Весна с детективом - Елена Ивановна Логунова

следы крови жертвы - антиквара перед смертью пытали, и без нее не обошлось».

- А вот и следочки, Олеся Ивановна, - громко произнес эксперт, видимо, заметивший, что Олеся задумалась. - Видите? - Он распахнул домашнюю куртку антиквара и показал ей несколько ран в районе ребер. - Чем-то тонким и острым кололи, но так, чтобы не сразу насмерть. И пальцы у него сломаны на левой руке - указательный и средний, видите? - Евгений Семенович поднял руку убитого и продемонстрировал Олесе странно вывернутые пальцы.

- Ну, все верно - не на правой же ломать, вдруг они его что-то подписать вынуждали? - откликнулся Мезенцев, снова присевший на корточках возле тела.

- На столе бумаги какие-то валяются, - сказала Олеся. - Смотреть можно или еще не работали там?

- Можно, смотрите. - Эксперт снова завозился со своим чемоданом, извлекая оттуда одному ему понятные предметы.

Олеся подошла к массивному письменному столу - такие всегда показывают в фильмах о советской эпохе, словно только такая мебель стояла в кабинетах разных начальников.

Ящики были выдвинуты, их содержимое валялось на полу и на столешнице - какие-то документы, распотрошенная папка с чеками, записные книжки в потрепанных обложках, буклеты выставок и аукционов. Олеся присмотрелась - под одной из книжек лежала перьевая ручка, и на ее кончике было что-то похожее на каплю крови.

- Ну что же вы, стол, говорите, отработали, а ручка так и лежит. Дайте, пожалуйста, пакет, - попросила она.

Эксперт заворчал:

- Начальства много, подчиненных мало, все сам, все сам… а я не мальчик уже, у меня зрение плохое. Вот пакетик, да руками-то не лапайте, что ж такое! Пинцет возьмите.

Олеся аккуратно подцепила ручку и опустила ее в пакет, прогладила пальцами застежку и подняла на уровень глаз:

- Перо погнулось. Похоже, ручку эту в кого-то воткнули.

- Возможно, в потерпевшего, - предположил Мезенцев, подходя ближе.

- Нет на его теле таких повреждений, - буркнул эксперт. - Там же чернила должны остаться, если ручкой писали до этого.

- А если нет?

- Все в лаборатории! - отрезал Евгений Семенович. - Вещдок в чемодан.

Мезенцев забрал у Олеси пакет и развернул девушку в сторону двери:

- Давайте в кухне покурим, Олеся Ивановна.

- Я не курю.

- Да знаю я. Просто оставим Семеныча одного, видите же, что наступили ему на профессиональную мозоль, пусть переживет эту боль в одиночестве, - подталкивая Олесю в спину и выводя из комнаты, негромко объяснил Федор. - Он очень трепетно относится к своей профессиональной репутации, а тут вы ему - бац! - почему вещдок прохлопал… да еще и при мне.

- А как надо было: сделать вид, что тоже не заметила? Вдруг там кровь кого-то из нападавших? Вы же видите, как тело лежит - не исключено, что шею ему свернули сразу после того, как он эту ручку в кого-то воткнул! - возразила Олеся. - Смотрите… антиквара к столу подтащили, руки развязали - он что-то все-таки подписывал… а когда подписал, то решил напоследок хоть что-то сделать. Он же понимал, что его убьют, не мог не понимать… а убийца не один был, мы ведь это уже выяснили. Так вот - одного антиквар ручкой ударил, того, кто рядом с ним стоял, а второй ему сзади шею и свернул, это же одним движением делается. - Олеся в воздухе изобразила, каким именно жестом убийца расправился со своей жертвой.

Мезенцев поморщился:

- Ну, девушка, куда руками-то машете…

- Извините… привычка, - смутилась Олеся. - Я когда в секцию карате пришла, то все за сэнсэем повторяла, каждое движение, с тех пор и осталось…

- Вот что это за мода такая - молодой женщине заниматься всякими этими единоборствами, а? - продолжал Мезенцев, которому, очевидно, нравилось наблюдать за тем, как смущается и краснеет под его взглядом следователь. - Ну, нет бы там… не знаю, кулинария или вышивка какая… так переоденутся в кимоно и машут руками-ногами… Как с такой знакомиться? Как на свидание приглашать? Хотя… есть и плюс: с такой подругой не страшно в темноте гулять.

- У вас все, капитан Мезенцев? - вдруг жестким тоном спросила Олеся, и он растерялся:

- Ну…

- Тогда можете заняться владельцем «девятки». Я жду результаты к обеду.

Олеся отвернулась к окну, а Мезенцев, потоптавшись пару минут, вышел из кухни.

- Все, Олеся Ивановна, закругляюсь я, - раздался из глубины квартиры голос эксперта. - Можем сворачиваться.

Закончив все необходимые формальности, Олеся вышла из квартиры последней. В голове мелькали картинки с убийства двухнедельной давности, ложившиеся на сегодняшнее, словно снятая калька на исходный чертеж. Сев на заднее сиденье «дежурки», Олеся закрыла глаза. Работать предстояло еще целый день, а голова раскалывалась. В сумке зазвонил телефон, Олеся машинально вытащила его и, не глядя на экран, ответила:

- Да, Макс, я слушаю.

- Привет, Лисенок. - Голос брата был бодр, ну еще бы - он-то наверняка выспался. - Как дежурство?

- Нормально.

- А голос чего такой?

- На убийство выезжала.

- Да? И кого на этот раз?

- Антиквар.

- Ограбление?

- Похоже. Да и пытали его перед смертью…

- Бедная ты моя, насмотрелась ужасов… - посочувствовал брат. - Я чего звоню… в командировку посылают, в область, это дней на пять-семь. Надо что-то с отцом придумать, одного оставлять - сама знаешь…

- Позвоню Марии Павловне, попрошу присмотреть. Я на этой неделе больше не дежурю, так что ночами буду дома. А в область - куда?

- Лисенок… ты как вчера родилась, - с легкой укоризной в голосе произнес Максим.

- Понятно. Ты там смотри, аккуратнее, ладно? - попросила Олеся, вдруг ощутив тревогу.

- Отсижусь в автобусе, - засмеялся Максим. - Все, Лисенок, я побежал, уже опаздываю. Будет случай - позвоню.

- Удачи…

Положив трубку, Олеся пару минут посидела с закрытыми глазами, потом встряхнулась и потянула к себе папку с делом.

До обеда она не поднимала головы - читала материалы, предоставленные оперативниками, сравнивала фотографии с мест преступления и особенно тщательно - снимки следов обуви.

Определенно это был один человек, и даже ботинки те же. Маленький для мужчины размер, характерный скос каблука во внешнюю сторону. «Прихрамывает, что ли?» - вглядываясь в отпечаток, думала Олеся.

В дверь кабинета постучали - заглянула Алена Власик, бывшая сокурсница:

- Олеська, ты обедать идешь?

- А который час?

- Так половина второго уже.