Дело о золотом коте - Виктория Александровна Борисова

— Ну-ка-ну-ка, с этого момента поподробнее, — встрепенулся Новиков, — откуда у тебя такая информация?

— Так… Сорока на хвосте принесла! То есть не сорока, конечно, а одна моя знакомая, она журналистка, делала как-то интервью с ней, и вот на что обратила внимание…

Лена пересказала свой сегодняшний разговор с Таней.

— Может быть, это, конечно, не имеет значения, но я подумала: вдруг это важно?

— Может быть! — Новиков достал блокнот. — Как, говоришь, ее звали — ну, предположительно? Ольга?

— Да, вроде бы Ольга.

— Спасибо, проверим!

Андрей посмотрел на часы.

— Наверное, мне пора, — не очень уверенно сказал он, — спасибо, что пригласила!

Лена вышла проводить его в прихожую. Андрей как-то слишком долго надевал ботинки, застегивал куртку. А когда закончил, Лена вдруг шагнула к нему, положила руку на плечо, и тихо сказала:

— Не уходи…

Ночью дождь усилился. Крупные капли стучали в стекло, и ветер завывал, словно жаловался на свою тяжелую участь. Андрей давно спал, раскинув руки, и чему-то улыбался, а Лена никак не могла заснуть. Ее мысли и чувства представляли собой причудливый коктейль из страхов и надежд, смущения и счастья. Положив голову на плечо Андрею, она снова и снова прокручивала в памяти то, что произошло между ними, — каждое слово, каждое прикосновение… Непонятно, что теперь будет дальше, возможно, она поступила легкомысленно, но ей было так хорошо!

Лена то ли вздохнула, то ли всхлипнула. Андрей на мгновение открыл глаза.

— Ты что, замерзла? — сонно пробормотал он, крепче прижимая ее к себе. — Спи, крошка.

И, подоткнув одеяло у нее за спиной, снова заснул.

Глава 21

В то утро Новиков чуть не опоздал на службу. Проспал! Хорошо еще — у Лены в телефоне сработал будильник, а то бы, наверное, могли так и до вечера проспать в обнимку, не в силах оторваться друг от друга.

Но ей-то на работу надо было только к десяти, а вот Андрей безбожно опаздывал. О том, чтобы позавтракать или выпить кофе, речи уже не было. Только умыться, одеться, торопливо поцеловать Лену в нос — и ходу, ходу… К счастью, до управления удалось добраться, миновав утренние пробки, и теперь Андрей почти бежал по коридору. Главное — не опоздать на утреннее совещание, шеф этого не любит!

Он влетел в кабинет в последний момент, занял свое место за столом.

— Ну что, Новиков? Тебя, говорят, можно поздравить с раскрытием? — поинтересовался начальник.

— Так точно, Сергей Михалыч! — отрапортовал Новиков.

— И поэтому ты сияешь как медный самовар, — проворчал Михалыч, — давай, докладывай!

Подробно изложив обстоятельства дела, Андрей заметил на лице шефа что-то вроде удовлетворения.

— Ну, можешь ведь, когда захочешь! — резюмировал он. — В общем, заканчивай это дело, оформляй как надо и передавай в суд. Давно пора уже!

Ободренный этим напутствием, Новиков занялся рутинной бумажной работой. Однако слова Лены о том, что убитая была, возможно, не той, за кого себя выдавала, упорно не давали ему покоя.

«Ну, какая разница, в конце концов, как ее звали по-настоящему — Ольга, Мария или как-то там еще… — рассуждал он, безуспешно пытаясь сосредоточиться, — важно другое: дело раскрыто, преступник сядет! Пусть он пока молчит, это даже не важно — улик полно, его признание не так уж и необходимо.

И все же, все же… Противный червячок беспокойства в мозгу все никак не успокаивался. Та самая «чуйка», чтоб ее! Обычно такое ощущение было верным признаком надвигающихся неприятностей — и, как водится, они не заставили себя долго ждать.

В кармане заверещал телефон. Увидев на экране физиономию Кудеяра, Андрей удивился немного, но еще более странно было, что голос его звучал так взволнованно, будто произошло нечто важное и экстраординарное. И это в морге-то!

— Андрюх, привет! Можешь зайти сейчас? Я нашел…

— Что нашел? Говори толком!

— Завьялова! Она…

— Что — она? Неужели ожила, предложила тебе руку и сердце, да еще полцарства в придачу?

— Да тьфу на тебя, Новиков! — рассердился Кудеяр. — Как говорится — дурак ты, боцман, и шутки у тебя дурацкие…

В морге, как всегда, было тихо и прохладно. Если бы не специфический запах — даже уютно, умиротворяюще как-то… Сразу чувствовалось, что здесь заканчивается мирская суета и земные страсти (собственно, многих постояльцев морга они же сюда и приводят!), здесь больше не имеют значения ни деньги, ни регалии, ни общественное положение… И здесь становится особенно очевидным факт, о котором многие предпочитают не вспоминать: голым человек приходит в этот мир, голым покидает его, и ничего нажитого нельзя унести с собой.

Кудеяр встретил Андрея такой довольно-хитроватой улыбкой, что сразу было понятно: Борис обнаружил нечто важное, гордится собой и жаждет немедленно поделиться своей находкой.

— Ну, что скажешь? — осведомился Андрей после короткого приветствия. — Вижу, нашел что-то!

— Точно, — подтвердил Кудеяр, — и даже не скажу, а покажу!

Он снова выдвинул труп из холодильника. Андрей невольно скривился, но Кудеяр взирал на мертвое тело чуть ли не с восхищением, как на произведение искусства.

— Вот смотри, — он чуть приподнял простыню, — вот здесь, слева, маленький синячок? Я не сразу его заметил, странгуляционная борозда почти перекрывает…

— И что? — непонимающе спросил Андрей. Такого восторга он точно не мог понять…

— А то! — как неразумному, объяснил Кудеяр. — Ее ударили по шее, там где сонная артерия. Вероятнее всего, она сразу потеряла сознание, потому и не сопротивлялась, когда ее душили!

— А, понятно… — довольно кисло отозвался Андрей. Новая, старательно выстроенная версия внезапно оказалась под угрозой. — То есть это профессионально поставленный удар? Спецназовца надо искать? Диверсанта?

— Ну, я не знаю… — пожал широкими плечами Кудеяр, — удар поставленный, да, но сейчас секций разных полно, тренеров полно, никто за ними не надзирает, чему хотят — тому и учат. И желающих научиться драться, чтоб гопников в подворотне раскидать, тоже немало. Чтобы такой удар нанести, силы много не надо, а вот точность — да.

— Понятно… — протянул Андрей, —