Джанет Иванович - Лужёная глотка

— Кровь из багажника не капает, — заметил Хукер, обойдя машину сзади. — Думаю, это хороший знак.

Он постучал по багажнику, крикнул «эй!», но ему никто не ответил. Я подергала крышку, та оказалась заперта, тогда Хукер вогнал в щель замка монтировку и багажник с щелчком распахнулся. Пусто. Никаких следов крови. Хукер захлопнул багажник.

Я заглянула внутрь через водительское стекло.

— На сиденьях крови не видно, да и лобовое стекло не забрызгано. А вот коврик сзади исчез. Видимо, с Родригеса туда изрядно натекло. Несколько пятен на ковре, но ничего существенного. Может, они просто отвезли Родригеса к врачу. Может, они даже не били их и все такое.

— Никак не могу решить, радоваться мне или огорчаться.

Мы пересекли парковку в сторону цементной дорожки, ведущей к пристани. В двух пирсах от нас, на яхте Уэво, кипела работа — члены экипажа трудились, устраняя повреждения, причиненные огнем. На причале, недалеко от судна, стояли пятеро мужчин в слаксах и рубашках с коротким рукавом. Время от времени кто-нибудь из них показывал на яхту, и остальные как по команде поворачивали головы в ту же сторону. Двое держали в руках планшет-блокноты.

— Страховые агенты, — определила я.

Пару минут спустя из главной каюты показались трое из Цюриха и, не оглядываясь, сошли на пристань. За ними с багажом следовали три члена экипажа.

— Бьюсь об заклад, они сейчас пойдут в нашу сторону, — сказал Хукер. — Судя по всему, держат путь на парковку. Нам срочно нужно исчезнуть.

Мы сошли с дорожки и в мгновение ока оказались скрыты от чужих глаз зарослями цезальпинии и карликовыми финиковыми пальмами, которые образовывали зеленую зону, отделявшую дорожку от парковки. Мы осторожно прокрались между пальм, обогнули парковку и спрятались за внедорожником.

Люди из Цюриха вместе с носильщиками багажа остались далеко позади. Они пересекли площадку в сторону черного «БМВ», подошли к багажнику и уставились на только что сотворенные нами вмятины. Огляделись вокруг. Недовольно покачали головами. И попытались открыть багажник. Но тот заклинило. Они загрузили багаж на заднее сиденье и забрались в машину.

— Они уезжают, — прошептал Хукер. — Сваливают домой. Что бы это значило?

— Не собираются они домой. Их дом в Цюрихе, а там сейчас холодно. И если б они уезжали домой, то надели бы костюмы. А эти типы все, как один, в рубашках с короткими рукавами. Думаю, они просто решили съехать с яхты. Видимо, там все провоняло дымом.

Мы подождали, пока «БМВ» выедет с парковки, запрыгнули во внедорожник и проследили за ними до Коллинз-авеню. На этот раз было проще. Никаких светофоров. Да и движение не такое плотное. Они подрулили к маленькому бутик-отелю[30], оставили машину парковщику, препоручили коридорному багаж и прошествовали за ним в фойе.

— Я действительно не прочь узнать, кто эти ребята, — начал Хукер. — Может, кое-кто из нас подкатит с разговором к парню за стойкой и будет столь очарователен, что вытянет из него какую-нибудь информацию.

Я закатила глаза.

— Я не могу вот так просто подойти к стойке и начать задавать вопросы.

— Можешь, если задерешь футболку так, чтобы клерку за стойкой была видна полоска кожи.

— Ты торгуешь моим телом, — обвинила я Хукера.

— И что?

Я потянулась к дверной ручке.

— Если через десять минут не вернусь, беги, что есть мочи, спасать меня.

Я вытащила футболку из джинсов и завязала края узлом так, что он держался прямо под моими буферами, оставляя обнаженным живот. Затем продефилировала через улицу и, покачивая задницей в стиле Сюзанны, вплыла в фойе.

Внутри оказался небольшой миленький вестибюльчик с выложенным черно-белой мраморной плиткой полом, высаженными в горшки пальмами и стойкой регистрации с искусными золотыми вставками в стиле арт-деко. За ней стоял элегантный, одетый с иголочки молодой человек. Отполированные ногти, превосходная стрижка, безупречная кожа. К лацкану приколот крошечный значок в форме радуги. Я развязала футболку и заправила ее обратно в джинсы. Чтобы соблазнить такого парня, одного голого живота явно недостаточно. Голому животу следовало прилагаться к оснастке, которой я, увы, не обладала.

— Дорогуша, — обратился он ко мне, — такую красоту грех прятать под одеждой. Это же Саут-Бич. Ты, верно, ходишь в спортзал?

— Время от времени.

— Чем я могу тебе помочь? Если хочешь состричь деньжат, я мог бы что-нибудь тебе предложить.

Ладно, пускай я вошла сюда полуголая, покачивая бедрами… все равно обидно, что меня тут же приняли за проститутку.

— Я стою недешево.

— Разумеется, нет! Хотя маникюрчик бы не помешал. И отросшие корни видно.

Я сунула руки в карманы.

— В отель только что заселились трое. Никто из них не ищет… даму? Может, тот, в голубой рубашке, с легкой сединой на висках?

— Он ни о чем подобном не просил. Хотя, останавливаясь здесь прежде, мистер Миранда, бывало, пользовался нашими услугами, чтобы обеспечить себе женское общество.

— Так вот почему он показался мне знакомым. Пересекались в прошлом году. Он ведь тогда приезжал на «Оранжевый Кубок»[31]? Я запомнила, потому что у него такой крючковатый… ну ты понимаешь.

— И как тебе только не противно? — поразился регистратор. — Он хоть приплатил сверху?

— Как, еще раз, его имечко?

— Энтони.

— Энтони Миранда. Точно, тот самый парень. — Позаимствовав лежавшую на конторке ручку, я написала на отельной брошюре выдуманные цифры. — Вот мой сотовый, — пояснила я клерку. — Скажи мистеру Миранде, что Долли передает ему привет. — Покачивая попкой, я вышла из фойе, пересекла улицу и забралась во внедорожник. — Энтони Миранда, — объявила я Хукеру.

— Что-нибудь еще?

— Нет. Только имя. Я бы, может, разузнала больше, будь у меня приличный маникюр.

Хукер вернулся на стоянку у пристани, припарковался и набрал номер Скиппи, включив на сотовом громкую связь.

— Поможешь? — начал он.

— Не вопрос.

— Нужна информация на одного парня. Энтони Миранду. Слышал когда-нибудь о нем?

— Нет.

— Тогда поищи его в «Гугле» или где-нибудь еще, а потом перезвони мне.

— Что сталось с добрыми старыми деньками, когда все, о чем должен был беспокоиться НАСКАР — это забеременевшие болельщицы и погромы в отельных номерах? Эрнхардт-старший[32] не позвонил бы мне с просьбами отыскать для него что-нибудь в «Гугле». Он был гонщиком.

— Не могу с этим поспорить, — сказал Хукер и отсоединился.

— Ты хороший гонщик, — утешила я его. — Просто из тебя отстойный детектив.

На парковку въехал лимузин и заглушил мотор у ведущей к пристани дорожки. Дверца лимузина распахнулась, и из него выбралась Сюзанна Уэво. Светло-желтый костюмчик, того стянутые волосы, сумка с собачкой на плече, мочки ушей оттягивают бриллианты.

— Инспекция по оценке ущерба, — пошутил Хукер.

Сюзанна скрылась из виду, а лимузин остался ждать. Через пять минут она вернулась, села в машину и отбыла прочь.

Хукер включил зажигание.

— Может, уж тогда и за ней проследим, — предложил он. — Как за всеми прочими. Все равно нам нечем больше заняться.

Лимузин свернул на Коллинз-авеню и остановился у крытых въездных ворот в кондоминиум в паре шагов от «Ритца». Сюзанна вышла и с важным видом зашагала в здание. Лимузин уехал.

— Ха! — подал голос Хукер. — Негусто. Значит, здесь ее нынешнее место обитания.

— Имеются другие идеи?

— Там за углом есть «Старбакс». Мы могли бы взять кофе и те клюквенные кексы с сахарной глазурью.

— Я имела в виду, есть ли у тебя идеи, как нам вычеркнуть себя из списка особо опасных преступников.

— Не-а, — откликнулся Хукер, вставляя ключ в замок зажигания, и направляясь в «Старбакс» — Ни одной.

Десять минут спустя я выходила из «Старбакса» с двумя огромными стаканами кофе и клюквенными кексами. Толкнув большую стеклянную дверь, я спустилась по ступенькам и посмотрела через улицу как раз вовремя, чтобы заметить, как внедорожник улепетывает прочь, преследуемый черным «БМВ».

Сперва я не могла в это поверить. На какое-то мгновение земля словно бы перестала вращаться на своей оси, и все вокруг замерло. А после появилась невыносимая боль в груди, я просто не могла дышать. Перед глазами все расплылось из-за слез. И я поняла, что это произошло на самом деле. Хукер сбежал. Бандиты выследили его. И эти гады были куда опаснее Лукки и Родригеса. Лукка с Родригесом обычные головорезы. А вот Саймон с напарником, я подозревала, были безупречными профессионалами.

Я села прямо на жесткие бетонные ступени, на которых стояла, и зажала голову между ног, судорожно втягивая воздух.

«Возьми себя в руки», — внушала я себе. Не время раскисать. Я высморкалась в салфетку из «Старбакса». Отхлебнула кофе, стараясь успокоиться, пытаясь начать думать. — «Вот что нужно сделать, — убеждала я себя. — Ты должна найти Хукера, прежде чем они смогут ему навредить. Тебе нужна помощь. Позвони Розе и Фелиции».