Галина Куликова - Пенсне для слепой курицы

— Я не смогу.

— Это потому, что вы думаете, будто между нами стоит препятствие в лице Сергея. Но на самом деле его нет.

Я подняла глаза и внимательно посмотрела на нее. Альбина улыбалась. Я совершенно не понимала причины ее хорошего настроения.

— Ты знаешь, что Серж однажды уже был женат? — спросила она, внезапно перейдя на «ты».

Я отрицательно покачала головой. Альбина между тем продолжала:

— Жена ему попалась еще та стерва. Она разжевала беднягу и выплюнула. Единственное, что она сделала хорошего, так это родила Женьку.

— Женьку? — переспросила я. — Так это что, не ваш ребенок?

Альбина отрицательно покачала головой.

— А где же его мать?

— Она вышла замуж за американца и теперь живет в Калифорнии.

— Она что, бросила своего ребенка?

— Мадам предпочитает другую формулировку: она оставила ребенка отцу. Теперь у нее есть другие дети.

— Это ужасно.

— Сейчас, погоди. Я хочу, чтобы ты поняла, как работали мозги Сержа. Он здорово обжегся с этой фифой и жениться во второй раз категорически не хотел.

— Понимаю, — пробормотала я.

— Пока еще не понимаешь. Он не хотел жениться и не женился.

— Если вы живете вне брака, это совершенно ничего не меняет, — пожала плечами я. — Вы вместе — и это главное. Стоит у вас штамп в паспорте или нет.

Честно говоря, я не понимала, чего она добивается. Пытается объяснить мне, что формально Горчаков свободен и на пути к его сердцу для меня горит зеленый свет? Странно.

— С тех пор как жена бросила его с ребенком, Серж безумно боялся попасть в лапы еще какой-нибудь охотницы за мужскими скальпами. Нам ли не знать, как изобретательны бывают женщины, когда хотят заполучить мужчину, не правда ли?

Я энергично кивнула. Примерно того же самого боялся и Матвей, когда не хотел разводиться со мной. Внезапно меня осенило. Кажется, Альбина пытается объяснить мне, что она играет при Горчакове ту же роль, что я играла при своем муже. Защищает его от посягательств других дам. По его настоятельной просьбе, разумеется.

Но тут я вспомнила про малыша и снова поникла:

— Все равно. Вы ведь заменили Жене мать.

— Мне не надо никого ему заменять. Он мой племянник.

— Вы хотите сказать?..

— Я сестра Сержа. Родная. У нас просто разный цвет волос, а в остальном мы очень даже похожи.

— Сестра? — Я с трудом могла поверить в услышанное. — А он выдает вас за свою жену!

— Он ни разу не сказал этого слова вслух, — засмеялась Альбина. — Для людей достаточно того, что я живу в его доме и ношу такую же фамилию.

Новость оказалась для меня сокрушительной. Я машинально опустилась на стул и уставилась в окно невидящим взором. Нет, ну каков подлец! Заставлял меня так мучиться! Ведь наверняка видел, что я влюблена в него по уши. Невероятно! И ни слова не сказал, ни намека… Хотя… Кажется, он говорил что-то про какую-то тайну, но я отказалась слушать. В конце концов, мог бы настоять, черт побери!

— Ума не приложу, почему он вам до сих пор ничего не рассказал, — озвучила мою мысль Альбина. — Я ведь не слепая. Он влюблен в вас. Он говорил вам об этом?

— Нет, — покачала я головой. — Ни словечка. Если бы вы были его женой, вам не в чем было бы меня упрекнуть.

Сказав это, я тут же вспомнила про поцелуи и слегка смутилась. Альбина ничего не заметила.

— Вы его сегодня увидите? — спросила она, поднимаясь.

— Надеюсь, — пробормотала я.

— Лучше не говорите, что мы виделись. А то мне влетит. Просто помните, о чем я вам рассказала.

— Непременно.

Она протянула мне руку:

— Надеюсь, следующая наша встреча окажется более приятной.

— Спасибо вам, — искренне сказала я. — Может быть, вы зря мне все рассказали и эта информация не пригодится.

— Неважно. Мне кажется, я поступила правильно.

Она первой покинула офис, оставив меня в состоянии полной растерянности. Значит, Горчаков не женат. Я никак не могла решить: хорошая это новость или плохая? С одной стороны, вроде бы хорошая. С другой стороны, он от меня эту новость скрывал. Возможно, я просто придумала, что он относится ко мне как-то по-особому? Выдавала желаемое за действительное?

В тот момент я не могла разобраться в своих чувствах, но, когда мой «Опель» подкатил к дому у метро «Аэропорт», я поняла, что в моем сердце поселилась обида.

Когда я позвонила в дверь, вся компания высыпала в коридор. Верин муж первым пожал мне руку. Липа как раз завершала рассказ о нашем общем приключении. Судя по всему, народ умирал со смеху, слушая ее беспристрастные комментарии. Она была самокритичной девушкой и не стеснялась выставлять себя в невыгодном свете.

— Чтобы вытащить микрофон оттуда, куда он провалился, мне пришлось спрятаться в кустах у дороги. Куча мужиков стояли и ждали, пока я выйду, — ухмыльнулась она.

— Да-да, — подхватила я. — А когда один из них вознамерился ей помочь, она свалила его ударом правой в челюсть.

— Ты как? — спросил Горчаков, подойдя ко мне на опасно близкое расстояние. — Хоть меня и клятвенно заверяли, что вам с Липой ничего не грозит, ожидание было трудным. Знаешь, это оказалось для меня проверкой.

— Проверкой чего?

— Я не думал, что испытываю к тебе столь сильные чувства. — Горчаков оттеснил меня подальше от хохочущей толпы. — Не думал, что я буду так волноваться за тебя.

В этот момент на нас налетели девочки.

— Мариша! Сколько всего выяснилось! Представляешь, Шапкин не имеет никакого отношения к убийству Кати!

— Откуда вы знаете? — насторожилась я, — Мазуренко начал давать показания, — пояснил Крылов, предварительно похлопав меня по плечу. Я уже поняла, что это был высший знак его расположения.

— Убийцу Кати уже арестовали, — поторопилась сообщить Ирочка.

Я прошла за ними на кухню и уселась за стол. Горчаков тут же поставил передо мной чашку кофе с молоком. Я молча взглянула на него. У шефа был чертовски сосредоточенный вид. Такое впечатление, что он решал для себя какую-то важную проблему. Впрочем, он больше мне не шеф. Надо будет сообщить ему об этом при первом же удобном случае.

— Помнишь, Катя говорила, что хочет найти в окружении своего мужа какого-нибудь человека, работающего в ФСБ? — спросила Ирочка.

— Конечно, она придумала это еще до нашей встречи.

— Так вот. Катя обратилась к партнеру покойного мужа по бизнесу, некоему Михаилу, с которым поддерживала деловые отношения, потому что стала правопреемницей своего супруга после его смерти. Этот Михаил, не будь дурак, решил, что Катины неприятности, о которых она ему в общих чертах рассказала, — отличный повод вовсе избавиться от нее и стать полновластным хозяином фирмы.

— Как это? — не поняла я. — Ведь у нее остались двое взрослых детей.

— Они наследники, а не правопреемники, — пояснил Крылов. — Наследникам можно просто выплатить энную сумму денег и развязаться с ними навсегда. Катя же претендовала на то, чтобы самой участвовать в делах фирмы. Женщина она была деятельная и опытная. Михаил по-настоящему опасался, что она попытается влезть в бизнес и лишить его той власти, к которой он уже начал привыкать.

— Это он убил ее?

— Да, он, — подхватила Вера. — Михаил соврал Кате, что у него есть знакомый из ФСБ. На самом деле такого человека не существовало. И назначил ей встречу в нежилом доме от лица этого фантома. Причем Михаил строго-настрого приказал ей никому ничего не говорить, якобы в целях конспирации.

— Но она его не послушалась, — пробормотала я. — И оставила адрес дома, где должна была состояться эта встреча. Как же его разоблачили?

— Очень просто, — сказал Крылов. — Поскольку по вашей милости никто не знал, как Катя оказалась в том доме, оперативники начали расследование с ответа на самый главный вопрос: «Кому это выгодно?» Сразу же проверили ее имущественные права, вышли на фирму, принадлежавшую ее мужу и Михаилу. Так что Михаил был первым, кого они взяли в оборот. Видимо, он не выдержал и раскололся. Или, как нам сообщили, чистосердечно признался.

— А Серафима? — тут же спросила я. — В ее гибели Шапкин и его люди тоже не виноваты?

— Мазуренко уверяет, что они понятия не имели ни о какой аудиокассете и о Серафиме Кругловой ровным счетом ничего не знали.

— Черт побери!

— А вот ваши мужья… — тихо заметил Крылов. — Здесь совсем другое дело. Судя по всему, это было изобретение Шапкина — именно таким образом запугивать людей, которых они использовали в своих интересах. Шапкин делал на своем бизнесе колоссальные деньги. Вам даже вообразить себе трудно, о каких суммах идет речь. Поначалу, конечно, на их счету не было кровавых дел. Но после того, как одна жертва шантажа устроила им веселую жизнь, парни решили, что простые угрозы — не слишком надежное средство. К тому времени они уже распробовали вкус больших денег. Так что…

— Выходит, о нашем с девочками клубе они не знали?

— Шапкин до сих пор об этом не догадывается, — подтвердил Крылов. — А Мазуренко удостоился такой чести только вчера.