Закон чебурека - Елена Ивановна Логунова

«Спасение утопающих — дело рук самих утопающих», — промелькнуло в голове.

Метров сто я бежала по тропке между пятидесятиметровым отвесным обрывом и улицей, по которой вслед за мной устремилась та машина, а потом вдруг увидела путь к спасению утопающих.

Слава аллаху и властям городского района Лара, обустроившим для местных жителей скромный пляжик на скалистом берегу!

Я нырнула в проем, обрамленный покосившейся аркой с табличкой, и поскакала вниз по лестнице, слыша, как слаженно шумят море внизу, кровь в ушах и шаги преследователей за спиной.

Грохочущая металлическая лестница с чисто символическими перилами тянулась по обрыву крутыми зигзагами, и проходить ее на такой скорости было сущим безумием, но я должна была победить в этом забеге вниз.

Не прыгать же мне в воду как есть, в фирменных кроссовках из лимитированной коллекции, купленных перед самой поездкой! Они погибнут, если размокнут!!!

То, что погибнуть могу я сама, тревожило как-то меньше. В конце концов, я сама досталась мне совершенно бесплатно и без всякого предварительного выбора. Если вдуматься, мама с папой могли бы родить что-то получше.

Эти глупые и неуместные мысли свистели у меня в голове, как пули, которых, к счастью, не было.

С лестницы я вылетела на деревянный помост, опирающийся на валуны в воде и выемку в скале. За секунды сбросила кроссы, стянула черную майку, завернула в нее обувь и сумку, сунула сверток в каменную нишу в углу помоста, босиком промчалась по мокрым скользким доскам к отвесной лесенке и даже не спустилась — съехала по ней в воду.

И плотная темная волна накрыла меня с головой.

Знаете, какая еще несвоевременная мысль посетила меня, когда я оказалась одна в бурном ночном море?

Ладно, не в бурном, просто размеренно волнующемся. И не совсем одна — вслед за мной на помост сбежал кто-то еще, я даже смотреть не стала, опять нырнула и заплыла в чернильный мрак под досками: спряталась.

Мысль, посетившая меня, не отличалась оригинальностью и отчетливо тяготела к знаменитому чеховскому принципу о том, что если в первом акте на сцене висит ружье, то к концу пьесы оно должно выстрелить. «Если в начале появился некто в гидрокостюме, то в финале кто-то утонет», — вот что подумалось мне.

И личность кого-то, обреченного в конце утонуть, уже, увы, прояснилась (в отличие от инкогнито в гидрокостюме, вынырнувшего из-под кровати в первом акте нашей пьесы). Морские волны и помост над ними трагически совпадали по высоте, так что каждые несколько секунд меня под досками с головой накрывало соленой водой. Было понятно, что долго я так не выдержу. Или захлебнусь — или выплыву на открытую всем ветрам и взглядам воду и буду замечена злодеями. Тогда им, кем бы они ни были, останется только дождаться, пока я вылезу на берег. Не такой я опытный и смелый пловец, чтобы махнуть уверенным кролем куда подальше через весь залив.

Очередная волна впечаталась мне в лицо, помешав испуганно завопить от того, что мое предплечье неожиданно угодило в крепкий захват. Я не успела понять, кто меня сцапал (воображение не затруднилось нарисовать облизывающегося Кракена), как неведомая сила повлекла меня по волнам. Да так быстро, что я вновь ужаснулась от мысли, что расшибусь в лепешку о близкие скалы!

Может, Кракен как раз так и готовит себе блинчики на ужин?

Впереди жутко булькнуло, и образ Кракена в моем воображении сделался гораздо более выпуклым. Рывок — меня потянуло вниз, но потом сразу вытолкнуло наверх. Я вынырнула, ошарашенно огляделась, в кромешной мгле ничего не увидела, зато услышала жуткий звук сделанного кем-то огромного глотка, а потом нечто еще более страшное — сердитый шепот прямо в ухо:

— Лезь выше, там можно сесть!

Меня подпихнули, а потом еще и шлепнули по заду! Как после этого было не полезть на стену?!

Я оказалась на довольно широкой полке над водой. Глаза уже немного привыкли к темноте и отличали волнистую поверхность снизу от неподвижного камня вокруг. На воде крупным поплавком качалось что-то круглое. Я опасливо присмотрелась, а «поплавок» вдруг прянул вверх и, оказавшись совсем рядом, задушевно поинтересовался:

— Испугалась? Все, успокойся, уже не страшно.

— Еще как страшно! — возмутилась я.

— Тс-с-с! — Роберт приложил палец к губам. — Давай потише, а то…

— Меня услышат? За этим жутким чавканьем? — Я истерически хохотнула.

Грот снова шумно булькнул, проглотив очередную волну.

— А то я оглохну от твоих криков, — невозмутимо закончил блондин. — Тут замечательная акустика, прошу, побереги мои барабанные перепонки.

— Что ты здесь делаешь? — Я уже ничего не понимала.

— Тебя спасаю, что же еще.

— А как ты оказался тут так вовремя? И почему не спас Алку?

— Не успел, прибежал, когда ее уже увезли. — Роберт вздохнул. — Но я найду твою подругу, не волнуйся.

— Не волноваться? Серьезно? — Я почувствовала, что закипаю. — Я ни черта не понимаю, что происходит! За мной кто-то гонится! Мою подругу похитили! Я чуть не утонула!

— Я тебя спас, — напомнил этот… херр.

— Возьми медаль! Я…

Он поцеловал меня, и я вынужденно замолчала.

То, что я сразу не задала Роберту тысячу вопросов, можно было объяснить только шоком. Двойным: от неожиданного погружения в глубины морские и от внезапного поцелуя. Все происходящее меня изрядно дезориентировало. Я даже не могла бы сказать, как долго мы оставались в гроте. Пространство и время будто растворились в темноте и ритмичном, как биение сердца, шуме волн.

Когда мы вынырнули из грота и выбрались на помост, причем не там, где я с него свалилась, а сбоку, в укромном месте за большим валуном, было уже совсем темно.

Звезды над морем казались множеством дырочек, пробитых в черной ткани слишком толстой иглой. По краям просторное небесное полотнище желтело, засвеченное огнями города, и сверху, с обрыва над нашими головами, доносился приглушенный шум машин. Голосов и шагов поблизости слышно не было.

Подрагивающими руками я достала из тайника в углу помоста свой узелок, оделась, обулась, и мы осторожно совершили подъем по лестнице, который отнял у меня остатки сил. Наверх я буквально выползла и хотела бы немного полежать, хватая воздух ртом, в придорожной травке, но Роберт меня поднял, потащил и затолкал в такси.

Тут только я начала что-то соображать.

— А ты? — Я ухватила своего спасителя за руку, когда он уже собирался захлопнуть за мной заднюю дверь машины.

— Куда мне в такси в таком виде! — Он притопнул ногой, и под подошвой мокрых кроссовок моментально образовалась лужица. В отличие от меня Роберт бухнулся в воду в