Дональд Уэстлейк - Приключение — что надо!

— Истинная правда, — ответил Фелдспэн (Уитчер тоже явно оробел). — Вы очень хорошо сказали, мистер Гэлуэй.

Отчего же нет? У него большой опыт.

— Я испытываю те же чувства, что и вы, — проговорил Кэрби, — и сожалею, что у нас нет другого способа справиться с этой задачей. Будь у меня деньги… Слушайте, ребята, по-моему, мы уже достаточно близко знаем друг друга, и я могу говорить начистоту.

Уитчер и Фелдспэн вздрогнули и насторожились, приготовившись в зависимости от обстоятельств развеселиться, посочувствовать, выразить негодование или просто проявить мужскую солидарность. Кэрби обвел взглядом свои джунгли и продолжал:

— Месяц назад я сказал вам, что работаю пилотом, вожу грузы. Так оно и есть, но владельцу личного самолета нечасто везет с работой в этих местах. Во всяком случае, с легальной работой. Так вот, чаще всего я вожу на борту моего самолета марихуану.

— Я это подозревал, — кивнув, сказал Уитчер.

— У вас в кабине стоит… легкий запашок, — добавил Фелдспэн.

— Я бы не занимался этим, кабы не нужда, — объяснил Кэрби. — У меня много расходов. Закладная на землю (тут он врал), взносы за самолет (тут тоже), то да се. Только это и заставляет меня возить зелье. И только по этой причине я решился продать древности майя, — заявил он и, словно защищаясь, добавил: — Я обращался к правительству, но меня и слушать не хотят. Никто не платит мне за охрану этих вещей.

— Что верно, то верно, — сказал Уитчер.

— Вот почему я так обрадовался, встретив вас, ребята. Я знаю, что вы честные парни и имеете хорошие связи с истинными ценителями искусства майя.

— О, воистину! — вскричал Фелдспэн, зардевшись от удовольствия. Еще бы: его считают честным человеком, да еще со связями.

— Ведь правда, мы не разрушители? — спросил Кэрби.

— Разумеется, нет! — согласился Уитчер.

— Конечно, нам никак не обойтись без некоторых разрушений…

Торговцы встревожились. Кэрби вздохнул. Уитчер огляделся по сторонам и сказал:

— Но все действительно ценное останется в целости.

— Сам участок раскопок, — проговорил Кэрби. — Вот почему нам так важно доверять друг другу. Мы многим рискуем. Не знаю, как вы, а уж я-то не имею желания увидеть белизскую тюрьму изнутри.

— Тюрьму? Нет! — закричал Фелдспэн.

— Давайте я расскажу вам, что здесь произойдет, — предложил Кэрби. — Как только земля на востоке подсохнет, мой приятель из Белиз-Сити пригонит сюда бульдозер. Он мой старый друг, ему можно доверять.

Обоим американцам явно полегчало.

— Он начнет снизу. — Кэрби указал на подножие холма. — Просто уберет с дороги ступени храма, чтобы мы могли добраться до внутренностей — гробниц, резных камней и всего остального. Если он наткнется на крупные стелы вроде той, с ягуаром, он будет выковыривать их целиком.

— А он сможет забраться так высоко? — спросил Уитчер.

— Вы не понимаете, — ответил Кэрби. — Он попросту обрушит храм. Когда вы вернетесь сюда через год, храм превратится в груду камня и земли.

— О! — воскликнул Уитчер. Оба, похоже, опешили.

— Вот почему нам нужно взаимное доверие, — продолжал Кэрби. — Здешние власти на многое смотрят сквозь пальцы, но если они узнают, что кто-то разрушил храм майя…

— Да, да, — сказал Фелдспэн. — Понятно.

— Все мы должны помалкивать об этом храме. Здесь, в Нью-Йорке, где угодно. Можете сказать своим покупателям только одно: они получают настоящие изделия доколумбовой эпохи из руин майя. Вот так.

Фелдспэн кивнул.

— Даем вам слово, мистер Гэлуэй, — сказал Уитчер.

В своих сделках с покупателями Кэрби неизбежно проходил эту критическую точку. Он должен был заставить их понять, что они преступают закон и что он готов ради них безвозвратно разрушить храм. Так он спихивал на них часть ответственности за это разрушение. Согласившись, они делили с ним вину и понимали это. Теперь уж они болтать не будут. Отчасти — из страха перед законом, отчасти — из страха перед ним, Кэрби, а отчасти — из чувства стыда.

— Ну ладно, — сказал Кэрби. — Вы все видели?

— Я мог бы остаться тут на всю жизнь, — ответил Уитчер, глядя на джунгли и храм. — Но вы правы: пора ехать.

Когда они зашагали обратно, Кэрби окинул взглядом дальний склон и увидел в чаще джунглей обращенное к нему лицо. Оно было бы здесь к месту и тысячу лет назад, когда храмы сияли красными стенами, а люди были низкорослы, бронзовокожи, круглолицы и мыслили совершенно непостижимым образом. Лицо индейца майя, мужчины лет тридцати. Яркие глаза оглядывали склон, широкий рот растянулся в улыбке. Потом индеец подмигнул правым глазом.

Кэрби заложил руку за спину и замахал ею, делая знак «исчезни». Не хватало еще сорвать сделку из-за дурацкой шуточки! Индеец показал язык и скрылся из виду.

ДЕНЬГИ ИЗ НЬЮ-ЙОРКА

— Я сяду с вами впереди, — сказала Валери. Шофер уложил ее вещи в багажник. Видимо, слова девушки пришлись ему по сердцу.

— О, разумеется, мисс. — Обежав вокруг своего ржавого «шевроле», он смущенно хихикнул. — Я только наведу порядок.

Он попытался прикрыть от нее порнографические журналы, лежавшие на сиденье, и сбросил их на пол вместе с пластмассовыми стаканчиками, пивными бутылками и пожелтевшими газетами, кричавшими, что министр ферм ни черта не смыслит в своем деле. Валери опустилась на более-менее чистое продавленное сиденье и сказала:

— Отель «Форт-Джордж», пожалуйста.

Шофер завел мотор, который долго прокашливался и жалобно выл, потом покрутил баранку и только после этого включил передачу. Они выехали на гудроновое шоссе; справа тянулись джунгли, слева располагалось что-то похожее на военную базу.

— Жарко, — заметила Валери.

— О, да, — откликнулся шофер, глядя на пустую дорогу. — Было еще жарче. Когда прилетает рейс из Майами, очень жарко. Прохладней теперь.

Вот и хорошо, подумала Валери. Значит, она не только встретится с Сент-Майклом, но и выиграет два лишних часа прохлады. И все-таки тут было тепло, градусов восемьдесят. Ткнув пальцем в приборный щиток, Валери предложила:

— Может, включим кондиционер?

— О, простите, но он поломан. — В голосе шофера слышалось сожаление. — Совсем и совершенно не работает. Даже маленький вентилятор. Ждем одну запчасть, — добавил он, и Валери тут же почувствовала ложь.

— Понятно, — сказала она.

— Вы в Амбергрис-Ки?

— Нет, а что там?

Шофер, казалось, удивился.

— Как, вы не знаете наш барьерный риф? Прекрасный риф, прекрасная вода. Мы получаем много людей в Белизе ради этот риф!

— Я не знала.

— Фотография, понятно? Прекрасные рыбы там. И парусные лодки! — добавил он так, будто выдвигал главный довод в споре.

— Замечательно, — вежливо ответила Валери. — Но вообще-то я археолог.

Шофер просиял.

— О, майя!

— Совершенно верно.

— Это я, знаете? — Он гордо похлопал себя по груди. — Майя!

— Правда? — удивилась она. — An san Kayalki hec malana lam.

Шофер разинул рот и уставился на нее.

— Это что такое?

— Кекчи, — ответила она.

Он нахмурился.

— Песня, что ли?

— Нет! — Валери рассмеялась. — Это язык майя. Главное племенное наречие майя в этих местах.

— О-о-о. — До шофера наконец дошло. — Индейский язык. Нет, я нет. Я не весь майя. — Он с улыбкой потрепал себя по курчавым волосам. — Креол. Вот мой язык. Английский и креольский.

— Понятно, — сказала она, ничего не поняв.

— Вы, значит, на руины? Может, в Ламанай?

— Нет. Вообще у меня довольно интересная работа. Я считаю, что существует еще одно неоткрытое городище майя!

— В джунглях, да? — Он сочувственно покачал головой. — Туда трудно попасть.

— То-то и оно. Белиз еще такой первобытный, тут столько белых пятен…

— Ну, ну, мисс. Мы не первобытные теперь. У нас есть кино, радио, со дня на день будет телевизор…

— Извините, — сказала Валери. — Прошу прощения, но я вкладывала в это слово другой смысл. Я имела в виду, что в стране еще очень много девственных джунглей.

— Девственных, — повторил он так, будто это было слово из языка кекчи.

— В Америке мне удалось заинтересовать статистиков, — объяснила Валери. — Открыто очень много городов майя, их продолжают находить даже сейчас. Что, если сделать статистический анализ их местонахождения, с датами основания и окончательного упадка? Это подскажет нам, где должны быть неоткрытые города.

— О, да. — Таксист кивал, будто метроном. — Это очень впечатляющая штука.

— Мы заложили данные в компьютер, — продолжала Валери с улыбкой, вновь переживая радость, — вместе с кучей других, разумеется: количество осадков, высота над уровнем моря и так далее. Ну и компьютер подтвердил нашу правоту.

— Умный компьютер, — похвалил шофер.

— Он указал местность, которую все обходили стороной! Я поехала в Нью-Йорк…

— Это в Нью-Йорке? Майя? — Шофер полагал, что более-менее сносно следит за ее мыслью, но такой выверт сбил его с толку.