в расчет. Тебя послушать, так и на тачке никогда не подъедешь. Что, в общественном транспорте давиться?

И я с горечью поняла, что следующему похитителю, ежели таковой обнаружится, не понадобится выдумывать нового способа — ему достаточно будет воспользоваться старым. Боюсь, мало кто и впрямь учится на ошибках.

— Ладно. Ты села. Дальше?

— А дальше он сунул мне под нос какую-то гадость. Видимо, я заснула. Проснулась в темноте, на твердом полу, вот в этом дурацком подвале. Но я же не понимала, что нахожусь в подвале! Ползаю наощупь, как крот. Холодно, сыро, мебели нет. Уж не знала, что и думать. К тому же часов не видно. Казалось, целый год здесь торчу. Брр!

— А потом?

— А потом вперлись двое. Чтоб их разнесло!

— Ты их знаешь? — поинтересовалась я.

Света пожала плечами:

— Было темно. Кто их разберет! Два мужика. По голосам, нестарые. Но круглые идиоты.

— Почему?

— А мне откуда знать? Родились, наверное, такими, — раздраженно ответила подруга.

— Нет, я о другом. В чем проявлялся их идиотизм?

— В их вопросах. «Где вы держите наши документы? Отдайте наши документы. Мы убьем вас, если вы не отдадите нам документы». Не идиотизм ли, а?

— Идиотизм. А ты им что ответила?

— Что нет у меня никаких документов. Может, через пару дней и были бы, а пока ничего нет. Что я еще могла ответить? Ведь именно из-за их дурацкого похищения я не успела получить ничего от шантажиста. Я надеялась, что они просекут ситуацию и меня выпустят, а они, гады, даже поесть не дали. Ну, тут уж я не выдержала! В темноте, конечно, целиться трудно, но поколотила я их здорово. Им это не понравилось, и они ушли. А потом пришла ты. Вот и все. Если ты что-нибудь понимаешь, разъясни мне.

— Понимаю, но мало. Вопрос слежки благополучно разрешился — следили за нами студенты, и они же похитили нож. Зато с остальным — темный лес. Вот подумай — эти типы, которые тебя похитили…

— То есть Артем, — гневно уточнила Света.

— Да, Артем со своими рэкетирами, — кивнула я. — Они требовали от тебя какие-то документы, так? Значит, полагали, что у тебя они имеются. Почему?

— Потому что придурки! Хотя нет, Артем не придурок. Наверное, они считали, я успела повидаться со вторым шантажистом, заплатила ему и получила наконец свои бумаги по кредиту.

— Если б они так считали, точно были бы придурками. Во-первых, так быстро продать квартиру ты бы не сумела. Во-вторых, вряд ли шантажист и впрямь собирался возвращать тебе бумаги по кредиту, шантажисты так не поступают. И, наконец, в третьих, на кой черт посторонним людям т в о и бумаги? Они ведь требовали с в о и бумаги, разве нет?

— Вроде бы, свои. Не знаю! Я была такая злая, что особо не вслушивалась.

Я была тверда:

— Свои, наверняка свои! Смотри, что получается. Нам ведь известно, что Эдик шантажировал не только тебя, но и кого-то еще. Ну, того, кто его убил, правильно? Иначе непонятен мотив этого убийства. Итак, та единственную ночь, когда в офисе находился всего один охранник, привлекла туда не только нас, но и других жаждущих.

— Эдика, — уточнила Света. — Он украл сам у себя бумаги и наследил рядом с трупом.

— Да, но не только Эдика! Похоже, эта ночь привлекла и Артема. Устроившись к вам работать в надежде что-нибудь выведать, он решил не упускать последний шанс пошуровать в сейфе, не вызывая подозрений. Раз ты уверяешь, что он не придурок, грабить охраняемый им же самим объект он бы не стал, поэтому его устраивала исключительно та роковая ночь. Я исследовала руки всех фигурантов — перчатки подходят только ему. Он убил Костика…

Света жалобно вздохнула, и я поспешила уточнить:

— Или Костика убил Эдик, тут я не убеждена. Короче, Артем обнаружил, что сейф пуст, и потерял у трупа перчатки. Видимо, он же чуть не задушил меня, застав рядом с сейфом. Но потом успокоился и понял, что мы ему еще пригодимся — в особенности ты. Пока он над этим размышлял, мы успели уйти, и ты захватила его перчатки, оставив свои. Тогда он подкинул орудие убийства тебе в стол и перетащил труп вместе с твоими перчатками к сейфу.

— Зачем перетащил труп к сейфу? — быстро осведомилась Света.

— Ума не приложу, — честно ответила я. — Хотел привлечь к сейфу внимание, то есть подчеркнуть мотив убийства. Возможно, поскольку бумаги достались не ему, а Эдику, он надеялся направить таким образом подозрения на Эдика.